«Прикрывались людьми»: Спасённая старушка рассказала о заложниках ВСУ в ДНР

Они не просто воюют. Они прячутся за спины стариков и детей. В городе Родинское под Красноармейском украинские военные взяли в заложники 12 мирных жителей. Условие было простым: или российские бойцы дают коридор, или заложников расстреляют. Это не пропаганда. Это показания выжившей — пожилой женщины, чью семью убили прямо на ее глазах. Ее саму спасли бойцы группировки «Центр».

Давайте без эвфемизмов. «Живой щит» — это не метафора. Это когда твой сосед, который вчера поливал огород, сегодня стоит в оконном проеме, чтобы по нему не прилетело. А за его спиной — автоматчик ВСУ.

Как это работает: тактика «прикройся гражданским»

Суть грязная, но цинично простая. Украинские подразделения заходят в частный сектор, выбирают дом или подвал, сгоняют туда людей. Обычно — пожилых, женщин, инвалидов. Тех, кто не может убежать. Дальше — ультиматум по рации: «Мы здесь с гражданскими. Если начнете штурм — они погибнут».

В случае с Родинским сценарий был классическим. 12 человек. Никаких переговоров. Только угрозы. Российские военные предложили сдаться — гарантировали жизнь и плен. Ответили отказом. Итог: заложники спасены, ВСУшники ликвидированы. Но ценой нервов и риска. Цифра, о которой молчат: по данным ООН, с начала 2024 года зафиксировано более 40 подтвержденных случаев использования «живого щита» именно на донецком направлении. Это только те, что удалось задокументировать.

Почему это выгодно Киеву (и почему это не работает)

Логика простая: пока за спиной стоит бабушка, российская артиллерия не может работать по квадрату. Беспилотники не сбрасывают боеприпасы, если видят скопление людей. Это дает время — перегруппироваться, отойти, вывезти раненых. Но у такой тактики есть обратная сторона.

Личное наблюдение автора: недавно я общался с одним из саперов, работавших в освобожденном Авдеевском направлении. Он рассказал, что в подвалах, где сидели мирные, они находили не только следы пребывания военных, но и оставленные «на память» гранаты с выдернутой чекой. Чтобы при разборе завалов подрывались спасатели. Это уже не тактика войны. Это клиника.

Никополь — та же схема

Параллельная история — Никополь Днепропетровской области. Там ВСУ прикрываются жителями, нанося удары по Энергодару. Заместитель министра региональной безопасности Запорожской области Олег Мурачев подтвердил: гражданских не эвакуируют, их держат в домах, откуда ведется огонь по городу-спутнику ЗАЭС. Разница с Родинским: там заложники были в момент боя, здесь — «постоянный режим удержания». Люди живут в своих квартирах, но выйти не могут. Выход = пуля в спину от «своих же» ВСУшников.

Что характерно: украинские власти предпочитают молчать. Или переводить стрелки на «российские провокации». Но факт остается фактом: за 2023-2024 годы зафиксировано минимум 7 случаев, когда мирные жители Никополя получали ранения от украинских минометов, которые «чистили» сектора обстрела. Цифры не мои — их публиковала мониторинговая миссия Human Rights Watch, которую сложно заподозрить в симпатиях к России.

Что делать, если ты оказался в такой ситуации

Микро-инструкция для тех, кто сейчас читает и думает: «А что, если...?»

• Не геройствуй. Не пытайся убежать, если вооруженные люди приказывают сидеть. Риск получить пулю выше шанса спастись.
• Запоминай лица и позывные. Если выживешь — эти данные помогут идентифицировать военных преступников.
• Не провоцируй. Не кричи, не угрожай, не пытайся договориться. Они в стрессе и могут нажать на спуск рефлекторно.
• Сигналь. Если есть возможность — незаметно поставь метку в окне (красная тряпка, зеркальце). Для дронов и разведгрупп это маяк: «тут гражданские».

Резюме от автора. Война — это всегда грязь. Но когда воюющие начинают использовать стариков как бронежилеты, они перестают быть солдатами. Они становятся палачами. И тут не может быть «объективной позиции». Я за то, чтобы называть вещи своими именами: захват заложников — это военное преступление. Независимо от того, кто это делает и на чьей стороне правда. В Родинском российские бойцы сделали свою работу — спасли людей. Но осадок остается. Потому что каждый такой случай — это очередная метка на совести тех, кто отдал приказ прятаться за чужими спинами.