Президент Сирии переходного периода Ахмед аш-Шара`а провёл 28 января в Кремле переговоры с Президентом России Владимиром Путиным. С российской стороны в переговорах участвовали глава ГРУ Игорь Костюков, министр обороны Андрей Белоусов и его заместитель Юнус-Бек Евкуров, вице-премьер Александр Новак, министр финансов Антон Силуанов, глава Минстроя Ирек Файзуллин, руководитель ФСВТС Евгений Шугаев, а также помощник президента Максим Орешкин. Глава российского государства поздравил своего собеседника с набирающим силу процессом восстановления территориальной целостности арабской страны и мирной реинтеграцией Заевфратья. В последние месяцы «время не прошло даром, многое сделано с точки зрения восстановления наших межгосударственных отношений. Удалось сдвинуть с мёртвой точки и уровень взаимодействия в экономической сфере. Четыре с лишним процента рост. Это, может быть, не так амбициозно, как бы нам хотелось, но всё-таки движение заметное и нужно обязательно сохранить эту замечательную тенденцию. У нас многое делается для развития наших отношений по всем направлениям».
В свою очередь, аш-Шара`а отметил пройденный его страной «очень большой путь», преодоление этапа санкций «и, конечно, большой вызов – это объединение территории Сирии. Мы с прошлого года занимаемся этим вопросом. Россия, конечно, играет большую роль в Сирии, в стабилизации ситуации не только в Сирии, но и в регионе. По сути, наш регион очень нуждается в стабилизации. Поэтому спасибо Вам большое, господин Президент, за Ваши усилия в этом вопросе».
Это вторая поездка сирийского лидера в Россию. Первый раз его принимали в Кремле в середине октября 2025 года, спустя 10 лет после начала военной операции ВКС России в арабской республике и на фоне относительной нормализации отношений после пика враждебности в первой половине минувшего года. Напомним, брат сирийского лидера и глава его администрации Махер учился в госпитале Бурденко и долгое время работал врачом-гинекологом в Воронеже, оставив о себе, судя по рассказам российских СМИ, добрую память. Двоюродный дядя Махера и Ахмеда – Фарук аш-Шара`а, многолетний министр иностранных дел (1984-2006 гг.) и вице-президент (2006-2014 гг.) при Хафезе и Башаре Асадах.
Как сообщил Дмитрий Песков, на российско-сирийских переговорах (прошедших, заметим, в закрытом формате – Прим. авт.), обсуждались вопросы экономического сотрудничества России и Сирии, а также поднималась тема российского военного присутствия в Сирии. Как известно, свержение «режима Асада» в конце 2024 года не привело к полному выводу российских военных объектов в Тартусе и Хмеймиме, однако заметно усложнило их функционирование. Не следует забывать, что де-факто власть в Сирии получили (начиная с самого аш-Шара`а, многолетнего предводителя боевиков Идлиба, известного как Мохаммед аль-Джуляни) предводители вооружённых группировок, с которыми бывшие власти Дамаска при поддержке внешних союзников вели не слишком эффективную, как выяснилось, борьбу.
Несмотря на военную поддержку прежних властей со стороны России, включая авиаудары по оппозиционным группировкам, и в Дамаске, и в Москве не забывают о преемственности двусторонних связей, включая военное присутствие России на средиземноморском побережье Сирии, критически важное для ближневосточной и африканской логистики. В ходе октябрьских переговоров гости из Дамаска пообещали соблюдать прошлые соглашения с Москвой, давая разными способами понять, что Россия может сохранить доступ к важным для неё объектам, разумеется – не просто так, а на основе прагматичного подхода. В минувшем ноябре, сразу после возвращения из Вашингтона, где его любезно принимал Трамп, аш-Шара`а публично заявил, что Сирии нужна поддержка Кремля в Совете безопасности «по определённым вопросам». В начале ноября по инициативе США Совбез проголосовал за снятие санкций ООН с самого аль-Шара`а, на что из Москвы возражений не последовало. Надо полагать, соответствующие заверения сделаны в Москве и на этот раз.
Будучи де-факто признанным основными региональными и международными игроками, «многовекторное» правительство аш-Шара`а и он лично активно ищут поддержку там, где это только возможно, и подчас небезуспешно. Так, недавняя «реинтеграция» ранее подконтрольных курдам территорий была бы невозможной без содействия (это если выражаться дипломатично) со стороны правительства Реджепа Эрдогана и администрации Дональда Трампа, кардинально пересмотревшего политику предшественников на всестороннюю поддержку сирийских курдов. Длительное время на северо-востоке страны относительно бесконфликтно работали американские, турецкие и российские военные, однако в последние дни поступает информация о передислокации личного состава и техники ВС РФ из аэропорта Эль-Камышли на Хмеймим. Высказывается версия о возможном переходе данного объекта под контроль турецких военных, что как минимум расширяет повестку диалога в «треугольнике» Дамаск – Анкара – Москва.
Вероятно, помимо актуальных вопросов региональной безопасности, в фокусе внимания окажутся вопросы реализации экономических проектов, поставленных «на паузу» ещё до 2024 года, а также не признаваемые нынешними властями долги ещё времён «режима Асада». Россия сохранила контроль над ключевыми контрактами, за исключением гражданского порта в Тартусе, переданного эмиратской компании DP World.
По явно неполным оценкам, долги только за поставки пшеницы превышают 100 млн долл. По некоторым данным, Дамаску необходимо импортировать не менее 2,55 млн тонн пшеницы в год. Дамаск пытается заменить российские поставки зерном из Румынии, Болгарии и даже Украины, но эти источники ограничены (в лучшем случае 600 тыс. тонн к концу года).
Как и в октябре 2025 года, в Москве готовы к расширению сотрудничества в области энергетики, реконструкции инфраструктуры и экономических проектов в условиях постконфликтного восстановления страны (в частности, этому готов помочь российский стройкомплекс). Примерно это же декларируют американцы, турки и представители аравийских монархий, заключающие контракты на строительство солнечных батарей, коммуникаций, инфраструктуры в разрушенной войной стране.
Разумеется, в нынешних непростых условиях возможны разные повороты и сюрпризы, не всегда приятные, особенно на фоне острого дефицита продовольствия, разгула криминала и особенно слухов о вышедших на свободу боевиках запрещённой в России террористической группировки ИГИЛ, покинувших тюрьмы на занятых «новой сирийской армией» бывших курдских территориях. Известно, что ещё в Идлибе тогдашний Мохаммед аль-Джуляни, формируя реноме цивилизованного политика, боролся со своими более радикальными конкурентами при поддержке международных партнеров. Сегодня, уже будучи при власти в Дамаске, он не менее заинтересован в поддержании и укреплении своей международной легитимности.
Теоретически для Москвы взаимодействие с Дамаском остаётся способом сохранить влияние в нестабильном регионе, противостоять западному санкционному давлению, демонстрируя надёжность России как партнёра, несмотря на любые привходящие обстоятельства. Однако никакое сотрудничество не может быть «игрой в одни ворота».
