В Кремле оценили подписание меморандума между США и Ираном

Подписание меморандума между США и Ираном — событие, которое уже назвали историческим. Но, как это часто бывает, самое интересное начинается после того, как высохли чернила. Помощник президента РФ Юрий Ушаков назвал церемонию «красивой и эффектной». И он прав. Но давайте честно: красивая обложка не гарантирует захватывающего содержания. Теперь начинается самая трудная часть — выработка основного соглашения. И тут без скепсиса не обойтись.

Красивая картинка и суровая реальность

Трамп и Пезешкиан поставили подписи под меморандумом о взаимопонимании. Это не договор о мире, а скорее «письмо о намерениях». Согласитесь, разница колоссальная. Меморандум — это как помолвка. Свадьба (основное соглашение) может не состояться, если стороны не договорятся по приданому.

Ушаков точно подметил: «Теперь начинается самая трудная фаза». И он знает, о чем говорит. Первый этап переговоров — это всегда эйфория. Все улыбаются, жмут руки, говорят о мире. Второй этап — это когда начинают считать деньги и делить территории.

В чем суть? Меморандум фиксирует общее желание закончить конфликт. Но дьявол, как всегда, в деталях. Какие уступки сделает Иран по ядерной программе? Как США снимут санкции? Кто будет контролировать выполнение договоренностей? Пока ответов нет. Есть только красивая церемония и падающие цены на нефть (Трамп уже отметил этот факт, и это, кстати, единственный реальный результат на данный момент).

Кто будет вести переговоры? Старая гвардия

Ушаков считает, что на первом этапе потребуется присутствие двух ключевых фигур с американской стороны: Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера. Это интересный момент. Почему именно они?

• Стив Уиткофф — спецпосланник, человек, который умеет договариваться в сложных условиях. Его опыт в сделках с недвижимостью (да, он девелопер) парадоксальным образом помогает в политике. Он видит «сделку» там, где дипломаты видят «конфликт».
• Джаред Кушнер — зять Трампа и его неформальный советник. Именно он курировал «Сделку века» на Ближнем Востоке. Его присутствие означает, что Трамп доверяет этому процессу лично, а не перепоручает его госдепартаменту.

Личное наблюдение автора: Недавно я заметил, что в переговорах такого уровня решающую роль играют не официальные лица, а люди с прямым доступом к уху президента. Уиткофф и Кушнер — именно такие. Они могут сказать «нет» быстрее, чем любой посол. Это ускоряет процесс, но делает его менее предсказуемым.

Иран, кстати, тоже выставит тяжелую артиллерию. Пезешкиан подписал меморандум, но реальные переговоры будут вести люди из Корпуса стражей исламской революции. Им уступать не привыкли.

Нефтяной фактор: первая ласточка или ложная тревога?

Трамп заявил, что после подписания документа цены на нефть пошли вниз. Это логично. Рынки всегда реагируют на снижение геополитических рисков. Но давайте посмотрим на цифры.

Было: До новостей о меморандуме баррель Brent колебался в районе $85-87. Риск эскалации в Ормузском проливе держал цену высокой.

Стало: После подписания цены упали на 3-4%. Это серьезно, но не критично.

Почему? Потому что меморандум — не гарантия. Если переговоры зайдут в тупик (а они, скорее всего, зайдут), цены вернутся обратно. Иран контролирует 3% мирового экспорта нефти через Ормузский пролив. Любой намек на срыв сделки — и трейдеры снова начнут паниковать. Так что падение цен — это аванс. Инвесторы поверили в «красивую картинку». Но они отзовут доверие так же быстро, как и дали.

Резюме от автора

Меморандум подписан. Это факт. Но не обманывайтесь внешним эффектом. Настоящая битва — за текст основного соглашения — только начинается. И она будет грязной, долгой и с непредсказуемым финалом.

Мое мнение: Трампу нужна победа перед выборами. Пезешкиану — снятие санкций, чтобы спасти экономику. Оба заинтересованы в результате, но каждый тянет одеяло на себя. Если они не найдут формулу, при которой проигравших не будет (а это почти невозможно), мы увидим не мир, а очередное перемирие. Красивое, но хрупкое. Как фарфоровая чашка. Одно неловкое движение — и осколки.