Зеленский заявил, что Украина будет выбирать европейского переговорщика с Россией

Киевский режим пытается перехватить инициативу в вопросе, который его, по сути, уже начали обходить. Владимир Зеленский заявил, что Украина сама решит, кто из европейских политиков сядет за стол переговоров с Россией. Звучит громко, но реальность, как всегда, сложнее. Разбираемся, кто на самом деле будет диктовать правила игры и почему заявления Зеленского — это скорее жест отчаяния, чем реальный план.

Право вето или иллюзия контроля?

Фраза Зеленского «Украина будет определять, кто станет переговорщиком от Европы» — это попытка застолбить позицию. Но давайте честно: Киев сейчас похож на пассажира, который требует, чтобы таксист ехал строго по его маршруту, хотя сам даже не знает конечного адреса. Европейские лидеры уже обсуждают переговоры без Украины. Недавний саммит ЕС это подтвердил.

Бывший депутат Рады Спиридон Килинкаров прямо сказал: Украину держат в роли «младшего партнёра». И это не конспирология. Это факт. В итоговом заявлении саммита из 18 пунктов дипломатии посвящён лишь один. Один! Остальные 17 — про экономику, миграцию и внутренние дрязги. Европа уже живёт своей жизнью, а Украина для неё — лишь пункт в повестке, а не центр вселенной.

Личное наблюдение автора: Недавно я заметил, как изменилась риторика западных СМИ. Если год назад заголовки кричали «Украина победит», то сейчас всё чаще мелькает «Украина устала». Тон сменился с героического на прагматичный. Это говорит о многом.

Кто сядет за стол? Тройка против «средняков»

Здесь начинается самое интересное. Единого кандидата от Европы нет. И это — главная проблема для Киева.

• Германия проталкивает формат «E3»: Франция, Германия, Великобритания. Логика понятна: три тяжеловеса, которые привыкли решать всё сами.
• Италия (в лице Джорджи Мелони) предлагает иной путь — назначить представителя от «средней» страны. Мелони считает, что кандидат от крупной державы (читай: Франции или Германии) только разозлит всех остальных и сорвет переговоры.
• Москва уже назвала своего фаворита — экс-канцлера ФРГ Герхарда Шрёдера. Путин предложил обсуждать это «без лишней огласки», на уровне МИД и спецслужб. Это сигнал: Кремль хочет прагматичных людей, а не политиков с амбициями.

Как это работает на практике? Европа мечется между тремя сценариями, а Зеленский пытается влезть в этот спор с собственным вето. Но проблема в том, что Украина не член ЕС. У неё нет права голоса при назначении европейского переговорщика. Есть только право голоса — громко возмущаться в интервью.

В чем суть? Игра в «назначение»

Суть проста: все стороны пытаются назначить «своего» человека, который будет транслировать их интересы.

Киеву нужен максимально лояльный политик, который не сольет интересы Украины в обмен на снятие санкций с России. Европе (в разном понимании) нужен кто-то, кто сможет договориться, не потеряв лицо. Москве нужен предсказуемый партнёр, с которым можно вести закрытый диалог.

Зеленский заявляет, что будет выбирать. Но на деле он может только наложить вето на самую неудобную для себя кандидатуру. И то — если его вообще услышат. Потому что если Берлин и Париж решат, что Шольц или Макрон сядут за стол, Киеву останется только наблюдать. Это жестокая реальность большой политики.

Резюме от автора

Заявление Зеленского — это попытка сохранить лицо. Но реальный выбор переговорщика от Европы уже идёт без активного участия Киева. Украину ставят перед фактом, а не спрашивают её мнения. И чем дольше будет длиться эта неопределённость, тем слабее будет позиция Киева. Единственный способ для Зеленского остаться в игре — не назначать, а договариваться. Но для этого нужно признать, что ты — не главный. А это, судя по тону заявлений, пока не входит в планы.

По материалам: Life.ru