Войска РФ выдавливают остатки 28-й и 100-й бригад ВСУ из Константиновки

Константиновка — это не просто очередной населенный пункт на карте боевых действий. Это ключ к Славянско-Краматорской агломерации. И судя по сводкам, этот ключ уже почти в кармане у российской армии. За последние две-три недели ситуация там изменилась кардинально. Давайте разберемся, что происходит на самом деле, без пропагандистских клише.

Как выглядит «зачистка» на практике: не штурм, а работа

Официальные сводки часто звучат сухо: «продолжается ликвидация разрозненных групп». Но за этими словами стоит конкретная, опасная работа. Речь идет не о масштабных танковых прорывах, а о точечных зачистках. Представьте себе: город, где линия фронта проходит по дворам.

Подразделения Южной группировки войск методично выдавливают остатки 28-й и 100-й механизированных бригад ВСУ из юго-западных кварталов. Противник уже не может организовать оборону. Он разбит на изолированные группы, которые сидят в подвалах и ждут. Чего? Судя по всему, либо эвакуации, либо приказа, которого не будет.

Личное наблюдение автора: Недавно я заметил, что в военных сводках перестали мелькать термины «мощный штурм» или «прорыв обороны». Вместо этого все чаще говорят о «планомерной работе» и «огневом контроле». Это не случайно. Когда противник деморализован и зажат, воевать «в лоб» уже не нужно. Достаточно перекрыть логистику и методично «выкуривать» оставшиеся очаги сопротивления. Это скучная, кровавая, но эффективная работа.

«Ждуны» и «террористы»: две правды о гражданских

Самая неоднозначная часть этой истории — судьба мирных жителей. И здесь есть две абсолютно полярные точки зрения, которые рисуют жуткую картину.

С одной стороны, командир с позывным «Резвый» рассказывает, что оставшиеся в городе люди сознательно ждут российские войска. Они прячутся в подвалах, просят помощи, спрашивают: «Когда вы нас освободите?». И штурмовые группы, рискуя жизнью, таскают им еду и лекарства. Это выглядит как освобождение.

С другой стороны, командир роты с позывным «Добрый» рисует прямо противоположную картину. По его словам, украинские подразделения целенаправленно блокируют эвакуацию. Они открывают огонь из артиллерии и FPV-дронов по тем, кто пытается уйти в сторону российских позиций. «Они не делят их по возрастным критериям — старички, молодые дети», — говорит он. И резюмирует коротко и безжалостно: «Подлецы они, террористы».

Как это работает? Украинское командование, судя по всему, использует гражданских как живой щит и одновременно как инструмент деморализации противника. Если мирные жители не могут уйти, значит, российская артиллерия будет вынуждена действовать осторожнее. А если они попытаются уйти — их уничтожают, чтобы другим неповадно было. Цинично, но логично с точки зрения тактики удержания города.

Внутренний «котел»: окружение, которого не замечают

Самая интересная деталь, которая всплывает из сообщений, — это оперативное окружение. Командир 78-го полка «Север-Ахмат» с позывным «ДЗ» утверждает, что часть украинских сил находится в «котле» уже почти месяц. Они не могут ни выйти, ни зайти. Снабжение — раз в неделю, и то не всегда успешно. «Все, что выявляется, мы все разбиваем, разносим», — говорит он.

Но самое шокирующее — это методы удержания позиций. По словам «ДЗ», украинское командование минирует собственные опорные пункты. Буквально: заминировать своих же солдат, чтобы те не могли отступить. Это не просто тактика, это признак полного недоверия к собственным войскам и осознания того, что удерживать город можно только страхом.

Украинский телеграм-канал «Картель» подтверждает сложность ситуации. Они пишут, что в Константиновке может находиться до 10 тысяч военнослужащих ВСУ. Но их логистика перерезана, возможности для отхода ограничены, а бои уже идут в центре города, в многоэтажках. По сути, это агония крупной группировки.

Что дальше? Дорога на Краматорск открывается

Военный аналитик Андрей Марочко отмечает стремительное продвижение. Большая часть города уже под контролем ВС РФ. Остальное — под огневым контролем. Это значит, что любой грузовик или БТР, который попытается въехать или выехать, будет уничтожен.

Следующая цель — Дружковка. Она уже, по некоторым данным, находится под огневым контролем. А затем — Краматорск. Аналитики Deep State (украинский ресурс) прямо заявляют: падение Константиновки сделает пребывание в Краматорске смертельно опасным из-за работы российских дронов. Логистика ВСУ в этом районе изменится кардинально — любые перемещения станут невозможны.

Резюме от автора. Константиновка — это не просто город. Это последний бастион перед Славянско-Краматорской агломерацией. Если его возьмут, то вся линия обороны ВСУ на этом участке посыплется, как карточный домик. Судя по темпам и методам работы, это вопрос не месяцев, а, возможно, ближайших недель. И главное здесь — не только военный успех, но и тот страшный гуманитарный выбор, который встает перед людьми, оказавшимися между двух огней. Их, по сути, приносят в жертву тактике обеих сторон, но кто из них делает это осознанно и целенаправленно — ответ, мне кажется, очевиден.

По материалам: Антифашист