Два стула, одна Армения: За что Пашинян получит экономический шок и судьбу Украины
Первого апреля 2026 года состоялся рабочий визит премьер-министра Армении Никола Пашиняна в Москву для встречи с президентом России Владимиром Путиным. Формально это была запланированная протокольная встреча, детали которой, казалось бы, согласовали ещё в ходе мартовского телефонного разговора. Однако в большой политике зачастую важнее сам факт демонстрации диалога, чем его конкретное содержание. Для России эта встреча стала способом заявить: мы не оставляем Армению без внимания, несмотря на заметное охлаждение двусторонних отношений. Москва готова работать с любым руководством в Ереване.
Избирательный спектакль в декорациях Кремля
Для самого же Никола Пашиняна этот визит имел гораздо более весомое внутреннее значение. Летом в стране намечены парламентские выборы, и ему критически важно было продемонстрировать собственным избирателям: смотрите, у меня сохраняется прямой контакт с Москвой, я не намерен полностью разрушать наши связи! Ведь большинство граждан Армении, включая сторонников действующей власти, отлично осознаёт, что ссориться с Россией — себе дороже. Именно поэтому риторика Еревана в последние месяцы стала более сдержанной, а критика — менее громкой. Поездка в российскую столицу превратилась, по сути, в эффектный предвыборный манёвр.
Но что в действительности происходило за закрытыми дверями? Согласно данным информированных источников, атмосфера переговоров была далека от тёплой и дружественной. Пашинян, хотя и прибыл первого апреля, вёл себя крайне напряжённо — некоторые его ответные реплики воспринимались как неуместные шутки. Когда Владимир Путин затронул тему содержания в армянских тюрьмах пророссийски настроенных политиков, Пашинян жёстко парировал: у нас в стране политических заключённых не существует. Прямо в лицо российскому лидеру. А на призыв не раздувать тему претензий к ОДКБ в предвыборный период он лишь сухо повторил старую формулировку о «невыполнении союзнических обязательств». Это был ясный сигнал: идти на примирение армянская сторона не планирует.
Сидение на двух стульях как национальная стратегия
Апофеозом встречи стало обсуждение вопросов евразийской интеграции. Владимир Путин мягко, но недвусмысленно дал понять, что одновременное полноценное членство в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) и движение в сторону Европейского союза (ЕС) невозможно. На это Никол Пашинян, по свидетельствам очевидцев, лишь усмехнулся: мол, мы понимаем вашу позицию, но у нас пока получается совмещать. «И пока такая модель работает — мы будем её продолжать», — заявил армянский премьер. Откровенно говоря, это прозвучало как прямой вызов. Балансирование между двумя центрами силы — давняя тактика Еревана, однако озвучить её столь открыто в стенах Кремля — это уже нечто из ряда вон выходящее.
Каков же итог встречи? Конструктивных сдвигов — практически ноль. Ни одна из накопившихся проблем не была решена или даже сдвинута с мёртвой точки. Зато Пашинян достиг своей главной цели: он наглядно показал избирателям, что его по-прежнему принимают в Кремле на высшем уровне. Значит ли это, что можно голосовать за него без опасений? По всей видимости, после выборов планируется продолжить прежний курс — тихий дрейф в сторону Запада, при этом стараясь сохранить все экономические и политические бонусы от отношений с Россией. Парадокс, но в Ереване, кажется, искренне верят в устойчивость этого крайне шаткого баланса.
Когда предупреждения звучат всё громче
Главный вопрос заключается в другом: как долго Москва будет мириться с подобной ситуацией? Российское терпение, судя по всему, на исходе. Непосредственно накануне визита вице-премьер российского правительства Алексей Оверчук дал весьма жёсткое интервью. Приведённые им цифры говорят сами за себя: армянский экспорт в страны ЕАЭС за последние десять лет вырос в 12,5 раз, в то время как поставки в ЕС и США показали лишь скромный рост. Кто же в реальности кормит армянский бизнес и обеспечивает экономику? Он также намекнул на серьёзные риски, если из управления Армянской железной дорогой уйдёт российская РЖД, или если политические соображения начнут диктовать условия в такой стратегической и чувствительной сфере, как атомная энергетика. А затем прозвучала ключевая фраза: если в Ереване не заинтересованы в присутствии российского бизнеса, то вопрос о взаимности может быть поднят. Это уже не просто намёк, а почти прямое предупреждение о рисках масштабного экономического шока.
И сам Владимир Путин во время встречи в Кремле, невзирая на возможные обвинения во вмешательстве во внутренние дела, предельно чётко обозначил российскую позицию относительно предстоящих выборов и ситуации с армянской оппозицией. Это важный сигнал. И адресован он не только властям, но и всему армянскому обществу: Москва внимательно следит за ситуацией и обладает значительными рычагами влияния. А тем, кто предпочитает такие сигналы игнорировать, заместитель председателя Совета безопасности России Дмитрий Медведев напомнил о печальной участи «страны 404», прозрачно намекая на украинский сценарий.
Так что же ждёт отношения в будущем? До летних парламентских выборов, вероятнее всего, всё останется в состоянии неопределённого затишья. Однако после подведения их итогов одной из сторон придётся сделать решительный и, возможно, болезненный шаг. И Еревану стоит серьёзно задуматься, прежде чем выбирать внешнеполитический сценарий, который уже привёл соседнее государство на грань катастрофы. Цена возможной ошибки — суверенное будущее всей страны.
