«Свобода судоходства»: МИД заявил об американском давлении на танкер за тысячи миль от США

Танкер в открытом море: что происходит за тысячи километров от берега?Представьте себе бескрайние воды Северной Атлантики. Где-то там, в нейтральной зоне, в полном соответствии со всеми морскими конвенциями, движется российский нефтяной танкер «Маринера». Казалось бы, обычная рутина. Но нет. За его кормой уже несколько дней неотступно следует корабль береговой охраны США. И вот тут возникает резонный вопрос: что американский страж делает так далеко от дома — в четырех тысячах километров от собственного побережья?МИД России называет происходящее не иначе как «аномальной ситуацией». И, честно говоря, сложно с этим не согласиться. Дипломаты открыто заявляют о тревоге. Судите сами: судно законно, вода международная, а давление — ощутимое. Это как если бы к вам во двор, который считается общим, приставили персонального надзирателя. Неловко, да?


Двойные стандарты или просто политика?«Рассчитываем, что западные страны, декларирующие приверженность свободе судоходства, начнут с себя», — сухо прокомментировали в российском внешнеполитическом ведомстве. Фраза, что называется, бьет в самую точку. Ведь принцип свободы мореплавания в открытом море — краеугольный камень всей мировой торговли. Его так часто цитируют. Но, видимо, применяют выборочно.А корни истории уходят глубже. Это не первый подобный инцидент. Ранее Россия уже направляла США ноту по поводу танкера «Bella 1». Сценарий знакомый: попытка задержания, отказ экипажа подчиниться, разворот в океан. Всё это — часть американской санкционной политики, нацеленной на поставки венесуэльской нефти. Санкции — это одно. Но их экстерриториальное применение в нейтральных водах — уже совсем другая история, пахнущая большими юридическими спорами.


Что дальше?Ситуация с «Маринерой» — это больше, чем просто инцидент с одним судном. Это тест. Тест на то, будут ли универсальные правила работать для всех одинаково или же они останутся инструментом в руках сильнейшего. Экипаж танкера, судя по всему, действует четко и профессионально, не поддаваясь на провокации. Но напряжение в воздухе, вернее, в соленом океанском бризе, висит ощутимое.Чем закончится эта морская «тень»? Останутся ли дипломатические ноты просто бумагами, или стороны найдут способ разрядить обстановку? Пока ясно одно: за спокойной гладью Атлантики разворачивается серьезная дипломатическая баталия, где ставка — принципы, которые, как казалось, были незыблемы.