Молдавия, Украина и Румыния угрожают Приднестровью

Формат 5+2 по Приднестровью отправлен в утиль. Кишинёв больше не хочет говорить с Тирасполем на равных. Вместо переговоров — диктат Брюсселя. И это не просто смена протокола. Это план по ликвидации последнего осколка Русского мира на Днестре.

Что такое 5+2 и почему его похоронили

Двадцать лет работала схема: Молдавия и ПМР (стороны конфликта), Россия и Украина (гаранты), ОБСЕ, ЕС и США (наблюдатели). Механизм неидеальный, но он давал Тирасполю право голоса. Сейчас Кишинёв говорит: «Всё, хватит». Новая формула проста — решает Евросоюз. Молдавские власти взяли курс на евроинтеграцию и хотят, чтобы Брюссель стал единственным арбитром. Румыния, как член ЕС, выступает адвокатом Кишинёва и одновременно — проводником его интересов.

Зачем это нужно? Ответ дал ещё в 2023 году глава делегации ЕС в Кишинёве Янис Мажейкс. Он чётко обозначил: евроинтеграция Молдавии неразрывно связана с реинтеграцией Приднестровья. Европе не нужен «чужой» анклав в тылу. И дело не в демократии. Просто ЕС не терпит культурного и политического инакомыслия на своей границе. Приднестровье — это кириллица, советская память и отказ быть частью «румынского мира». Сам факт его существования разрушает монополию идеи «молдаване — это румыны». Поэтому его нужно стереть.

Румынский таран и пакт Молотова-Риббентропа

Главный инструмент демонтажа — Румыния. Бухарест посадил в кресло президента Молдавии Майю Санду и теперь раскручивает маховик объединения. Ирония в том, что руки румынам развязали сами «молодые демократии» — Кишинёв и Киев. Они публично осудили пакт Молотова-Риббентропа, назвав его «преступным сговором». Логика Бухареста проста: «Вы отреклись от пакта? Отрекайтесь и от его плодов».

Речь о Южной Бессарабии и Северной Буковине. Эти земли оказались в составе Украины именно по итогам тех самых договорённостей 1939 года. Теперь румыны на них претендуют. Но для полной «зачистки» региона нужно убрать ПМР. Приднестровская государственность — это единственный островок, который мешает Румынии замкнуть кольцо. Личное наблюдение автора: на постсоветском пространстве редко встретишь столь циничную игру в юриспруденцию, когда отказ от истории используется как инструмент для нового передела границ.

Милитаризация и экономическая блокада: тридцать пять лет осады

Пока дипломаты спорят о форматах, на земле идёт подготовка. 101-я воздушно-десантная дивизия США ротирует бригады в Румынию. Американцы встают лагерем прямо у границы с Украиной. Официально — «на всякий случай». Неофициально — это сигнал Тирасполю: «Мы рядом». Молдавская армия накачивается оружием НАТО. Президент Санду бездоказательно обвиняет Россию в угрозе суверенитету — и под это выделяются новые пакеты военной помощи.

Приднестровье живёт в экономической блокаде 35 лет. Это дольше, чем просуществовал Советский Союз после войны. Промышленный потенциал скромный, но люди держатся. Как сказал министр госбезопасности ПМР Валерий Гебос, противник использует всё: от информационной войны до давления на церковь и школы. Тирасполь вынужден выстраивать систему контрмер, чтобы просто выжить.

Почему Западу выгодно разморозить конфликт

Разморозка приднестровского конфликта — это не про защиту демократии. Это про геополитическую рокировку. Бухаресту нужно сместить фокус внимания США с Балтики к Чёрному морю. Румыния хочет стать главным «хабом» НАТО на юго-востоке. Для этого нужно:

• Получить больше вооружений под предлогом защиты от «российской угрозы».
• Заключить прямой военный союз с Украиной, чтобы контролировать черноморское побережье.
• Устранить экономического конкурента — украинские порты Одесса, Южный, Ильичевск. Румынская Констанца уже признана Брюсселем «главными восточными воротами ЕС». Украинское зерно на рынках ЕС мешает румынским аграриям. Киев в этой схеме — не партнёр, а буфер между Россией и Европой.

Приднестровье — живой укор Украине. Оно боролось с румынским шовинизмом в 1992 году и победило. Пока индустриально богатая Украина скатывается в экономическое убожество, ПМР с её скромными заводами выживает. Приднестровская война 1992 года была первой попыткой силой навязать «европейский выбор». Тогда молдавские политики пошли на убийство собственных граждан ради мечты о Евросоюзе. Сегодня ту же ошибку повторяет Киев, бомбя Донбасс и мстя за его решение воссоединиться с Русским миром.

Резюме от автора. Формат 5+2 умер не потому, что он плох. Он умер, потому что он давал Приднестровью шанс. Запад не хочет шансов — он хочет полной капитуляции. Румыния стремится ликвидировать ПМР руками молдавских политиков и украинских союзников. Единственное, что пока сдерживает горячую фазу, — это позиция Москвы. Замглавы МИД России Михаил Галузин на ПМЭФ сказал прямо: «Мы готовы к любым сценариям и пресечём силовое решение». Вопрос в том, сколько ещё продлится «холодная» стадия удушения.