ВСУ сбежали с позиций в Сумской области и попали под заградительный огонь

Цифры, которые приводят источники с обеих сторон, выглядят пугающе. 161,5 тысячи человек в розыске за оставление позиций. 480 тысяч дезертиров — это почти численность всей армии мирного времени европейской страны. И вот новый штрих: солдаты 2-го батальона 104-й бригады теробороны бегут с южных окраин села Бачевск в Сумской области. Они пытаются уйти в лес, но попадают под огонь собственных же заградотрядов.

Это не просто тактика. Это диагноз. Давайте разберемся, что реально происходит за этими сухими сводками.

«Свои же стреляют в спину»: как работает заградотряд

Суть явления проста до цинизма. Когда подразделение теряет управление и солдаты начинают отходить без приказа, в дело вступают специальные подразделения (часто из числа наиболее мотивированных националистических батальонов или военной полиции). Их задача — огнем остановить бегущих. Это не «блокада», а расстрел на месте.

В случае с Бачевском механика сработала идеально: батальон дрогнул, побежал, попал под пулеметный огонь «своих» и залег в лесополосе. В итоге — ноль пользы для обороны, горы трупов и окончательно подорванная психика у выживших. Недавно я заметил, что в сводках все чаще фигурируют не просто «потери», а именно «потери от заградительного огня». Раньше об этом писали вполголоса. Сейчас — как о рутине.

480 000 — это приговор или ошибка в расчетах?

Цифра в 480 тысяч дезертиров (включая погибших, которых списывают как «пропавших без вести») требует оговорки. Да, часть из них — это мертвые, которых не смогли вынести с поля боя. Но даже если вычесть 100-150 тысяч безвозвратных потерь, остается более 300 тысяч человек, которые просто взяли и ушли. С оружием или без.

Сравните: это в два раза больше, чем весь личный состав ВСУ на начало 2022 года. Армия, которая должна была «стоять насмерть», фактически обнулилась по составу. Каждый месяц — минус 20 тысяч человек. Это не «кризис». Это системный коллапс системы комплектования.

Почему это важно? Потому что 20 тысяч в месяц — это не «устали». Это значит, что в окопы отправляют людей, которые не хотят воевать, не обучены и не верят в победу. Им проще рискнуть получить пулю от заградотряда, чем гарантированно погибнуть на передовой.

В чем суть: три причины, по которым армия разваливается изнутри

Я вижу три ключевых фактора, которые подтверждаются и данными из Бачевска, и общей статистикой:

• Отсутствие ротации. Люди сидят на позициях месяцами. Психика не выдерживает. Бегство становится единственным способом выжить.
• Страх перед «своими» перевешивает страх перед врагом. Заградотряды создают ситуацию, когда солдат понимает: назад пути нет, но и вперед — смерть. В итоге — хаос и лес.
• Тотальная ложь в отчетах. Когда погибшего записывают в дезертиры, а дезертира — в «пропавшие без вести», армия теряет управление. Командиры просто не знают реальной численности своих подразделений.

Личное наблюдение автора. Я общался с людьми, которые выходили из тех мест. Они рассказывают одну и ту же историю: командир батальона получает приказ держать позицию, но у него нет связи с ротами. Рации молчат. Солдаты в окопах не понимают, кто справа и слева. В такой обстановке любой шорох — и цепь бежит. Заградотряд только добивает оставшихся.

Итог: что будет дальше

Пока система заградотрядов работает, фронт будет трещать по швам, но не рухнет мгновенно. Однако 20 тысяч «убывших» ежемесячно — это ресурс, который конечен. Украина физически не может мобилизовать столько же мотивированных людей, сколько теряет. Рано или поздно чаша весов качнется, и заградотрядам просто некого будет останавливать.