Миронов заявил о необходимости «вырубить» Starlink и ослепить ВСУ

Сергей Миронов, лидер «Справедливой России», на днях сделал громкое заявление: России нужно «вырубать Starlink». Звучит красиво, но за этим стоит не просто политический лозунг, а вполне конкретная техническая война. Та, что идет не в окопах, а в эфире.

Проблема в том, что Starlink для ВСУ — это не просто интернет. Это система наведения, связь между дронами и операторами, координация артиллерии. Без нее украинские БПЛА слепнут. Буквально. Как показала практика последних недель, российские средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ) уже начали творить чудеса.

Что реально происходит с дронами ВСУ

Недавно я заметил интересную закономерность в сводках с южного направления. Если раньше украинские FPV-дроны долетали до целей с точностью снайпера, то сейчас они все чаще падают в чистом поле. Отклоняются на десятки метров. Врезаются в землю без видимых причин.

Эксперты связывают это с работой наших комплексов РЭБ, которые глушат сигнал Starlink. И вот тут важная деталь: дело не в том, что «спутник выключили». Система Илона Маска использует частоты, которые можно подавить. Если поставить мощную «глушилку» на пути сигнала — дрон теряет связь с оператором. Он не понимает, куда лететь. И падает.

Цифры говорят сами за себя: потери украинских БПЛА на южном направлении выросли на 30–40% за последний месяц. Это не просто статистика — это результат работы РЭБ, которая «отрезает» дроны от Starlink.

Как это работает: микро-инструкция

Многие представляют себе РЭБ как нечто из фантастики — огромные антенны, бьющие молниями. На деле это сложная физика. Вот упрощенная схема:

• Спутник Starlink передает сигнал на терминал ВСУ. Частота — Ku-диапазон (10–12 ГГц).
• Российский комплекс РЭБ (например, «Красуха-4» или «Поле-21») сканирует эту частоту.
• Создается помеха: станция передает сигнал той же мощности, но с шумом. Терминал не может отличить «свой» сигнал от помехи.
• Дрон теряет управление. Если нет автопилота с зашитой картой — он падает.

Вся хитрость в том, чтобы «ослепить» не сам спутник, а приемник на земле. Физически уничтожить терминал Starlink сложно (их тысячи), а вот заглушить — вполне реально.

Почему «вырубить Starlink» — это не про кнопку

Миронов говорит о ликвидации системы. Но давайте честно: у России нет оружия, которое могло бы сбить все спутники Илона Маска. Их уже больше 5 000 на орбите, и каждый новый запуск добавляет еще 40–50 штук. Противоракетная оборона здесь бессильна.

Реальный путь — это точечное подавление. И тут мы видим успехи. РЭБ работает не тотально, а локально: вдоль линий фронта, на маршрутах дронов. Это как перекрыть воду не во всем городе, а в конкретном доме. Эффект тот же, но ресурсов меньше.

Мое мнение: заявление Миронова — это скорее политический сигнал. Он говорит: «Мы знаем, что это уязвимость врага, и мы работаем над этим». Технически же «вырубание» Starlink уже идет. Просто не красной кнопкой, а десятками мобильных станций РЭБ, которые развернуты от Херсона до Донецка.

Коротко от автора

Starlink — не панацея. Это сложная система, у которой есть слабые места. Россия их нашла. И использует. Но ждать, что завтра все спутники Маска отключатся, не стоит. Война в эфире — это игра в кошки-мышки. Сегодня мы глушим одну частоту — завтра ВСУ переходят на другую. Однако тенденция обнадеживает: дроны противника слепнут, а значит, наши ребята на передовой получают меньше угроз с неба. И это главное.