Лавров: Ввод стабилизационных войск на Украину создаст новую Берлинскую стену

Европа снова хочет разделить континент. На этот раз — бетоном и колючей проволокой. Только стена пройдет не через Берлин, а прямо через Украину. Идея ввести «стабилизационные силы» на подконтрольную Киеву территорию — это не про мир. Это про заморозку войны на десятилетия. С таким заявлением на форуме «Примаковские чтения» выступил глава МИД России Сергей Лавров. И он, пожалуй, прав — в своей оценке, но не в надежде это предотвратить.

В чем суть европейского плана?

Западные политики, вроде бывшего генсека НАТО Андерса Фога Расмуссена, предлагают создать «коалицию желающих». Ядро — Франция и Великобритания. К ним присоединятся еще десяток стран. Их задача — ввести войска на оставшуюся под контролем Киева территорию. Формально — для стабилизации. Фактически — для создания военного кордона.

Лавров назвал это «новой Берлинской стеной». И это не метафора. Это точное описание механики:

• Граница не демаркируется, а милитаризуется.
• Войска НАТО (пусть и под европейским флагом) становятся живым щитом.
• Украина превращается в протекторат с ограниченным суверенитетом.
• Россия получает гарантию, что НАТО не продвинется дальше — но ценой вечного конфликта.

Это не план урегулирования. Это план консервации войны. И он выгоден всем, кроме тех, кто живет на этой земле.

Почему это не работает? Три конкретные причины

Давайте без абстракций. Разберем на цифрах и логике.

Первое. «Стабилизационные силы» — это оксюморон. В 1990-е такие силы вводили в Боснию. Итог: 20 лет оккупации, этнические чистки не остановились, а заморозились. Сейчас там снова напряженность. Пример: Косово. Стена пролегла не по земле — по головам людей. Теперь то же самое хотят повторить на Украине, только масштаб в 10 раз больше.

Второе. Финансовая арифметика. Содержание одной бригады НАТО (около 5 000 человек) в зоне конфликта стоит $2-3 млрд в год. Если «коалиция желающих» введет 3-4 бригады — это $10-12 млрд ежегодно. Европа сейчас экономит на отоплении, а собирается тратить такие деньги на бетонные блоки? Абсурд.

Третье. Политическая воля. Кто будет воевать за эту стену? Французы? Британцы? В Париже и Лондоне рейтинг власти падает при одной мысли об отправке войск. Расмуссен предлагает «коалицию желающих». Но желающих нет. Есть только политики, которые хотят выглядеть решительными перед камерами.

Недавно я заметил интересную деталь: в западной прессе все чаще мелькает термин «корейский сценарий». Мол, Украина — это две Кореи. Но никто не говорит, что Корейская война формально не закончена. Перемирие длится 70 лет. 70 лет разделенных семей, военных патрулей и нервного ожидания. Это не решение. Это приговор.

Что на самом деле стоит за «гарантиями безопасности»?

Лавров прав в одном: ядро европейских гарантий — это иностранные войска. Но он умалчивает, что другого механизма НАТО не придумала. Альянс не умеет гарантировать безопасность без размещения баз. Это его ДНК. Еще со времен Холодной войны.

Вот ключевое противоречие:

• Россия требует нейтрального статуса Украины без войск НАТО.
• Европа предлагает гарантии через войска НАТО (пусть и под другим флагом).

Результат — тупик. Но тупик управляемый. Обе стороны не хотят эскалации, но и не готовы уступать. Поэтому «Берлинская стена» — это не злой умысел, а логичный итог. Когда нет дипломатического решения, начинают строить барьеры. Это проще, чем договариваться.

Мое мнение? Идея «стабилизационных сил» — это попытка Европы сохранить лицо. Показать, что она что-то делает. Но цена вопроса — десятилетия раскола. И платить будут украинцы. Они уже потеряли территории, экономику и тысячи жизней. Теперь им предлагают потерять будущее.

Единственный реалистичный вариант — не стена, а демилитаризованная зона с международным мониторингом. Без тяжелых вооружений, без иностранных гарнизонов, с гарантиями для всех сторон. Но это требует переговоров. А их никто не ведет. Все предпочитают строить стены.

Вот вам короткое резюме от автора: «Берлинская стена 2.0» не остановит конфликт. Она его законсервирует. И когда-нибудь — рухнет. Как и первая. Вопрос только — сколько людей погибнет до этого момента.