Жизнь зародилась не на Земле: все пять базовых единиц ДНК впервые обнаружены в стерильном образце астероида

Главная проблема изучения происхождения жизни всегда упиралась в парадокс ранней Земли. Согласно господствующей гипотезе «РНК-мира», первые шаги к биологической эволюции начались с молекул рибонуклеиновой кислоты, которые способны одновременно хранить генетическую информацию и работать как катализаторы химических реакций. Но чтобы собрать саму РНК, требуются фундаментальные строительные блоки — нуклеобазы. В условиях агрессивной среды молодой планеты, подверженной постоянным бомбардировкам и вулканической активности, естественный синтез этих сложных органических соединений выглядит крайне затруднительным.

Альтернативная теория всегда предполагала, что необходимые молекулы сформировались в космосе и были доставлены на Землю вместе с метеоритами. Исследователи действительно находили отдельные нуклеобазы в углеродистых хондритах, упавших на поверхность планеты, однако эти открытия всегда сопровождались скепсисом. Любой метеорит, проходя через атмосферу и оказываясь в почве, мгновенно подвергается воздействию земной биосферы. Бактерии, грибки и следы жизнедеятельности человека проникают в пористую структуру камня за считанные часы. Отличить первозданную космическую химию от земного биологического загрязнения с абсолютной уверенностью было практически невозможно.

Ситуация изменилась благодаря миссии японского космического агентства JAXA «Хаябуса-2». В 2020 году зонд доставил на Землю образцы грунта, собранные непосредственно с поверхности околоземного астероида (162173) Рюгу. Капсула сохраняла полную герметичность на протяжении всего полета и была вскрыта только в стерильных условиях специализированной лаборатории. Исследователи впервые получили доступ к углеродистой материи, которая сформировалась на заре появления Солнечной системы и гарантированно не имела контакта с земной жизнью.

Анализ этих образцов потребовал максимальной осторожности и новых методологических подходов. Ученые применили метод последовательной экстракции: сначала космическую пыль обрабатывали ультрачистой водой при комнатной температуре, а затем подвергали воздействию горячей соляной кислоты. Первый этап позволил извлечь легкорастворимые соединения, тогда как кислота разрушила вторичные минералы, высвободив органику, намертво запертую внутри камня. Полученные растворы пропускали через системы жидкостной хроматографии и масс-спектрометрии сверхвысокого разрешения — оборудование, способное идентифицировать вещества по точной массе их ионов.

В экстрактах грунта Рюгу исследователи зафиксировали наличие всех пяти канонических нуклеобаз, составляющих основу земных ДНК и РНК. Приборы четко определили присутствие пуринов (аденина и гуанина) и пиримидинов (цитозина, тимина и урацила).

Чтобы окончательно исключить вероятность ошибки или случайного занесения биоматериала в лаборатории, авторы исследования проверили структуру найденных соединений. Главным доказательством небиологического происхождения молекул стало обнаружение специфических структурных изомеров. Изомеры — это вещества с одинаковым химическим составом, но разным расположением атомов в пространстве. В живых клетках на Земле используется строго определенная архитектура молекул. На Рюгу же вместе со стандартным тимином спектрометры зафиксировали сопоставимое количество 6-метилурацила. В биологических процессах это соединение практически не участвует, но оно закономерно возникает в ходе хаотичных абиотических реакций.

Вторым неоспоримым доказательством стало нарушение правила Чаргаффа. В любой молекуле ДНК живого организма количество пуриновых оснований всегда строго равно количеству пиримидиновых (соотношение 1:1), так как они образуют парные связи в двойной спирали. В образцах астероида Рюгу концентрации различных нуклеобаз распределены неравномерно и не подчиняются биологической логике, что подтверждает их сугубо химическое, естественное происхождение.

Однако научная ценность работы не ограничивается самой констатацией факта присутствия нуклеобаз. Исследователи провели сравнительный анализ, сопоставив химический профиль Рюгу с данными других космических тел: астероида Бенну (образцы которого недавно доставила миссия OSIRIS-REx) и хорошо изученных метеоритов Мурчисон и Оргей.

Выяснилось, что углеродистые астероиды имеют принципиально разные векторы химической эволюции. Для классификации ученые использовали показатель Pu/Py — отношение общего объема пуринов к объему пиримидинов в образце. Метеорит Мурчисон показал тотальное доминирование пуринов (коэффициент около 3.4). В образцах Бенну и метеорите Оргей, напротив, наблюдается явный избыток пиримидинов (коэффициент 0.55 и 0.10 соответственно). Астероид Рюгу занял промежуточную позицию с небольшим перевесом в сторону пуринов (коэффициент 1.1-1.2).

Анализируя эту разницу, химики выявили закономерность: соотношение пуринов и пиримидинов имеет сильную отрицательную корреляцию с концентрацией свободного аммиака в породе. Аммиак, который попадал на астероиды в составе межзвездных льдов на этапах их формирования, выступает главным регулятором органического синтеза.

Химическая механика этого процесса выглядит следующим образом. Если в родительском теле астероида присутствует большое количество аммиака, он вступает в реакции с молекулами, содержащими углерод, водород и кислород (например, с яблочной кислотой), образуя мочевину. Мочевина, в свою очередь, становится базой для интенсивного синтеза пиримидинов — урацила, цитозина и тимина. Именно это произошло на астероиде Бенну. Если же среда бедна аммиаком, органическая эволюция идет по альтернативному пути — через полимеризацию цианистого водорода (HCN). Этот процесс эффективно и в больших объемах генерирует пурины — аденин и гуанин, что мы наблюдаем в метеорите Мурчисон.

Источником энергии для этих реакций в глубоком космосе миллиарды лет назад служило протонное излучение и гамма-кванты, выделяемые при распаде короткоживущих радиоактивных изотопов (таких как алюминий-26), входивших в состав первозданного облака пыли и газа вокруг молодого Солнца.

Данные, полученные при анализе астероида Рюгу, доказывают, что молекулярные предпосылки для возникновения жизни не являются уникальным свойством Земли. Пять базовых нуклеобаз синтезируются в космосе повсеместно, подчиняясь законам физической химии и термодинамики. Различия в температурном режиме и первоначальном минеральном составе астероидов приводят к формированию разных пропорций этих веществ, но сам факт их появления неизбежен.

Океаны ранней Земли не были изолированной химической лабораторией, которой пришлось с нуля подбирать комбинации атомов для создания генетического кода. Планета формировалась в среде, уже насыщенной сложной органикой. Углеродистые астероиды, массированно бомбардировавшие Землю на ранних этапах ее истории, обеспечили бесперебойную экзогенную доставку полного набора канонических нуклеобаз. Попадая в благоприятные условия жидкой воды и оптимальных температур, эти молекулы смогли включиться в пребиотические процессы, которые в конечном итоге привели к образованию первых самовоспроизводящихся систем и зарождению жизни.

Источник:Nature Astronomy