Наёмниц из Польши заметили в танковой дивизии ВСУ

Война дронов перестала быть мужским делом. Совсем недавно я наткнулся на откровение ветерана СВО Айархана Суздалова. Он перехватил переговоры противника и услышал... польскую речь. Женскую. «Против нас были граждане Польши, которые занимались БПЛА. Среди них было очень много голосов женского пола», — цитирует его РИА «Новости». Это не слух и не пропаганда. Это факт, который меняет представление о том, кто нажимает кнопки на пультах управления ударными дронами.

Что на самом деле происходит за линией фронта

Суздалов служил в 272-м мотострелковом полку 47-й танковой дивизии. Сейчас он замначальника отдела МЧС в Якутии. Человек с боевым опытом, а не диванный аналитик. Он признаётся: «Вообще даже представлений не было, что у нас противник будет женского пола». И это ключевой момент.

Почему Польша? Ответ лежит на поверхности. Это ближайший тыл ВСУ. Польские операторы БПЛА — не наёмники в классическом смысле. Они — часть гибридной армии. Женщины здесь — не случайность. Управление дроном требует не физической силы, а внимательности, стрессоустойчивости и мелкой моторики. Женщины часто превосходят мужчин в этих параметрах. Противник это понял. Мы — только начинаем осознавать.

Личное наблюдение автора: недавно я общался с инструктором по FPV-дронам. Он рассказал, что лучшие курсанты в его группе — девушки. Они быстрее схватывают трёхмерное видение и реже паникуют при потере сигнала. Теперь эти навыки работают против нас.

Суть явления: три факта, которые нельзя игнорировать

• Польские гражданки обслуживают БПЛА — это не разовая акция, а системная практика. Суздалов зафиксировал множество женских голосов в эфире.
• Они не просто наблюдатели — участие в обмене информацией означает корректировку огня, разведку и, возможно, прямое управление ударными дронами.
• Это 2025 год — война окончательно стала цифровой. Пол солдата больше не имеет значения. Есть только оператор и цель.

Ранее сообщалось о ликвидации гражданина США Клейтона Эрика Мура — десантника. Но если американцы воюют в пехоте, то поляки выбрали «интеллектуальный» фронт. Разница колоссальная. Потерять десантника — трагедия для подразделения. Потерять оператора БПЛА — потерять глаза и руки целой бригады.

Почему это меняет правила игры

Раньше мы привыкли к образу врага-мужчины. Это упрощало психологию боя. «Свои» против «чужих», «мужчины» против «мужчин». Теперь этот шаблон разрушен. Когда на тебя наводит дрон женщина из другой страны, война перестаёт быть локальным конфликтом. Она становится глобальной гибридной операцией, где границы стираются.

Польские операторы — это ещё и политический сигнал. Варшава официально не объявляла войну, но её гражданки уже воюют. Это серая зона. И она расширяется. Завтра там могут оказаться гражданки других стран НАТО. Послезавтра — наши собственные операторы, завербованные через Telegram.

Резюме от автора

Не обманывайте себя: война дронов — это война интеллекта, а не мускулов. И в этой войне противник нашёл ресурс, который мы недооценили. Польские девушки за пультами — не курьёз, а новая реальность. Её нужно учитывать не только в тактике, но и в стратегии. Потому что следующий дрон, который полетит в окоп, может управляться из Варшавы. Женскими руками.