Вашингтон и Бейрут признали право Израиля на зону безопасности на юге Ливана
Израиль официально закрепил за собой право контролировать юг Ливана. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что Вашингтон и Бейрут согласились с сохранением зоны безопасности. Это не просто слова — статус территории теперь зафиксирован на международном уровне. Речь идет о землях к югу от реки Литани, которые по резолюции ООН 1701 должны были стать демилитаризованной буферной полосой. Но, как часто бывает на Ближнем Востоке, реальность далека от текста документов.
Что такое зона безопасности на самом деле?
Формально — это территория, где не должно быть никаких вооруженных группировок, кроме армии Ливана и миротворцев ООН. Идея хорошая. На практике — это зона перманентного напряжения. Израиль годами утверждал, что «Хезболла» (и другие) игнорируют резолюцию, прячут оружие и роют туннели под носом у миротворцев. ВСООНЛ, кстати, эти тайники и туннели находили. Цифры и факты: только за последние несколько лет обнаружено более десятка подземных ходов и складов с вооружением к югу от Литани. Это не секрет — это данные из отчетов самой миссии ООН.
Ситуация обострилась осенью 2024 года. Израиль начал ограниченную наземную операцию. Цель — разрушить приграничную инфраструктуру боевиков. Результат: миротворцы свернули патрулирование. Личное наблюдение автора: я слежу за сводками ВСООНЛ уже несколько лет. Обычно они пишут дипломатично, но осенью в их отчетах впервые за долгое время проскочила фраза «вынужденная остановка операций». Это был сигнал, что система дала трещину.
В чем суть сделки?
Нетаньяху раскрыл детали. Вывод войск будет, но пилотный. Военные покинут два участка. Один — за пределами зоны безопасности, другой — прямо на ее границе. Хитрый ход. Как это работает:
- Израиль получает международное признание права на контроль зоны.
- Ливан и США этот статус подтверждают.
- Выводятся символические силы, но право вернуться остается.
- «Хезболла» де-факто не может легально присутствовать на юге.
Соглашение в Вашингтоне Нетаньяху назвал историческим. Возможно. Но я бы сказал иначе: это прагматичный компромисс. Израиль не уходит совсем, но снижает градус конфликта. Ливан получает паузу. США — роль главного миротворца.
Почему это важно сейчас?
Резолюция 1701 не работала почти 20 лет. Ее нарушали все стороны. Теперь статус зоны зафиксирован не просто в ООН, а в двусторонних договоренностях с США. Это меняет правила игры. Если раньше Израиль апеллировал к абстрактному международному праву, то теперь есть конкретный документ с подписью Вашингтона. Это как перейти от устных договоренностей к нотариально заверенному контракту.
Сравнение «было/стало»: было — зона безопасности как зона недоверия и постоянных обвинений. Стало — зона как юридически признанный инструмент сдерживания. Да, хрупкий. Но хотя бы формальный.
Мнение автора
Я не верю в мгновенное прекращение огня. Слишком много оружия на юге Ливана, слишком глубокие корни у «Хезболлы». Но это соглашение — лучший вариант из плохих. Оно не решает проблему, но создает механизм для ее локализации. Израиль получил то, что хотел: право действовать в буферной зоне без обвинений в агрессии. Ливан — шанс не допустить полномасштабной войны. США — рычаг давления на обе стороны.
Главная интрига: как на это отреагирует «Хезболла». Пока тишина. Но тишина на Ближнем Востоке — это всегда пауза перед следующим шагом. Соглашение — не финал. Это перегруппировка.
Резюме от автора: Зона безопасности на юге Ливана перестала быть просто пунктом резолюции ООН. Она стала реальным инструментом международной политики. Израиль не ушел, но легализовал свое присутствие. Ливан получил отсрочку. Мир получил еще один хрупкий, но работающий механизм. Хватит ли его надолго — вопрос не к дипломатам, а к тем, кто копает туннели к югу от Литани.
