«Огромная и трудная задача»: как сверхдальний поход подводных лодок 1966 года изменил советский флот

23 мая 1966 года Героями Советского Союза стали участники первого подводного перехода между Баренцевым морем и Камчаткой вокруг Южной Америки. Выполнение этой задачи подарило военно-морскому флоту СССР бесценный опыт.

Подготовка к походу

В середине 1960-х годов советское командование решило усилить Тихоокеанский флот двумя атомными подводными лодками, которые находились в то время на Северном флоте — а именно, на военно-морской базе Западная Лица в Баренцевом море. Кроме того, военных интересовал вопрос возможности преодоления противолодочных рубежей НАТО. Чтобы решить обе задачи сразу, было принято решение организовать беспрецедентный для отечественного флота переход вокруг Южной Америки. Моряки должны были преодолеть Северный Ледовитый, Атлантический и Тихий океаны.

«К этому времени наши подводники уже имели довольно большой опыт плавания в разных широтах. Они сходили к Северному полюсу, побывали в районе экватора, совершили межфлотский переход с Северного на Тихоокеанский флот подо льдами Арктики. Задачи перед ними ставились всё более разнообразные и сложные», — рассказал в беседе с RT историк флота, доброволец СВО Дмитрий Жаворонков.

Хотя маршрут плавания не предполагал возвращения в исходный пункт и формально не соответствовал критериями кругосветного плавания, в публицистике его в наши дни принято называть «кругосветкой», так как речь шла о преодолении трёх океанов и огибании Земного шара.

Для участия в переходе отобрали две серийные субмарины: ракетную подлодку К-116 (проект 675) под командованием капитана II ранга Вячеслава Виноградова и АПЛ К-133 (проект 627А) капитана II ранга Льва Столярова, имевшую торпедное вооружение. Непосредственное руководство операцией доверили командующему 1-й подводной флотилией Северного флота, контр-адмиралу Анатолию Сорокину. Он разместил свой штаб на К-116.

При планировании плавания изначально рассматривались три варианта маршрутов: первый — вокруг Южной Америки, второй — вокруг Африки и через Малакку, третий — мимо Африки и Австралии. Остановились в итоге на первом.

«План перехода был засекречен, и подводники узнали об этом только выйдя в море. Командир вскрыл пакет, и, соответственно, там был изложен маршрут», — поделился в разговоре с RT председатель Общероссийского Движения поддержки флота, капитан 1-го ранга Владимир Мальцев.

Субмарины перед выходом в море придирчиво проверили на техническую исправность, а экипажи прошли тщательное медицинское обследование. Любая нештатная ситуация могла привести к срыву уникального задания.

«Подводники были подготовлены, они прошли обучение, многие из них имели опыт плавания в Северном Ледовитом океане», — рассказал Владимир Мальцев.

«Огромная и трудная задача»

Провождать моряков в путь прибыл лично главнокомандующий Военно-морским флотом СССР Сергей Горшков. В начале февраля 1966 года подводные лодки вышли из Западной Лицы и двинулись в сторону Фареро-Исландского барьера.

«Главной задачей было испытать технику и экипаж в сложных климатических условиях, которые сменялись. Амплитуда перепада температур воздуха за время похода была более 70 °C. Это было необыкновенное плавание, но оно проходило в совершенно будничном ритме: от работы экипажа — до работы лодки», — подчеркнул Дмитрий Жаворонков.

Самым сложным участком для преодоления был пролив Дрейка, который моряки  называют «кладбищем кораблей».

«Он знаменит штормами, ураганными ветрами, ну а самая большая опасность там для подводников исходила от множества айсбергов», — рассказал Владимир Мальцев.

Но советские моряки преодолели все сложности — например, столкновения с ледяными горами избегали, замеряя забортную температуру. В сложных для навигации условиях важно было не сбиться с курса.

«Огромная и трудная задача — это штурманская работа: прокладка курса, проводка кораблей в суровых условиях, в узкостях и так далее», — пояснил Дмитрий Жаворонков.

По словам экспертов, никаких серьёзных чрезвычайных происшествий за время похода не произошло. Но даже мелкие инциденты таили в себе серьёзные риски. Однажды затоплению подвергся отсек, через который с К-116 удалялся мусор. Оказалось, что пустая консервная банка прорезала упаковку и зацепилась за наружную крышку устройства, при помощи которого субмарину покидали отходы. Чтобы восстановить нормальную работу механизма, морякам пришлось серьёзно повозиться.

Занервничать экипажу пришлось, когда радары показали, что навстречу движется на значительной скорости другой подводный объект. Экипаж субмарины готовился к срочным манёврам, но «незнакомец» неожиданно ушёл в сторону. Предположительно, это была американская подводная лодка, и встреча в океане произошла совершенно случайно. В другой раз советскую субмарину окружили косатки, «обсуждавшие», что за «чудовище» проплывает мимо. «Переговоры» млекопитающих отчётливо слышали советские акустики.

Параллельно с обеспечением движения участники перехода проводили исследования — в частности, собирали информацию о работе механизмов в различных условиях, производили заборы воды.

«Наша промышленность и наши подводники получили по итогам этого похода огромный опыт», — рассказал Дмитрий Жаворонков.

Одной из ключевых проблем стала усталость людей от постоянного нахождения в замкнутом пространстве — в условиях, противоестественных для психики и человеческого организма в целом. Это вызывало раздражительность, апатию, приводило к снижению трудоспособности. Командование старалось дать экипажу дополнительное время на отдых, разнообразить досуг. На борту вели журнал и отмечали праздники.

«Такой поход был уникальным, он произошёл впервые в истории. Но это было сопряжено с риском для жизни», — подчеркнул Владимир Мальцев.

26 марта 1966 года подводные лодки встретились у берегов Камчатки с советскими эсминцами. 52-дневный переход протяжённостью более 20 тыс. морских миль был завершён. К-116 и К-133 были зачислены в дивизию подлодок Камчатской военной флотилии. По словам историков, это стало неприятным сюрпризом для американского военного командования.

«Подводные лодки преодолели незамеченными рубежи обороны НАТО», — подчеркнул Мальцев.

23 мая 1966 года группа участников похода, включая Анатолия Сорокина, Вячеслава Виноградова и Льва Столярова были удостоены звания Героя Советского Союза.

Сорокин в дальнейшем стал председателем Постоянной комиссии государственной приёмки кораблей ВМФ СССР, Виноградов — начальником тыла Камчатской военной флотилии, Столяров — начальником Ленинградского Нахимовского военно-морского училища.

«Поход имел большое историческое значение. Наши подводники продемонстрировали всему миру военную мощь нашего государства, силу научно-технических достижений. Переход дал толчок для развития атомного подводного военного флота СССР», — подытожил Владимир Мальцев.