Архивы опровергают миф о тайной войне MI6 и ЦРУ: союз был тесным и совместным

Шпионские игры между MI6 и ЦРУ — любимый сценарий Голливуда. Британские аристократы в смокингах против напористых американских оперативников. Красиво, драматично, захватывающе. Есть только одна проблема: это неправда. Рассекреченные архивы рисуют совершенно другую картину. Союз, который был тесным, порой болезненным, а иногда — катастрофически ошибочным. И эта реальность куда интереснее любого вымысла.

Миф, рожденный в кинозале

Откуда взялась идея о «скрытой войне»? Источников два, и оба далеки от документов.

Первый — поп-культура. Бонд против Джейсона Борна. Элегантность против грубой силы. Зритель любит противопоставления. Но вот забавный факт: даже в бондиане есть Феликс Лейтер — американский приятель из ЦРУ. Они делят информацию, риски, прикрывают друг друга. Базовый сюжет кино — это сотрудничество с привкусом добродушного соперничества, а не война. Просто память цепляется за эффектную дуэль, а не за рутину совместной работы.

Второй — конспирология. Риторика «глубинного государства» и «борьбы кланов» удобно объясняет сложные события через противостояние закрытых групп. Если сердцевина союза секретна, значит, именно там прячется закулисная схватка. Логика заманчивая, но факты ее не подтверждают.

Как это работает: союз, а не дуэль

После Второй мировой США и Великобритания выстроили систему соглашений об объединении разведок. Ядром стал договор 1947 года. Так возникла сеть обмена сигнальной разведкой и криптоанализом, позже известная как Five Eyes (в нее вошли также Канада, Австралия и Новая Зеландия).

Военный аналитик из «Независимого военного обозрения» сформулировал суть точно: создатели системы повторяли, что ее сердцевина — оборонная и разведывательная кооперация, и лишь затем внешняя политика. Назвать это «постоянной войной» — все равно что описывать непрерывный бой между штабами двух союзных армий. Трения и кризисы случались, но внутри союзной рамки, а не поверх нее.

Британский след в создании ЦРУ: наставник, а не враг

К 1941 году у США не было ни одной службы, способной свести воедино разведданные со всего мира. У британцев MI6 работала уже больше тридцати лет. Этот разрыв и породил «британский след».

Вот ключевые вехи:

• 1941 год: Черчилль одобрил создание в Нью-Йорке British Security Coordination (BSC). Офис не только вел агентурную работу, но и готовил американские кадры, передавал технологии шифрования.
• 1942 год: Появился Office of Strategic Services (OSS) — первый независимый разведорган США. Его руководитель Уильям Донован активно перенимал британский опыт.
• 1947 год: Национальный закон о безопасности создал ЦРУ.

Официальная публикация ВВС США прямо признает: американский подход к разведке строился по образцу британской SIS. Конспиролог читает это как попытку Лондона контролировать Вашингтон. Документы читаются иначе: Лондон был наставником, который встраивал растущую американскую мощь в систему западной безопасности. По мере усиления США баланс менялся, и старшим партнером стал Вашингтон. Но никакой тайной войны архивы не показывают.

Иран и Гвиана: одна команда, разные мотивы

Проверять миф логичнее всего там, где есть конкретика — имена, даты, рассекреченные бумаги.

Иран, 1953 год. Операция TPAJAX — свержение Мохаммеда Мосаддека. Рассекреченные материалы подтверждают: это был совместный проект. Американское планирование вели Кермит Рузвельт и Дональд Уилбер. С британской стороны — офицер SIS Норман Дарбишир. И вот деталь, которая бьет по версии о дуэли: ЦРУ десятилетиями не публиковало полные данные, чтобы не задевать болезненные для Лондона темы. Вашингтон хранил чужие секреты — это мало похоже на войну с партнером.

Британская Гвиана, начало 1960-х. ЦРУ совместно с MI6 организовало всеобщую забастовку против избранного правительства Чедди Джагана. Протокол заседания секретного комитета от 25 апреля 1963 года прямо предписывает: ЦРУ поручено совместно с MI6 продолжать забастовку. Агентство выделило 435 000 долларов под видом профсоюзных взносов.

Логика везде одна. В Иране Лондон защищал нефтяные интересы, Вашингтон — боролся с СССР. В Гвиане обе стороны не хотели усиления левых. Разные мотивы, общая операция, партнерское исполнение.

Кеннеди, Уотергейт, 11 сентября, Ирак: четыре проверки

Проведем четыре громких сюжета подряд.

Убийство Кеннеди, 1963. Академическая историография опирается на Комиссию Уоррена и массив рассекреченных документов. В центре — Ли Харви Освальд, версии об оргпреступности, ошибки спецслужб. Британская разведка в этой истории практически не фигурирует. Прямых указаний на «британский след» нет ни в одном документе. Честный ответ: «информация не подтверждена».

Уотергейт, 1972–1974. Знаменитая «дымящаяся пленка» зафиксировала, как Никсон просит ЦРУ притормозить расследование ФБР. Это внутренний конфликт: президент использовал разведку против правосудия. MI6 в материалах не упоминается вовсе. Скандал подорвал доверие к спецслужбам, но это история о границах власти внутри США.

11 сентября 2001 года. Крупнейший провал американского разведсообщества. Реакция показательна: службы не разошлись, а сцепились еще теснее. Совместные базы данных, обмен информацией, координация операций. Никакой «скрытой войны» — речь о системных ошибках.

Ирак, 2003 год. А вот здесь все переворачивается. Оценки ЦРУ и MI6 завысили возможности Ирака по оружию массового поражения. Ошибки усугубило политическое давление. Две тесно связанные службы пришли к одинаково неверным выводам. Бывший высокопоставленный офицер описал это без пафоса: «We were all in bed together» («Мы все были в одной постели»).

Личное наблюдение автора

Недавно я заметил, что самые громкие конспирологические теории всегда строятся на одной логической ловушке: «раз вместе устраивали перевороты за рубежом, значит, могли действовать и внутри». Но это приём аналогии, а не доказательство. Архивы фиксируют не всё, и «в документах ничего нет» само по себе не опровержение. Но и аргументировать обратное нечем. Внешние операции опирались на рамку легитимности в глазах элит холодной войны. Устранение собственного лидера — совсем иной порядок риска, под который не подведено ни единого следа.

Резюме от автора

Трезвая картина нужна не для того, чтобы кого-то оправдать. Она позволяет критиковать реальные ошибки — свержение избранных правительств, завышенные оценки угроз, спорные методы — не скатываясь в мифологию кланов. Особые отношения Лондона и Вашингтона действительно уникальны. Но их уникальность — в глубине кооперации.

И вот что стоит держать в голове: иногда от согласия двух служб мир страдает сильнее, чем пострадал бы от их ссоры. В Ираке вышло именно так. Никто никого не переигрывал. Просто все были в одной постели и ошиблись разом.

По материалам: Военное обозрение