Или так...
Сегодня я решил написать лекцию на тему, близкую к том, что я даю в своём курсе лекций «Информационные войны: от дискурсов до нарративов».
Благо есть совсем свежие примеры, которые можно использовать.
И речь пойдёт как раз о дискурсах. Вернее, о таком явлении, как «дискурс шифтинг», смещение дискурса.
Начнём, как положено, с определений: дискурс – это «способ говорить» на определенную тему, учитывая, кто говорит, кому, как, в какой ситуации и с какой целью, включая все связанные с этим правила, контекст и культурные особенности. Это связная речь или текст, погруженный в реальную жизнь, социальную ситуацию и исторический контекст.
Или, короче, изложение (интерпретация) определённого текста в рамках конкретного понятийного аппарата.
Яркий пример дискурса: это «Трон в крови» – экранизация «Макбета» Куросавой в японских исторических реалиях эпохи сэнгоку дзидай. Или, наоборот, «Великолепная семёрка» – адаптация уже куросавовских «Семерых самураев» к сеттингу вестернов.
Как учил Почепцов, «Чтобы ваша агитация и пропаганда была эффективной, вы должны сесть в троллейбус, проехать в нём пять остановок, а потом говорить языком пассажиров этого троллейбуса».
Дискусмонгеры – это люди, навязывающие определённый дискурс для манипулирования людьми.
Например, «Российская власть не может победить, потому что она слабая/предательская/еврейская/коррумпир
Или «Генералитет бездарный, не умеет воевать, наладчики холодильников, переводчики, филологи и «кто это вообще?» могут лучше».
Пример конфликтующих дискурсов:
- Эффективность военных действий определяется количеством занятых километров
- Эффективность военных действий определяется количеством уничтоженной техники и живой силы.
Одна из основных задач пропаганды – навязать/защитить свой дискурс и/или уничтожить/дискредитировать вражеский.
Как примеры смещения дискурса могут выступать
- смена темы
- перевод стрелок
- концентрация внимания на негодном объекте
- ватабаутизм (а что насчёт… ?)
- оверсимплификация (сверхупрощение)
- навязывание определённой шкалы или системы оценок
- навязывание определённого понятийного аппарата (содержащего оценочные коннотации и «птичий язык», непонятный непосвященным).
Если дискурсмонгерам удаётся навязать свою систему координат или понятийный аппарат, дальнейшие манипуляции осуществляются почти автоматически.
Чем примитивнее человек, тем проще им манипулировать (тут я просто Кэп). И тогда манипуляция доводится до условного рефлекса, когда реагирование происходит автоматически, практически без контроля сознания.
Примеры:
Зиг – хайль
Панду – гэть
Слава – Украине
Иногда реакция даже не в виде слова, а в виде эмоции.
Русня – ненависть.
Бавовна – кровожадность.
И, соответственно, это должно подталкивать к определённому реагированию и действиям.
«Влада злочинна» – «свергать».
«Охраноту» – «мочить».
Индоктринация – это процесс систематического внушения определённой идеологии, учений или убеждений без критического осмысления, чтобы человек принял их как свои собственные, часто без лишних вопросов.
Простыми словами, это идеологическая обработка или «промывание мозгов».
Некоторые исследователи говорят о «внедрении сектантской псевдоличности», которая вытесняет слабую изначальную личность и захватывает контроль (кто сказал «бесы»?).
Хрюкает Монтян «Охранота», и у паствы глазки наливаются красным, начинается непроизвольное выделение пены изо рта, рычание и они начинают грызть уголок стола.
Всё, дальше там бесполезно разговаривать, нет личности, с которой можно вести дискуссию. Там зомби, смерть мозга, только голый условный рефлекс.
Задача человека при взаимодействии с таким (как с самим манипулятором, так и с его индоктринированной жертвой/последователем) – не позволить ему навязать сектантский/вражеский дискурс.
И упирать на главные, основные, базовые, сущностные смыслы.
Если вам пишут «Россия напала», нужно отвечать «Вы зачем одесситов сожгли?».
Ибо именно это ключевой момент.
Они неизбежно скатываются в оправдание убийства: «Так им и надо», «Они недолюди» или «Наша страна, хотим и убиваем, не ваше дело, имеем право».
Все эти тезисы ложные.
Можно отвечать:
«Так вам и надо».
«Может это вы нелюди?»
«Нет, убивать не имеете права».
«Наша планета – имеем право наводить на ней порядок».
Это не сущностно, но перебивает дискурс, включая «А нас за що?».
А в ответ на «А нас за що?» идёт «За ваши преступления».
Сущностное:
Монополия на насилие должна быть у государства, а в Одессе (Мариуполе и так далее) были внесудебные расправы, что характерно для нацистских/фашистских режимов.
Никого нельзя убивать за инакомыслие/национальность/язык/религию.
За массовое убийство людей в Одессе никто не понёс наказания, поэтому украина – не правовое государство.
Люди имеют право не хотеть, чтобы их убивали, поэтому Донбасс имел право отделиться.
Всё. Можно ещё добавить, что госпереворот был незаконным, но это уже добивающий харчок в пятачок.
Изначальный агрессор – постмайданная украина.
Первые убийства в этом конфликте – это убийства, осуществлённые «сотнями майдана».
Русские имеют право защищать русских.
В любой точке планеты, экстерриториально.
Всё. Можно ещё добавить «как США аналогично декларировали, что они защищают своих граждан», но это уже добивающий харчок в пятачок.
Переходим к свежему примеру, как обещал в начале.
Сейчас у нас в разгаре «Первая телеграммная война», как я её в шутку называю.
Задаём простой вопрос: с чего она началась?
Ответ: с того, что Росфинмониторинг объявил Монтян экстремисткой.
Это неоспоримый железобетонный факт.
Тезис: Её обвинили на основании одной фразы про «мочить охраноту».
Контртезис: Это неправда. Следствие по разжиганию ненависти ещё идёт, и решение по нему будет принимать суд общей юрисдикции.
А решение её о включении в реестр экстремистов принимал именно Росфинмониторинг.
«Финансовый мониторинг» в его названии недвусмысленно намекает, что там были ДЕНЕЖНЫЕ транзакции, носящие экстремистский характер. Например, финансирование ВСУ или каких-то экстремистских организаций (переводы Стерненко на «русориз»).
Компрендо?
Ситуация, когда Грубник срочно, под ёлочку, выписал себя из состава соучредителей собственного фонда, прозначно намекает, что там всё не так благостно, как он врёт в своих постах, и экстренно понадобилось что-то мутить.
Например, потому что сам Грубник может в любой момент тоже получить статус экстремиста (оснований для этого вагон и немаленькая тележка).
Тезис: «Охранота» мешает снабжению армии.
Контртезис: Чивоблять? Вы там совсем поехавшие? «Вы кого вызвали?». Мы что, пускаем поезда под откос? Или стоим на шоссе, не пропуская колонну с грузами? Или саботируем военные производства?
Мы просто говорим неоспоримые факты:
- Монтян – экстремистка. Официально.
- Грубник – пособник и соучастник признанной экстремистки.
Заметьте, мы не приватизируем право решать, кто гражданин или кого нужно депортировать, кто экстремист, а кто иноагент – это всё функции органов государственной власти. Мы только повторяем официальные формулировки и делаем логические выводы.
- Алёхин – иноагент и тесно связан с хищениями в Курской области, а также на видео обсуждал мошеннические схемы воровства гуманитарки, утверждая, что может всё организовать через знакомых военных (а кто у него знакомые военные?).
- Все, кто поддерживают Монтян – поддерживают экстремистку.
- Ве, кто донатит Монтян – финансируют экстремизм, это уголовное преступление.
Дальше мы делаем логичное допущение, что те, кто поддерживают Монтян (в том числе публичные персонажи) или имеют с этого финансовую корысть, или вовлечены в её преступные схемы.
После чего товарищ Вассерман и я в предельно вежливой форме поинтересовались у известного генерала, как он относится к сложившейся ситуации (после его вопросов Вассерману «что такое балаган?» я расписал это гораздо подробнее и с фактами).
Меня даже некоторые критиковали за «чрезмерную вежливость».
Вассерману генерал нагрубил, Носикову угрожал, мне не ответил (я, по крайней мере, не видел). Что само по себе вызывает вопросы.
Например, на Кавказе принято уважительно разговаривать с людьми намного старше себя (это везде правильно, но там особенно)…
Тем более, что когнитивные функции Онотоле Александровича на порядок превосходят таковые у коллективного военкурятника, вместе взятого…
Особенно забавно наблюдать, как тезис про «Нельзя критиковать участников СВО» выдвигают те, кто годами поливал грязью Герасимова, Генштаб, «генералов-лампасников», МО в целом, командующих на направлениях и многочисленных комбригов, комбатов и так далее.
Кстати, г-н Ремесло, проконсультируйте меня, тёмного: а можно публично фантазировать, как будешь убивать, взрывать, расстреливать и резать своих сослуживцев?
Если нельзя, то я знаю одного персонажа, с которым вам срочно нужно побороться. Иск написать, подать запрос и что вы там ещё делаете…
Вообще, что касается г-на Ремесла, то там всё просто: достаётся любой из удалённых постов за последние три года, потом «Ремесло тогда» вступает в диспут с «Ремесло теперь», после чего Ремесло и Антиремесло взаимно аннигилируют – и остаётся только пустое место.
Что, собственно, мы и наблюдаем в последние пару недель – пустое место, безуспешно пытающееся имитировать наличие личности.
Его эти жалкие «Тебе уже ничто не поможет» неуловимо напоминает Понасенкова с его «Я тебя переиграю и уничтожу». Такая же пафосная пустышка (только ещё и без платочка, бггг).
Что же касается таких же убогих попыток притянуть «дискредитацию военнослужащих ВС РФ», то
а) Росгвардия не является частью ВС, она была выделена в отдельное ведомство из состава МВД
б) сообщение о преступлении или правонарушении не является «дискредитацией».
Численность вооружённых сил РФ – около 2,2 миллиона человек. Естественно, на такое большое количество людей обязательно найдутся и люди, которые совершают преступления (как и в любой другой армии мира). Именно поэтому существует отдельная Военная Прокуратура, занимающаяся именно правонарушениями военнослужащих. Верховный Суд публиковал отчётность, согласно которой в прошлом году в/с было совершено около 11 тысяч преступлений. Большая часть из которых дисциплинарные (неподчинение приказу, самовольное оставление части, неуставные отношения и так далее).
Если не ошибаюсь, недавно на сайте Казанского юридического опубликовали интересное исследование по военным преступлениям. Со статистикой за последние десять лет. И что, их теперь обвинять в «дискредитации»?
А другие данные говорят нам, что среди ранее судимых, служащих в армии, процент рецидивистов колеблется в районе 10-12%. То есть ранее судимые совершают преступления в армии в несколько раз чаще, чем несудимые.
Гражданин России обязан в случае обнаружения правонарушения сообщить о нём. Понимаете? Обязан! Иначе становится соучастником.
Поэтому если я узнал, что кто-то прикидывался офицером ФСБ в корыстных целях – это преступление. И я обязан, как законопослушный гражданин, оповестить об этом соответствующие органы (я так и сделал). Или если кто-то приписывает себе вымышленные подвиги, чтобы получить славу, звания или награды – это тоже преступление. Или если кто-то прячется от уголовного преследования. Или занимается дискредитацией армии, сочиняя убогую графоманию о том, что кроме него и ещё парочки людей в его ближайшем окружении (обычно безымянных) – вся остальная армия состоит из негодяев, подлецов, трусов и так далее.
Обязанность гражданина сообщать о всех подобных случаях. Причём заявление пишется в произвольной форме.
Компрендо?
Если кто-то заявляет, что у него три высших образования, а у него ни одного нет, то это заведомое введение в заблуждение с целью карьерного роста.
Ибо «стать офицером без высшего образования возможно, но с оговорками: это сложнее и зависит от специальности (IT, РЭБ, редкие технические навыки), прохождения курсов переподготовки или обучения в военном ВУЗе в процессе службы, а для младших званий (до младшего лейтенанта) в некоторых случаях может быть достаточно среднего профессионального образования. Это включает контрактную службу, где за заслуги и специализацию могут присвоить звание, или заочное обучение в вузе, но в целом высшее образование является ключевым требованием».
Со средним специальным не выше младшего лейтенанта, и то, в особых случаях.
А «у меня девять лет военного стажа» (не имея такового) – это попытка получить военную пенсию мошенническим путём.
Компрендо?
Причём как раз те, кто покрывает преступника, а также пытается запугивать свидетелей («да я могу позвонить, и тебе дверь вынесут и в пол положат», как говорило одно пустое место) – и являются соучастниками преступления.
Само утверждение «могу позвонить и будет маски-шоу» от человека, не входящего в руководящий состав органов правосудия, является основанием для проверки.
Сущностное:
- Монтян – экстремистка.
- Грубник – пособник/соучастник экстремистки.
- Алёхин – иноагент.
- Юнусов – судимый мошенник, оборотень и лжец.
- Те, кто финансирует, защищает и поддерживает Монтян – пособники экстремистов.
Всё остальное – словесная эквилибристика, передёргивания, попытки перевода стрелок и смещения дискурса.
https://alexandr-rogers.livejo...
