«Радикальное сокращение коренного населения»: историк — о неизвестных фактах геноцида нацистами советского народа

— На основании каких признаков действия нацистов в годы Великой Отечественной войны в отношении населения СССР юридически классифицируются именно как геноцид советского народа?

— Эти признаки обозначены в определении геноцида, которое дано в Конвенции ООН о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря 1948 года, а также в Уголовном кодексе Российской Федерации. Геноцидом, согласно этим документам, признаются действия, совершаемые с намерением уничтожить полностью или частично этническую, национальную, расовую или религиозную группу как таковую. И перечислено пять форм, в которых эти действия могут быть совершены. Это прямые убийства, это причинение тяжких телесных повреждений представителям группы, это создание условий для вымирания группы, это прерывание воспроизводства группы и это похищение детей с передачей их из одной этнической группы в другую.

Если рассмотреть стратегии, которые сформулировали нацисты при вторжении в Советский Союз, то можно увидеть следующие признаки геноцида. Во-первых, целью нацистов было завоевание жизненного пространства на востоке вплоть до Урала, которое в исторической перспективе должны были заселить немецкие колонисты, а коренное население подлежало радикальному сокращению. Причём сокращать коренное население предполагалось в два этапа. Первый этап — это нанесение радикальных демографических потерь в ходе самой войны. А второй этап — это радикальное сокращение коренного населения в процессе германизации территории. Образцом для немецких национал-социалистов выступало покорение европейскими колонистами Северной Америки: там индейцев убивали, помещали в резервации, морили голодом, и в конце концов Североамериканский континент стал полностью принадлежать людям европейского мира. Намерения руководства третьего рейха закреплены в трёх основных источниках. Первый источник — это директивные документы, второй — это речи лидеров нацистской Германии, третий — показания высокопоставленных нацистов, в частности эсэсовских офицеров.

Основным инструментом депопуляции советских территорий на этапе войны стал голод. Эта стратегия принадлежала секретарю Министерства продовольствия и сельского хозяйства Германии Герберту Бакке, который планировал экономическую часть плана нападения на СССР. Бакке был озабочен вопросом обеспечения продовольствием немецкого населения в условиях британской морской блокады. Германия зависела от импорта продовольствия, зерно туда в мирное время ввозили из-за океана. Когда началась Вторая мировая война, Британия прервала все логистические коммуникации по морю. Немцы опасались, что если война затянется, то через несколько лет может возникнуть голод, подобный тому, который возник в Германии во время Первой мировой войны. Гитлер боялся, что это подорвёт моральный дух немцев.

Бакке сказал Гитлеру, что ликвидировать эту угрозу можно, тотально разграбив юг СССР. Если быстро захватить эти земли, перенаправив потоки зерна на снабжение немецкой армии и немецких обывателей, то проблема будет решена, но при этом всё население чернозёмных зон Советского Союза умрёт от голода — от 20 до 30 млн человек. И Бакке написал директивы по экономической политике, которые содержали соответствующий план. Этот документ раскрывал не только экономические, но и этнические основания для уничтожения советских граждан. Их обобщённо называли великороссами. Говорилось, что великороссы — основные враги Германии и Европы и поэтому подлежат уничтожению. Это явное доказательство наличия геноцидального намерения у нацистской верхушки. Причём данный директивный документ был одобрен всеми заинтересованными ведомствами и Гитлером лично. То есть эта стратегия превратилась в часть государственной политики.

Результатом этой стратегии, хотя она и не воплотилась в полном объёме, стали миллионные жертвы. Это и 3,3 млн убитых голодом советских военнопленных. Это и жертвы блокады Ленинграда — по современным оценкам, около 1 млн человек. Это и колоссальное число жертв на оккупированных территориях. Организованный голод имел место в Курске, Орле, Брянске, Киеве, Харькове, Минске, Орше, в Крыму, городах Донбасса. От голода буквально вымерли пригороды Ленинграда, находившиеся под оккупацией. Нацистскую политику голода вполне логично описывать термином «геноцид».

Ещё один важный геноцидальный приём — прямые убийства. Нацисты исходили из того, что любое сопротивление может подавляться за счёт избыточного насилия. Под предлогом «возмездия» партизанам истреблялось большое число случайных гражданских лиц. Эти действия предпринимались с целью сократить демографический потенциал — то есть уничтожить группу как таковую. На Нюрнбергском процессе один из высших руководителей СС Эрих фон дем Бах-Зелевски прямо заявил, что на совещании в замке Вевельсбург накануне вторжения в СССР Генрих Гиммлер сказал, что целью похода является сокращение числа славян на 30 млн человек.

Использовались и другие методы геноцида. После провала блицкрига Германия оказалась чрезвычайно заинтересована в том, чтобы вывезти на свою территорию рабочую силу. Людей вывозили с Родины и принуждали к рабскому труду. Среди вывезенных были женщины, которые оказывались беременны или беременели уже на чужбине. Существовало секретное предписание гестапо: выявлять такие беременности и принуждать женщин к абортам. Принудительные аборты — это была одна из форм недопущения воспроизводства населения.

Наконец, ещё одна форма геноцида, которая применялась по отношению к советскому населению, — это похищение детей с «арийскими признаками» и дальнейшая их «германизация». Детей отрывали от родителей, вывозили в специальные интернаты и дальше заставляли их забыть своё русское имя, родной язык, передавали на усыновление в немецкие семьи.

Конвенция ООН криминализует также заговор геноцида. А нацисты разрабатывали так называемый генеральный план «Ост», согласно которому предполагалось переселить на захваченные земли миллионы немцев. А коренное население должно было в качестве рабов сначала помогать в строительстве новых городов, а потом неуклонно сокращаться. С этой целью нацисты искали способ тайного, но массового средства стерилизации. В качестве средств, в частности, испытывалась радиация. Потом стали использовать разные пищевые добавки, инъекции, которые могли бы вводиться под видом лекарств. Если бы нацисты победили, то это оружие было бы использовано. 

— Были ли выявлены отечественными историками в последнее время новые факты, связанные с геноцидом советского народа?

— На мой взгляд, ключевую роль сыграла публикация упомянутого мной документа от 23 мая 1941 года — Директивы по экономической политике экономического штаба «Ост», того самого, в котором был расписан до деталей план уничтожения десятков миллионов советских граждан голодом. Хотя этот документ на Западе был известен довольно давно, на русский язык он в полном объёме не переводился. Как отдельная геноцидальная практика голод никогда не выделялся. Сообщалось только о планах немцев уморить советских людей голодом, но никогда не проводилось прямой связи между этими планами и, например, блокадой Ленинграда или уничтожением военнопленных. 

Ещё один момент, связанный с этим документом, — наличие в нём не только экономической, но и этнической мотивации. Публикация данного документа мной в 2023 году — это неопровержимое доказательство геноцидального намерения нацистов, которое, в свою очередь, обязательно для подтверждения факта именно геноцида, а не другого типа преступлений.

Важной является также публикация показаний Эбергарда Герфа, который был заместителем начальника штаба «по борьбе с бандами», — непосредственного подчинённого Эриха фон дем Бах-Зелевски. Герф попал в советский плен, Бах-Зелевски — в американский. Они давали показания в одно время, но совершенно разным следователям в различных местах. И оба фигуранта дали одинаковые показания относительно инструкций, которые они получили от своего начальства. Речь, в частности, идёт о плане уничтожения 30 млн человек, на чём настаивал глава СС Генрих Гиммлер.

Ещё одно важное открытие — это публикация полного текста переговоров Адольфа Гитлера, который в конце ноября 1941 года принимал у себя вице-премьера правительства Румынии Михая Антонеску. Эта стенограмма переговоров, которая сохранилась в румынских архивах и впервые была опубликована мною на русском языке, также содержит в себе наличие геноцидального намерения. Гитлер прямо говорит о том, что видит свою миссию в уничтожении славянства, что славяне представляют огромную биологическую опасность для Европы, что они занимают слишком большую территорию, которая предназначена для будущего заселения немцами. Это важно, потому что Гитлер редко бывал так откровенен. Но это ноябрь 1941 года, когда немецкие войска стремятся к Москве и у Гитлера нет сомнений, что его победа близка.

Мы с командой проекта «Цифровая история» и комиссией по изучению военных преступлений и геноцидов РВИО сосредоточены на поиске доказательств геноцидального намерения у нацистов, потому что именно это и доказывает сам факт геноцида.

— Какова была роль в геноциде советского народа националистических и других коллаборационистских формирований, находившихся на службе у нацистов?

— Роль была довольно большой, потому что массовые убийства — это довольно серьёзное испытание для человеческой психики. Высокопоставленные нацисты, и особенно Генрих Гиммлер, озаботились вопросом, как сделать так, чтобы исполнители этих убийств из числа немцев не сошли с ума и не превратились в деструктивных, девиантных людей после окончания войны. 

Существовало два направления, по которым нацисты решали данную проблему. Первое — это механизация массовых убийств: машины-душегубки, лагеря смерти с газовыми камерами и крематориями. Второе заключалось в том, чтобы «передоверить», делегировать эти массовые убийства тем людям, психика которых нацистов совершенно не интересовала, — тех, кого Гиммлер считал такими же «унтерменшами», как и жертв. Здесь на первый план вышли коллаборационисты, которых и направили на эту грязную, чудовищную работу — именно потому, что их было не жалко. Вообще, для колониальных геноцидов довольно характерно использование с такими омерзительными целями представителей коренных народов. Здесь нет никакого противоречия, потому что они используются как малоценный биологический ресурс и как пушечное мясо, подвергаемое саморазрушению.

— Недавно Госдума приняла законопроект об уголовной ответственности за отрицание и одобрение геноцида советского народа, а также за оскорбление памяти его жертв. Как вы оцениваете это решение?

— С пониманием оцениваю это решение, потому что одобрение любого геноцида — это чудовищно. Что касается отрицания геноцида советского народа, то понятно, что это отрицание может быть частью когнитивных операций, нацеленных на разобщение российского общества. Дело в том, что признание геноцида советского народа — сначала судами, а потом органами власти Российской Федерации — это не самоцель. Эта идея тесно связана со смыслом Великой Победы. Признание факта геноцида показывает альтернативу, которая была бы реализована в том случае, если бы наши предки не победили в Великой Отечественной войне. Нас бы просто не было.

И если вы отрицаете, что эта альтернатива была именно такой, то вы, по сути, отрицаете великий смысл Победы. Вы превращаете Победу в обычный успех одной армии над другой. А она была экзистенциальной — победой в борьбе за существование не только тех, кто жил в 1945 году, но и всех последующих поколений, в том числе и нас с вами.

Осознание этого факта наделяет нас огромной ответственностью перед нашими предками за будущее нас самих и наших потомков. Эта идея обладает огромным объединяющим потенциалом для нации. Соответственно, её необходимо защищать, в том числе и законодательно.

— Какие меры целесообразно было бы ещё принять России для дальнейшего увековечивания жертв нацистского геноцида советского народа?

— Например, строить музеи. Экспозиции подробно рассказывали бы о понятии геноцида, о том, почему мы справедливо квалифицируем преступления нацистов как геноцид, о том, каковы были их конечные цели. Всё это на крепкой документальной и научно обоснованной базе и желательно как можно более наглядно.

— В чём актуальность этой деятельности в наши дни?

— Актуальность очевидна: идеи расизма, идеи неполноценности одних рас и превосходства других сегодня циркулируют в разных обществах. И то, что происходило в том числе на Украине с 2014 года, — следствие такого рода идей.