Уходящий год для Республики Молдова стал годом парламентских выборов, которые для правящего в стране режима Санду-PAS стали инструментом удержания власти на фоне полномасштабного кризиса. И с этой задачей, с помощью беспрецедентных политических репрессий власть справилась, добившись единоличного парламентского большинства буквально «на ленточке» – с результатом 50,55% (55 депутатских мандатов из 101). Тем самым мандат PAS на управление страной продлен еще на 4 года. Учитывая общественно-политическую и экономическую ситуацию в Молдове, это не сулит стране ничего хорошего.
Политика и общество
Фактическим подлогом Санду вывела основанную ею партию PAS на уверенный отрыв от своего главного соперника экс-президента Игоря Додона, партия которого шла на выборы в составе «Патриотического блока» с обещанием восстановить сотрудничество с РФ и вернуться к закупкам российского газа. Кроме этого, в новый парламент прошли два новых политформирования – «Наша партия» и «Демократия дома», которые, хотя и декларируют себя оппозиционными, могут рассматриваться, скорее, как резерв PAS для голосования по геополитическим вопросам, а не как реальная оппозиция. Еще одна оппозиционная фракция – блок «Альтернатива» также декларирует проевропейскую направленность развития Молдовы. Таким образом, очевидно, что по сравнению с предыдущим парламентом в новом составе законодательного органа позиция проевропейских сил заметно усилилась.
Сложившаяся ситуация позволяет Санду и PAS формировать правительство, проводить через парламент любые решения, а при необходимости и попытаться сформировать в парламенте конституционное большинство по отдельным вопросам. Подобная ситуация порождает у власти ощущение вседозволенности и безнаказанности, что находит свое отражение и в ряде общественно-политических мейнстримов.
В течении года международные правозащитные организации и эксперты, которые мониторят процессы, происходящие в Молдове, отмечали целый ряд проблем, связанных с медиа, регулированием онлайн-пространства, законопроектами об общественных событиях и борьбой с дезинформацией, которые реально создают предпосылки для ограничения гражданских свобод в стране, даже если при этом официальные рейтинги и не отражали резкого ухудшения.
Законодательные и практические меры против декларируемого молдавскими властями «российского влияния» привели к усилению регулирования медиа – власти аргументировали такие меры угрозой дезинформации и вмешательством во внутренние дела страны, но правозащитники указывали на риск чрезмерных ограничений выражения мнений и прессы.
Amnesty International и другие организации призывали власть Молдовы к пересмотру медиазаконодательства, чтобы избежать излишних ограничений свободы слова и прессы, и указали на случаи угроз журналистам и проводимые проверки СМИ. Под предлогом борьбы с дезинформацией и угрозами безопасности власти страны оказывают практически открытое давление на те медиа, которые осмеливаются демонстрировать независимую редакционную политику.
Помимо сковывания деятельности медиа, в уходящем году стартовал процесс введения ограничений и в интернете. В парламент был внесён законопроект, нацеленный на штрафы за распространение дезинформации в интернете – формально в контексте защиты выборов и информационной безопасности, но такой подход вызывает обоснованные опасения во влиянии на свободу выражения мнений в сети. По сути, это не что иное, как попытки регулировать онлайн-контент.
Также международные наблюдатели отмечали критические недостатки в независимости судебной власти и правоприменении, что имеет влияние на то, насколько эффективно защищаются гражданские права. Проблемы с правосудием, влиянием политических и экономических интересов на суды остаются одной из системных слабостей Молдовы в области прав человека и гражданских свобод.
Экономика
В начале 2025 года Молдова столкнулась с энергетическим кризисом после прекращения поставок российского газа через Украину, вызванного отказом Киева предоставить свою территорию для транзита газа. Это особенно ударило по Приднестровью и усилило внутренние риски энергоснабжения как левого, так и правого берега Днестра. Эта ситуация была использована для полного отказа от прямых и открытых закупок российского газа в пользу закупок все того же газа на европейских биржах и через посредников.
В то же время правительство Молдовы ввело режим повышенной готовности в энергетике, увеличивая закупки электроэнергии из Румынии по цене, в два раза превышающей стоимость электроэнергии, вырабатываемой на Молдавской ГРЭС в Приднестровье.
Подобная политика в области закупки энергоресурсов не могла не отразиться на экономических показателях. В первом квартале годовая инфляция продолжила восходящую траекторию, начавшуюся в середине предыдущего года. Годовой уровень инфляции увеличился с 7,0% в декабре 2024 года до 8,8% в марте 2025 года, что было обусловлено динамикой регулируемых цен в контексте корректировки тарифов на сетевой газ, тепловую энергию и электроэнергию. Годовой уровень инфляции без учета этого влияния в марте 2025 года составил около 6,3%. При этом среднегодовой уровень инфляции 2025 года составил 8,8%, что примерно на 2,9 процентных пункта выше показателя предыдущего года.
В целом после позорного увеличения ВВП на 0,1% в 2024 году в уходящем году общий уровень роста реального ВВП оценивается примерно в 1-1,7% по итогам года, что все равно остаётся определенно низким показателем. По данным национальной статистики, в 3-м квартале Молдова демонстрировала быстрый рост (+5,2%), но в среднем за год темп был существенно ниже, отражая слабую динамику в начале года.
В целом реальные доходы населения практически не увеличились, торговый баланс еще более ухудшился из-за роста импорта и слабого экспорта, а структурные проблемы (эмиграция, зависимость от внешних рынков и энергоимпорт) остались актуальными.
В экономическом плане продолжается колонизация Молдовы. Это выражается прежде всего в том, что поступающие в страну финансовые ресурсы в виде кредитов и грантов, инвестируются не в развитие экономики, создание предприятий, генерирующих добавочную стоимость, а в развитие потребительского спроса населения, который удовлетворяется за счет импорта промышленных товаров и сельхозпродукции в первую очередь из ЕС. В результате кредиты, которые получает Молдова, фактически идут на развитие производства в ЕС, но возвращать эти деньги будут граждане в течение долгих лет.
Отношения центральной власти и регионов
Уходящий 2025 год стал годом окончательного перехода официального Кишинёва от политики компромиссов к политике институционального давления разными методами для Приднестровья и Гагаузии, но с одной стратегической целью – централизация и контроль. Эта линия проводилась различными методами:
– с Приднестровьем – через экономическую и энергетическую политику, что усилило изоляцию и давление на регион;
– с Гагаузией – через юридическое давление на руководство автономии, что привело к институциональному кризису в регионе.
При этом для Приднестровья участие Кишинева в энергетических предложениях не нашло отклика, энергетический кризис углубил разрыв. Политический диалог между двумя берегами Днестра практически отсутствует, несмотря на технические консультации. Ситуация остаётся стратегически напряженной и нестабильной.
В случае с Гагаузией изменение баланса сил осуществлялось через открытые уголовные дела против регионального руководства – башкана автономии Евгении Гуцул и спикера народного собрания автономии Дмитрия Константинова. Евгения Гуцул была осуждена на 7 лет, обвинение против Дмитрия Константинова заявляет о требовании 13 лет лишения свободы.
Автономия де-факто ослабляется на фоне юридических и административных шагов центральной власти. При этом риски внутреннего конфликта сохраняются, и его развитие связано больше с политическими целями центральной власти.
Милитаризация
Уходящий год стал годом наращивания закупок различных вооружений, в том числе наступательного характера, к которым в первую очередь следует отнести израильские самоходные артиллерийские установки 155 мм ATMOS 2000. Первые такие системы уже используются Национальной армией в учениях и тренировочных стрельбах. Кроме этого, Молдова в уходящем году получила бронеавтомобили, радиолокационные средства наблюдения для контроля воздушного пространства, индивидуальную экипировку (каски, бронежилеты).
Военный бюджет вырос до уровня около 0,6-0,7% ВВП, увеличившись в абсолютном значении на 68%. Рост обеспечен за счет расходов в основном на связь, логистику, ПВО малой дальности, инфраструктуру и обучение, цифровизацию управления.
В области контроля воздушного пространства был введен в действие закупленный у Франции радар и объявлено о намерении закупки еще одного такого же устройства. Кроме того, заявлено о намерении закупить ракеты для системы ПВО.
В качестве политического сопровождения процесса милитаризации правительство утвердило Военную стратегию 2025–2035, где среди целей – постепенное повышение оборонных расходов (в публичных сообщениях фигурирует ориентир ~1% ВВП) и модернизация ключевых способностей. Главной опасностью для Молдовы, согласно принятой стратегии, объявлена Российская Федерация.
Отношения с Россией
2025 год стал периодом фактического разрыва стратегического партнёрства между двумя странами: отношения были сведены к минимальному дипломатическому уровню, а курс Кишинёва устойчиво ориентирован на ЕС в сочетании с обвинениями в «гибридном воздействии» со стороны РФ. При этом социологические и политические опросы показали, что граждане в целом не видят прямого врага в России и многих связывают с ней культурные и исторические связи, а претензии к РФ характерны исключительно для сторонников евроинтеграции.
Российская сторона, со своей стороны, периодически заявляла, что ухудшение отношений произошло «не по нашей вине» и выражала готовность искать пути диалога (например, по возобновлению авиасообщения и экономическому сотрудничеству). Однако подобная позиция не находит отклика у молдавской власти. Характерным показателем этого является многомесячный отказ Санду принять верительные грамоты у посла России в Молдове Олега Озерова.
В начале ноября новое правительство РМ одобрило законопроект о денонсации соглашения с РФ о культурных центрах, на основании которого в Кишиневе функционировал «Русский дом». Министерство культуры бездоказательно заявило, что центр фактически «использовался не как культурное учреждение, а как инструмент влияния, подрывающий суверенитет Молдовы». Парламентское большинство PAS в новом парламенте проголосовало за денонсацию соглашения. Оппозиция обоснованно назвала такие действия «политической истерикой».
Процессы, происходящие в Молдове в последние годы (и 2025 год не стал исключением), чрезвычайно напоминают то, что происходило ранее на соседней Украине. Так же, как и в соседней стране, Молдова уверенно идет по пути русофобии, отбеливания и восхваления фашистского режима Антонеску, оккупировавшего территорию страны. В Молдове открываются мемориальные кладбища румынских солдат, которые оккупировали территорию Молдовы, но при этом оккупантами власти называют советских солдат. В стране происходит резкое сужение сферы применения русского языка, под давлением находятся русская культура и культура других национальных меньшинств. Отставание от аналогичных процессов, которые происходили на Украине, составляет от 3 до 5 лет, но очевидно желание нынешней молдавской власти сократить это отставание. А это – тупик.
