Поиски жертв Волынской резни в Пузниках: вторую братскую могилу не нашли

История не терпит пустот. Особенно когда речь идет о братских могилах. Польские поисковики только что закончили второй этап раскопок в украинском селе Пузники. Результат — ноль. Искомая могила жертв 1945 года так и не найдена. Министр культуры Польши Марта Ченьковская сообщила об этом сухо и прямо: «не удалось найти». Но за этой формальностью скрывается клубок политики, исторической памяти и человеческой боли, который не распутать лопатой.

Что ищут и почему не могут найти?

В Пузниках, по данным польской стороны, покоятся останки до 79 поляков. Их убили в марте 1945 года бойцы Украинской повстанческой армии (УПА, запрещена в РФ). Это часть Волынской резни — одной из самых кровавых страниц польско-украинских отношений. Суть проста: с 1943 года отряды ОУН-УПА проводили этнические чистки, уничтожая польское население. Кульминация — 11 июля 1943 года, когда за одну ночь атаковали около ста польских сел. Итог: до 100 тысяч убитых. В основном старики, женщины, дети. Цифра страшная. Но еще страшнее то, что спустя 80 лет эти жертвы до сих пор «не найдены» официально.

Первый этап поисков прошел весной 2025 года. Второй — только что. И снова пусто. Почему? Есть три версии. Первая: могила находится глубже, чем предполагают радары. Вторая: за 80 лет ландшафт изменился, и координаты «потерялись». Третья (и самая циничная): кто-то не хочет, чтобы ее нашли. Поиски возобновят в августе — уже на другом участке. Но ключевой вопрос не в том, где копать, а в том, почему процесс заблокирован с 2017 года.

Политика эксгумации: игра в кошки-мышки

В 2017 году Киев заморозил все разрешения на поисковые работы. Официальная причина — «отсутствие необходимых документов». Реальная — взаимные претензии. Польша требует от Украины признать Волынскую резню геноцидом. Украина, в свою очередь, напоминает о захоронениях воинов УПА в Польше. Это дипломатический тупик, где жертвы становятся разменной монетой.

Вот что важно понять: Пузники стали исключением. Киев дал добро на эксгумацию именно здесь, но только после долгих переговоров. Это как открыть одну форточку в душной комнате — вроде бы легче, но дышать все равно нечем. Польская сторона настаивает: массовые захоронения есть, их нужно найти и перезахоронить с почестями. Украинская сторона не отрицает фактов, но тянет время. Итог: поиски идут, но каждый этап — как шаг по минному полю.

Личное наблюдение автора: почему это важно сейчас

Недавно я заметил странную вещь. В новостях про Пузники мелькает одна и та же фраза: «жертвы трагедии». Никто не говорит «жертвы геноцида». Это не случайно. Дипломатический язык стирает остроту. Когда мы называем вещи своими именами, становится неудобно. А неудобно многим. УПА для части украинского общества — герои, борцы за независимость. Для поляков — каратели. И пока политики спорят о терминах, останки 79 человек лежат в земле, и их никто не может достать. Это не история. Это текущая политика, обернутая в саван.

Что будет дальше? Три сценария

• Оптимистичный: В августе могилу находят. Это создает прецедент, и Киев разблокирует эксгумации по всей Украине. Польша и Украина садятся за стол переговоров.
• Реалистичный: Поиски снова не дают результата. Вопрос замораживают до следующего витка дипломатических консультаций. Жертвы остаются в земле еще на год-два.
• Пессимистичный: Могилу находят, но это вызывает новый виток напряженности. Националисты с обеих сторон используют находку для разжигания конфликта. Политики отмалчиваются.

Резюме от автора

В Пузниках ищут не просто кости. Ищут возможность договориться. Пока что — безуспешно. Технически поиски продолжатся, но политическое решение — за Киевом и Варшавой. Им придется ответить на неудобный вопрос: что важнее — историческая правда или текущие политические альянсы? Пока ответа нет. А в земле лежат люди, которые его ждут дольше, чем кто-либо из ныне живущих.