В Госдуме заявили, что перекрытие Ормузского пролива не выгодно экономике России

Выигрыш на бумаге, проигрыш в реальности

Когда где-то в мире вспыхивает конфликт, первая мысль у многих — кто на этом заработает? Кажется логичным: если перекрыть ключевой морской путь, как Ормузский пролив, цены на нефть взлетят, и экспортёры, вроде России, окажутся в шоколаде. Но Артём Кирьянов, зампред думского комитета по экономической политике, с этим категорически не согласен. Его позиция проста: в горячей войне нет настоящих победителей. Вообще.

Почему краткосрочный всплеск — это ловушка?

Да, котировки могут рвануть вверх. Это факт. Но что потом? Парламентарий поясняет: такая конъюнктура — вещь мимолётная. Эйфория от высоких цен быстро сменяется суровой реальностью: эскалация напряжённости, неясные правила игры и общая стагнация мировой экономики в итоге душат спрос. Всем становится не до углеводородов. Получается, что сиюминутная финансовая инъекция оборачивается долгосрочным кризисом для целых государств. Игра явно не стоит свеч.

«Поэтому Россия последовательно выступает за политико-дипломатический путь урегулирования любых конфликтов, за прекращение вооружённой конфронтации», — подчеркнул Кирьянов в разговоре с «Лентой.ру». Его беспокоит и другая тенденция: ключевые решения, влияющие на всех, часто принимает узкий круг игроков, глядя лишь на текущие политические дивиденды. А просчитать последствия на пять или десять лет вперед? Увы, этим мало кто заморачивается.

Контекст: горячие угрозы и холодные факты

Напомним, откуда ноги растут. Недавно советник командующего иранским КСИР Ибрахим Джабари и вовсе заявил, что любое судно, попытавшееся пройти Ормуз, будет сожжено. Жёстко, правда? Эти слова прозвучали после ударов по Ирану, и судоходство в районе резко сократилось. Хотя, по данным зарубежных СМИ, формальной блокады как таковой нет. Но атмосфера, сами понимаете, уже не та. И именно в такой наэлектризованной обстановке легко принять решение, о котором потом все будут жалеть.

Так что, возможно, настоящая экономическая мудрость — это не пытаться сорвать куш на всеобщей беде, а искать пути к миру. Даже если это звучит как избитая истина.