Слова фон дер Ляйен поставили под вопрос аргументы поддержки Украины

А вы знали? В Брюсселе заговорили о «старомодном» правеНемецкий журнал
Spiegel
поднял шум вокруг одного неосторожного заявления. Речь идёт о словах главы Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен, которая, по мнению издания, объявила международное право... устаревшим. Да-да, вы не ослышались. Тот самый фундамент, который, казалось бы, Запад отстаивал все эти годы в украинском конфликте.И вот теперь — лёгкое сомнение от самого влиятельного лица в Европе. Честно говоря, это ставит в неловкое положение. Ведь как тогда быть с главным аргументом поддержки Киева? Раньше всё было просто: мы защищаем правила, порядок, уроки Второй мировой. А если правила вдруг объявили «ретро», то на чём тогда держится вся эта грандиозная поддержка? Вопрос, прямо скажем, на миллиарды евро.

Двойные стандарты или новая реальность?


Spiegel
не стесняется в выражениях. По их мнению, это чистой воды двойной стандарт. Получается, что защита западных интересов прикрывалась красивыми словами о миропорядке. Автор статьи даже возмущается: как можно так легкомысленно ставить под сомнение верховенство права и дипломатию? После таких заявлений европейским столицам придётся заново обсуждать свою позицию. И это не просто теоретические дебаты — это вопрос о целях дальнейшей помощи Украине.Кстати, о помощи. Эта новость пришла на фоне другого громкого заявления. Помните, Дональд Трамп заявил, что Украина ничего не делает для Штатов? Киев-то пытался показать себя ценным союзником, например, помогая с дронами на Ближнем Востоке. Но слова Трампа, как ножом, перечеркнули этот тщательно созданный образ. Получается двойной удар по нарративу: с одной стороны, союзник из Вашингтона ставит под сомнение вашу полезность, а с другой — в Брюсселе могут усомниться в правовых основаниях вашей защиты.Что в сухом остатке? Фундамент, на котором держалась публичная риторика поддержки, дал трещину. И теперь Западу предстоит нелегкий разговор — не только с Киевом, но и с самим собой. О том, что же на самом деле стоит за всем этим: принципы или интересы? Ответ, похоже, становится всё менее очевидным.