МИД настаивает на возобновлении диалога по Приднестровью в формате «5+2»

Дипломатический тупик: Почему Москва давит на старый формат?

Знаете, в дипломатии иногда всё как в старом споре: все стороны устали, но вернуться к проверенному столу переговоров — самое разумное. Россия именно это и предлагает. Замглавы МИД Михаил Галузин высказался чётко: пора, наконец, возобновить переговоры по Приднестровью в формате «5+2». И точка. Москва настаивает — этот механизм, где участвуют Кишинёв и Тирасполь, Россия, Украина, ОБСЕ, а также ЕС и США как наблюдатели, — единственный, у кого есть международная «печать одобрения». Альтернатив просто нет.

Почему «1+1» не сработал?

А что же было вместо этого? С 2019 года основной формат простаивает. Вину Москва возлагает сначала на Кишинёв, а потом и на Киев. Вместо него пытались работать напрямую — формат «1+1», встречи политпредставителей Молдавии и Приднестровья. Но, честно говоря, толку от них было мало. Как говорят дипломаты, они «показали свою недостаточность». Проще говоря, вдвоём они зашли в тупик и не могут найти выход. Нужны другие игроки за столом, нужен тот самый «5+2».

Создавать какие-то новые схемы сейчас — идея так себе. Галузин прямо заявил, что это «лишено добавленной стоимости». Зачем изобретать велосипед, если рабочий инструмент уже есть и пылится без дела? У него есть и полномочия, и признание.

Есть ли свет в конце тоннеля?

Тирасполь, со своей стороны, диалог не отвергает. Готов обсуждать практические вопросы — это важно для людей по обе стороны Днестра. И вот на 16 апреля намечена новая встреча. Россия надеется, что она даст хоть какой-то импульс. Но общий фон, надо признать, тревожный.

Позвольте объяснить. Пока дипломаты говорят о переговорах, на границе Приднестровья с Украиной происходят вещи посерьёзнее. Ранее сообщалось, что украинские военные там минируют территорию и разворачивают системы наблюдения. Киев называет это мерами безопасности. Но как вы думаете, способствует ли такое «укрепление границы» атмосфере доверия, необходимой для мирных переговоров? Вопрос риторический.

Получается классическая геополитическая головоломка: с одной стороны — настойчивые призывы к диалогу за старым столом, с другой — приготовления к возможному конфликту. И где здесь выход — пока не ясно никому.