Новый род войск, успехи «Рубикона», модернизация «Герани»: эксперты — об итогах развития военных БПЛА России в 2025 году

Уходящий год был насыщен событиями в сфере российских военных БПЛА. В структуре Вооружённых сил РФ появились войска беспилотных систем (ВБС).

Их формирование окончательно завершится в 2026 году. Тем самым операторы дронов перейдут от выполнения отдельных задач группами к комплексным действиям в составе подразделений российской армии.

По распоряжению министра обороны России Андрея Белоусова ВБС должны оснащаться «новыми видами помехоустойчивых разведывательных и ударных беспилотных летательных аппаратов, в том числе с искусственным интеллектом».

Согласно официальным данным, в 2025 году поставки дронов в подразделения существенно возросли. Сейчас, как сообщил в ходе прямой линии президент России Владимир Путин, Вооружённые силы РФ превосходят ВСУ по количеству БПЛА «на всех участках фронта».

Кроме того, большие усилия народный ОПК и оборонный комплекс России приложили к совершенствованию беспилотников. В текущем году боевую апробацию прошли более тысячи перспективных образцов, включая дроны-камикадзе и новую модификацию «Герани-2».

Наряду с этим в 2025 году произошло несколько важных событий в области противодействия атакам вражеских БПЛА. По информации Минобороны РФ, в России началось развёртывание «качественно нового сегмента системы ПВО, основанного на FPV-перехватчиках».

Также для защиты тыловых объектов стали создаваться мобильные огневые группы. В 2026 году Минобороны РФ увеличит количество таких формирований. Как заявил Андрей Белоусов, борцы с вражескими дронами получат ПЗРК, зенитные комплексы «Зубр» и «Цитадель».

RT обсудил с экспертами главные события уходящего года в сфере развития военных беспилотников и в области противодействия украинским БПЛА.

— В 2025 году в России появились войска беспилотных систем. Как это может повлиять на эффективность применения боевых дронов?

Генеральный директор КБ «АвиаНовации» кандидат технических наук Сергей Товкач:

— Это, пожалуй, центральное событие уходящего года. Создание БВС позволит наконец-то учредить военно-учётные специальности для операторов БПЛА. Они не будут больше числиться «стрелками», «пулемётчиками» и «снайперами». На практике это означает, что расчёты БПЛА будут выполнять те задачи, которые они лучше всего умеют.

За годы СВО опытный пилот и техник превратились в чрезвычайно ценных специалистов. На их плечах почти вся разведка и до 80%, по статистике Минобороны, огневых задач. 

Формирование войск беспилотных систем призвано решить вопрос с оснащением наших ударных БПЛА специальными боеприпасами. Время, когда бойцы «заимствовали» взрывчатку из пехотного вооружения и изготавливали всевозможные «самоделы», должно закончиться.

Чрезвычайно важно, чтобы в ВБС появился единый центр, который отвечал бы за изучение боевого опыта — как собственного, так и противника — и занимался распространением аналитических выводов.

• Эмблема войск беспилотных систем ВС РФ /оператор БПЛА самолётного типа
• РИА Новости
• © Минобороны РФ / Сергей Бобылев

Эксперт компании EXPO.UAV Дмитрий Дацыков:

— Создание войск беспилотных систем было неизбежным, учитывая динамику изменений в сфере БПЛА. Это адекватный ответ на появление новых технологий. Армии необходима структура, которая отвечала бы за тактику применения дронов и их боевую апробацию.

Военный обозреватель Александр Зимовский:

— Войска беспилотных систем пока находятся в стадии формирования. Наиболее целесообразно их выстраивать на опыте Центра перспективных беспилотных технологий (ЦПБТ) «Рубикон».

Этот центр существует с 2024 года. Он объединил в себе компетенции по боевому применению БПЛА, подготовке кадров, разработке новых изделий и интеграции технологий.

В декабрьском докладе Белоусова сообщается, что «рубиконовцы» уничтожили более 13 тыс. единиц вооружения и техники ВСУ. По словам министра обороны, это свыше 25% от общего числа поражённых нашими дроноводами целей.

В 2025 году специалисты «Рубикона» внесли огромный вклад в разгром логистики ВСУ на тех направлениях, где они работали: от Суджи до Красноармейска. Ещё одной их заслугой стала выработка системного подхода к борьбе с украинскими «Бабами-ягами» и разведывательными БПЛА ВСУ.

В основе впечатляющих успехов «Рубикона» следующие принципы: свобода инноваций, сотрудничество с народным ОПК, фокус на обучение молодёжи, подлинная командная работа. Всё это реально распространить на войска беспилотных систем.

— Как изменились российские военные БПЛА в 2025 году и тактика их применения?

Сергей Товкач:

— Изменений огромное количество. В этом году войска стали массово применять самолётные FPV-дроны «Молния-2», которые способны нести приличный объём взрывчатки и на расстояние чуть меньше, чем «Ланцет».

«Молнии» очень достойно себя показали. Наши бойцы даже стали устанавливать на них противотанковые мины типа ТМ-62 — дрону тяжело их нести, но он справляется. 

Сильно продвинулись наши кулибины и предприятия ОПК в совершенствовании нестандартной связи, систем наведения и предупреждения об угрозах. Важно, что многие изготовители БПЛА наладили локализацию производства. Речь идёт об электромоторах, о полётных контроллерах, блоках связи и другой критически важной электронике.

На СВО широкое распространение получила так называемая тактика «дронов-ждунов», особенно с применением FPV-дронов на оптоволокне. Камикадзе приземляются вблизи дорог и на возвышенностях. Оператор видит картинку, ждёт транспорт противника и мгновенно наносит удар. В режиме ожидания волоконный дрон практически не потребляет энергию, но слишком долго находиться в нём тоже не может — в пределах где-то двух суток.

В течение года мастерство российских дроноводов существенно возросло. Это большая заслуга «Рубикона»: его специалисты скрупулёзно изучают боевой опыт и активно обучают эффективным тактическим действиям расчёты БПЛА.

Дмитрий Дацыков:

— Особенно успешно показали себя разработчики «Герани». В этом году произошло несколько качественных изменений. «Герани» научились летать стаей, атаковать группой один объект, защищаться от украинских дронов-перехватчиков и даже от пилотируемой авиации ВСУ.

И это только начало. Противник справедливо опасается, что «Гераней» станет больше и номенклатура модификаций для разных целей тоже увеличится. За счёт ИИ «Герань» будет «умнеть», повысятся её автономность и защищённость от попыток перехвата.

Александр Зимовский:

— Наиболее продвинутым в инженерном отношении российским дроном-камикадзе по-прежнему остаётся «Герань». В 2025 году с помощью этого беспилотника поражались склады, предприятия, энергетическая, ж/д и другая инфраструктура Украины.

ВСУ удаётся сбивать часть «Гераней», но наша армия запускает их сразу десятками и вместе с дронами «Гербера», которые выполняют роль ловушек для ПВО.

Думаю, в ближайшей перспективе «Герань» станет первым российским БПЛА с настоящим искусственным интеллектом — и украинским формированиям будет ещё тяжелее бороться с нашими камикадзе.

Из FPV-дронов отлично себя показывают оптоволоконные коптеры, неуязвимые для средств РЭБ. У них небольшой заряд, но его мощности хватает для уничтожения транспорта, антенн, радаров, ретрансляторов, средств связи неприятеля. При этом в 2025 году дальность полётов таких камикадзе сильно возросла.

— В минувшем году, по статистике Минобороны РФ, украинские боевики увеличили количество запускаемых по России дронов. Как вы оцениваете ситуацию в нашей стране с обеспечением антидроновой защиты?

Дмитрий Дацыков:

— В 2025 году для противодействия воздушным угрозам киевского режима началось формирование мобильных огневых групп из числа резервистов. Кроме того, была расширена практика применения так называемых зенитных дронов и FPV-перехватчиков, о которых говорил Белоусов на недавней коллегии Минобороны.

• Российские военнослужащие
• РИА Новости
• © Евгений Биятов

Это адекватные меры борьбы с «дальнолётами» и другими камикадзе противника. Однако они должны быть масштабными и комплексными и учитывать специфику каждого защищаемого объекта.

Но есть бюджетные и универсальные способы защиты. Например, по-прежнему недооценёнными остаются чрезвычайно простые решения, наподобие установки защитно-улавливающих сетей.

Это очень дешёвый и весьма эффективный способ предотвратить печальные последствия воздушных атак для объектов ТЭК, жилых домов и военной инфраструктуры.

Председатель правления Центра беспилотных систем и технологий (ЦБСТ) Андрей Безруков:

— Для выстраивания по-настоящему успешной системы противодействия дронам ВСУ необходимо внести ряд поправок в федеральное законодательство. Эти изменения должны быть направлены на ликвидацию барьеров во взаимодействии военных и гражданских структур. Только так получится по-настоящему результативно отражать атаки украинских дронов.

Тем не менее многое можно сделать и в рамках действующего законодательства совместно с региональными властями. Осенью при поддержке губернатора Курской области Александра Хинштейна ЦБСТ запустил в регионе систему гражданской ПВО, которая как раз объединяет усилия силовиков и гражданских лиц.

В систему стекаются данные о воздушных угрозах. Этой информацией могут пользоваться расчёты средств ПВО, РЭБ, мобильные огневые группы и гражданские специалисты. Также она даёт возможность заниматься планированием отражения воздушных угроз, прогнозированием и даже анализировать ошибки.

Этой системой пользуется инновационный отряд «Яким», созданный недавно на базе добровольческой бригады «БАРС-Курск». Помимо этого, он испытывает новейшие изделия, которые в том числе смогут пресекать террористические угрозы с воздуха.

• Военнослужащий ВС РФ
• РИА Новости
• © Евгений Биятов

Александр Зимовский:

— Эффективно бороться с вражескими дронами классическими армейскими средствами ПВО невозможно. Поэтому в войсках стали появляться дроны-перехватчики, мобильные огневые группы с пулемётами. В целом противодействию украинским БПЛА в уходящем году стало уделяться больше внимания.

Основной вызов для России в этой области — организационный. Налаживать антидроновую систему в рамках отдельного региона можно, и это будет иметь определённую степень эффективности. Но в перспективе России всё равно потребуется единая система обнаружения и поражения вражеских БПЛА. Впрочем, насколько я могу судить, она постепенно создаётся.