Персидский поход графа Зубова
Персидский поход 1796 года: триумф, который отменили
Летом 1796 года русский корпус за месяц взял неприступный Дербент. Занял Кубу и Баку. Местные ханы бежали или сдавались. Казалось, персидский шах вот-вот потеряет Закавказье навсегда. Но в ноябре умерла Екатерина II, и её сын Павел I приказал войскам вернуться домой. Все победы — прахом. Почему так вышло? Разбираемся.
Предыстория: Грузия в огне
В 1795 году иранский шах Ага Мохаммед вторгся в Картли-Кахетинское царство. Он сжёг Тифлис, вырезал тысячи мирных жителей. Царь Ираклий II, союзник России по Георгиевскому трактату 1783 года, просил помощи. Но русские войска были выведены из Грузии ещё в 1792 году — союзники постоянно задерживали продовольствие для гарнизонов. Имперский Петербург тогда уступил. Теперь же медлить было нельзя.
Молодой генерал с золотой ногой
В Кизляре начали собирать Каспийский корпус — две пехотные и две кавалерийские бригады. Командовать назначили 24-летнего графа Валериана Зубова — брата фаворита Екатерины. Да, протекция. Но парень был обстрелянным: воевал с турками, штурмовал Варшаву, где потерял ногу. Ходил на протезе и получил от персов прозвище «Кизил-Аяг» — «с золотой ногой». И он реально умел воевать.
25 марта Зубов прибыл в Кизляр. Собрать корпус быстро не удалось из-за горных дорог и весенней распутицы. Только 10 апреля он переправился через Терек во главе 12300 солдат. Цель — Дербент, «ворота Кавказа».
Штурм «ворот Кавказа»
Крепость оборонял шейх Али-хан, верный шаху. Стены Дербента были толщиной в несколько метров — артиллерия XVIII века пробить их не могла. Первый штурм передовой башни провалился: гренадёры Воронежского полка наткнулись на плотный огонь и отошли с потерями.
Зубов приказал готовиться основательно. Несколько дней пушки били по цитадели. 8 мая он собрал солдат и сказал: «Штурм — на глазах всего Дербента. Неудача — торжество персиян, которые трепещут перед русским именем». Речь подействовала: атака была стремительной, защитники дрогнули, и гарнизон сдался. Ключи от крепости Зубову принёс тот же старик, что вручал их Петру I в 1722 году. Символизм, который оценили все.
Быстрое падение Дербента решило исход кампании. Местные правители поняли: спорить с русскими — себе дороже.
Триумф и единственный бой
Передовой отряд генерала Булгакова без выстрела занял Кубу и Баку. Ханы присягали на верность. В октябре у селения Алпаны 500 солдат подполковника Бакунина попали в окружение многотысячной толпы горцев. Положение спас Углицкий полк, подоспевший вовремя. Горцы бежали, бросая оружие. Это было первое настоящее сражение за всю кампанию.
К ноябрю Каспийский корпус контролировал всё восточное Закавказье. Зубов готовил поход на Тегеран. План был реален — шах потерял лучшие войска, ханства переходили на сторону России.
Как это работает: три фактора успеха Зубова
| Фактор | Реализация в кампании |
|---|---|
| Скорость | Переход от Терека до Дербента — 22 дня. Противник не успел подготовить оборону в глубине. |
| Моральный дух | Личная речь командующего перед штурмом, пример офицера-инвалида, уверенность в победе. |
| Артиллерия и манёвр | Длительный обстрел стен, затем быстрая атака пехотой. Отряды Савельева блокировали подкрепления. |
Смерть императрицы и приказ Павла
6 ноября 1796 году Екатерина II скончалась. Павел I, ненавидевший мать и её фаворитов, немедленно отозвал корпус. Зубова лишили командования. Все завоёванные земли — отданы. Армия вернулась в Россию. История повторила Семилетнюю войну: когда почти разбитого Фридриха II спас Пётр III. Павел поступил так же — подарил врагу то, что взяли кровью.
Недавно я перечитывал донесения Зубова и наткнулся на его просьбу разрешить хотя бы сохранить гарнизон в Баку — не дали. Потеря возможностей из-за личных обид нового царя — обычная для той эпохи трагедия.
Резюме от автора
Персидский поход 1796 года — идеальный пример военного успеха, уничтоженного политической глупостью. Зубов с 12 тысячами солдат сделал то, что другие не могли десятилетиями. Но армия — лишь инструмент. Если государство не умеет пользоваться победами, они ничего не стоят. Урок для всех, кто считает военную силу панацеей.















