Десять лет спустя. Чем продолжает удивлять российская глубинка

Десять лет назад автор этих строк переехал из сошедшей с ума Украины в Россию, которую всегда ощущал настоящей большой Родиной. Но дистанционное, во многом обманчивое, ощущение не пошло ни в какое сравнение с новой реальностью. Уверенность в том, что Россия — это как Украина, только побольше, развалилась моментально. Первые месяцы в России проходили в постоянном удивлении по поводу особенностей жизни простых россиян. И ещё больше удивляло, что эти самые россияне были поголовно недовольны. Всё им было не так. Особенно в больших городах. Приходилось до умалишения спорить с ними, предлагая прежде всего смотаться в ближайшую заграницу и сравнить. И не в Грузию какую-нибудь, а хотя бы в «европейскую демократическую и прогрессивную» Украину.

Однако годы шли. Взгляд замыливался. И ты нет-нет да и выскажешься нехорошо то по поводу качества дорожного полотна, то по поводу освещения улицы, то по поводу мусорных баков. Воистину, к хорошему привыкаешь быстро. А когда привыкнешь, уже начинает казаться, что можно было бы и получше. Что ты — такой хороший — достоин большего. А то, что ты уже имеешь, воспринимается как простая данность. Эдакий гарантированный минимум, ниже которого быть не может, потому что не может быть в принципе. Именно поэтому, собственно, обласканные государственной заботой москвичи и числятся одними из самых недовольных жизнью яркими личностями, в то время как жители какой-нибудь воронежской глубинки будут аплодировать и хохотать, если вдруг увидят, что тех самых недовольных москвичей гонят ночью палками в зимнее поле. Потому что вот эти новости из серии проведения конкурса на ароматы, которыми должна пахнуть каждая из станций московского метро, знаете ли, многих весьма и весьма раздражают.

Впрочем, Москва — это не вся Россия. Именно на это, в частности, и напирают товарищи евроукры, доведись завести с ними спор о разнице жизни в России и на Украине. Нет, сегодня речь пойдёт о бытовых особенностях жизни в российской глубинке, в провинции Центрально-Чернозёмного района страны, которая вроде бы как плетётся позади больших городов в плане социально-бытовых инноваций, но которая тем не менее продолжает удивлять даже спустя многие годы.

Чистка дорог

В «святые девяностые», когда заходила речь о том, в какой глубокой заднице живём мы и как славно на Западе, часто говорили, что у них там дороги моют с мылом. Сейчас, спустя десятилетия, случилась забавная перестановка. Дороги с мылом моют как раз в России, не везде, конечно, но всё же моют иногда, а те же немцы поголовно жалуются на состояние собственных дорог, которые уже не особо отличаются от российских в те самые девяностые. В российской глубинке мытья дорог с шампунем я лично не видел, но зато видел специальные тракторы, оборудованные валиками-щётками, которые убирают чернозём, вынесенный на дороги сельскохозяйственной техникой. История стара как мир: комбайны и тракторы вволю поездили по полям, а тут ещё и дождик прошёл намедни. И вот пришла пора выезжать на асфальт. Естественно, после таких заездов по асфальту на многие сотни метров растаскиваются кубометры земли. Подобную картину неоднократно доводилось видеть на Украине, когда вытащенные с поля на асфальт куски грязного чернозёма вроде как становятся ничьими, тогда как в России их счищают на обочину. Пусть не мгновенно, но всё же довольно оперативно. И чувствуется в этом, знаете ли, эдакий диктаторский тоталитаризм.

Сдача металла по паспорту и неугоняемые велосипеды

Когда я переехал в Россию, то сразу бросилось в глаза, что металл на улицах тут не воруют. Потом выяснилось, что воруют, конечно, иногда, но даже и близко не в тех объёмах, в каких воровали на Украине. Типа когда человек выходит во двор, а у него ночью калитку сняли с ворот и утащили в ближайший пункт приёма металла.

Недавно узнал, что в России существует практика приёма металла по паспорту. Хочешь сдать что-то металлическое — предъяви паспорт. Твои данные запишут, а дальше по обстоятельствам. Не правда ли, неплохая выдумка? Поэтому садовый инвентарь, тачки и мангалы по дворам у населения продолжают оставаться на своих местах.

Ещё вашего покорного слугу не перестают удивлять оставленные на улицах велосипеды, которые никто не пристёгивает. В небольшом городке, в котором мне сейчас выпало жить, кажется, я единственный, кто продолжает пристёгивать своего двухколёсного товарища. Но мне простительно. У меня за спиной колоритные картины украинской жизни, когда на железнодорожном вокзале Донецка мой знакомый бежал за собственным велосипедом, оставленным всего на полминуты и подхваченным каким-то сметливым пареньком. Велик тогда удалось спасти, пусть он при этом и немного пострадал. Поэтому я продолжаю пристёгивать, а местные — нет. Разве что на ночь, когда нужно оставить у подъёзда. С трудом представляю, чтобы я решился оставить на ночь у подъезда свой велосипед, пусть и трижды прикованный корабельной цепью к трёхтонному якорю. К слову, российские подъезды часто удивляют целым автопарком детской техники, которую оставляют тут же, под лестницей на первом этаже. Видимо, потому что никто ничего не ворует.

Общение с народом

После непрошибаемых украинских чиновников, заступающих в должность строго для того, чтобы решать вопросы собственного благополучия, чиновники российские всё ещё удивляют чуткостью. Не то чтобы это были ребята без страха и упрёка и с кристально чистой совестью, но всё же методы их работы сильно отличаются от методов работы украинских коллег. Последних можно было пронять либо взяткой, либо каким-нибудь метким обращением в прокуратуру. Чиновники же российские не так испорчены. Хотя вынужден признать, что чем дальше от Москвы на юг, тем этой самой чиновничьей чуткости меньше.

Вот вам несколько зарисовок из жизни, которые считаются чем-то рядовым для россиян, но всё ещё удивительным для бывших укрограждан.

Однажды в поезде к нам в купе зашла начальник поезда с блокнотом и предложением рассказать о впечатлениях и изложить жалобы. Жалоб не было, ибо всё было идеально, о чём начальник поезда, есть мнение, догадывалась. На Украине к тебе в купе могли зайти либо побирушки, либо торгаши, либо бандиты.

Однажды к нашему двору пришёл представитель местной санстанции с предложением сделать бесплатные прививки всему домашнему скоту. Скота не оказалось, и представитель пошёл дальше по дворам. На Украине нечто подобное я лично могу припомнить только в советские времена.

Однажды в соцсетях я пожаловался на бездомных собак, незамедлительно получив ответ от вполне официальной службы, у которой этот вопрос был на контроле. На Украине подобная жалоба не привела бы ни к чему иному, кроме как со встречей с ребятами из ТЦК.

Однажды в личной переписке в соцсетях я пожаловался на странный маршрут письма, которое добиралось из Москвы в Ялту через Владивосток, и через пару дней со мной связался представитель «Почты России» с объяснением этого обстоятельства. «Укропошта» всегда была выше подобного снисхождения.

Однажды я вызвал полицию, чтобы успокоить любителя громкой ночной музыки. И полиция действительно приехала. Правда, через несколько дней, но приехала не просто так, а чтобы взять показания для наложения на «музыканта» штрафа. Прошло уже пару лет, а тот любитель громкой музыки пока помалкивает. Если что, на Украине даже в лучшие домайданные времена жаловаться на шумных соседей было бессмысленно.

Список можно продолжать, но лично мне давно уже понятно, что в России представители государственных, а также иных важных для жизни граждан служб реально что-то делают. Спорить о том, что они могли делать и побольше, можно до бесконечности, но тем, кто приехал из мира украинской незалэжности, где всем на всех наплевать, подобный сервис до сих пор кажется чем-то необыкновенным.

Дорогие машины в глухих деревнях

Рядовая картина для Центрально-Чернозёмного региона России: глухая деревня в одну улицу. Асфальта нет. Нет ни магазинов, ни даже фельдшерского пункта. Но зато перед каждым третьим двором стоят иномарки. Причём порой весьма недешёвые из числа каких-нибудь азиатских кроссоверов. По посёлку Девица, что в Воронежской области, где проживают пять тысяч человек, разъезжает новый «Форд Мустанг». В посёлке Петровское Тамбовской области, когда по пятницам случается ярмарка, со всех окраин съезжаются такие иномарки, что и в Москве позавидовали бы. Понятно, что в сельской местности преобладают «Нивы» и УАЗики, но всё же обилие автомобилей в пользовании населения, и автомобилей сильно недешёвых, до сих пор удивляет. Есть, конечно, и рыдваны, но, как правило, ими владеют или цыгане, или гости из южных республик. А если кому-то захочется возразить, что, мол, все эти машины кредитные, так на это имеется контраргумент: значит, есть чем те самые кредиты выплачивать.

На Украине тоже, конечно, полно дорогих автомобилей, но это в городах и более или менее нормальных райцентрах. А так, чтобы вокруг поля одна улица и у каждого третьего дома то «Митцубиси Аутлендер», то «Киа Селтос» — это для Украины картина невиданная.

Стеклянные входные двери

Ещё одна особенность жизни в российской глубинке, которая не перестаёт удивлять, — стеклянные входные двери. Прямо как в американских фильмах про жизнь в избыточном достатке. Да, порой эти двери могут быть сами по себе непрезентабельными. Пластиковыми типа как на входе в какой-нибудь магазинчик средней руки, но при этом большая её часть отведена под стекло. Сколько ни старался, ни разу не удалось вспомнить ни одной встречи со стеклянной дверью где-нибудь в частном жилом секторе вильной Украины.

Зато я хорошо помню двери собственной квартиры в Донецке. Две. Обе железные. Одна с двумя, а другая с тремя замками. Изнутри был ещё дополнительный засов. А на лоджии шестого этажа — по бокам решётки, чтобы с соседнего балкона ни у кого не было соблазна перелезть в гости.

Впитав сызмальства крестьянскую привычку перед сном обходить все двери и проверять на них запоры, цепи и ловушки с выскакивающими пиками, подготавливать с вечера ведро кипящей смолы и следить, чтобы крокодилы во рву вокруг дома были достаточно голодны, с трудом представляю себе жизнь в доме со стеклянной дверью. А если в отпуск на месяц? Но, видимо, у людей нет с этим особых проблем. Ибо окна в их домах тоже, как ни странно, из стекла, и решёток на них тоже нет. Решётки начинаются в больших городах: Ростове, Воронеже, Липецке. А вот в стотысячном Мичуринске их уже сильно меньше. А в окружающих деревеньках на пять тысяч человек, чтобы найти дом с решёткой, нужно немало помотаться, и не факт, что вообще это удастся.

Одна моя знакомая рассказывала, как ей было стыдно приглашать друзей домой, потому что её папа поставил на окна стальные арматуры. Это было ещё в далёкие советские времена. Потом на Украину пришла демократия, и те арматуры выломали, а дом обокрали. Им на смену пришли полновесные стальные решётки, но и они не спасли, когда в дом полезли снова. Таковы были реалии тогда ещё украинского Донецка, и должно пройти ещё много лет, прежде чем ситуация там поменяется.

Ежегодное медобследование

Хотите разувериться в человеческой доброте? В сострадании и взаимовыручке? В желании человека помогать ближнему? Тогда вам нужно посетить любую украинскую государственную больницу. В частной на вас тоже будет всем наплевать, но там хотят ваших денег, поэтому хотя бы для начала сделают вид, что вам рады. Впрочем, в государственных больницах Украины тоже хотят ваших денег. Не знаю, у кого и как, но непредвиденных трат как в виде «подарков», так и в виде приобретения того, что должно быть бесплатно, больницы бывшего украинского Донецка лично у меня в абсолютных лидерах. Даже при встрече с тамошними гаишниками шанс потерять деньги был пониже, чем с врачами.

Поэтому то, как ведут себя врачи в России, лично для меня было настоящим откровением. Сложно представить, но они лично дозваниваются мне, даже не с предложением, а почти с требованием всенепременно пройти медицинское обследование, которое называется ежегодной диспансеризацией, вне зависимости от возраста, профессии и образа жизни. На мой вопрос о наличии подобной ретивости мне отвечали, что их ругают, если люди к ним не ходят на эту самую ежегодную диспансеризацию. Такие вот дела. Конечно, такие обследования проходят, так сказать, по верхам и всякого глубинного не касаются, но всё же. Не уверен, что подобный сервис есть хоть в одной стране Европы или в США. И об Украине тут говорить и вовсе не приходится.

Бурное строительство

Начавшийся в начале нулевых строительный бум в России продолжается до сих пор. Нам, конечно, бесконечно далеко до объёмов строительства Китая, где разом возводят сразу целые города, но всё же и с европейской Украиной не сравнить.

Например, в уже упомянутом посёлке Петровское, где то ли пять, то ли семь тысяч человек, внезапно, когда ничто не предвещало, за неполных два года отгрохали двухэтажный современный дом культуры. По другую сторону жахнули настоящий парк отдыха с лавочками, сценой, зелёными аллеями, декоративными фигурами и пляжем. А ведь могли бы сделать, как сделали в украинском Донецке, где с помпой объявили о начале строительства метро, раскопали пару котлованов и десятилетиями тянули из бюджета деньги, так и не построив ничего вообще.

Ежегодно путешествуя по европейской части России, не перестаю удивляться объёмам строительства как вдоль трасс, так и в городах. Постоянно появляются новые дороги, вырастают новые мосты. Особенно активную деятельность «оккупанты» развели в Крыму, где после тридцати лет гиблой украинской демократии ремонтировать и перестраивать нужно было решительно всё. А в этом году даже добрались до Центрального рынка Ялты, известного на весь полуостров гадюшника, заставив тамошних коммерсантов, естественно под дулами автоматов и злобным оскалом немецких овчарок, переехать в новое просторное, светлое, комфортабельное и куда менее антисанитарное здание. О таких «мелочах», как Крымский мост и полная реанимация «Артека», и вовсе говорить не приходится.

А знаете, какой был главный строительный бум в незалэжной? Он пришёлся на чемпионат Европы по футболу 2012 года, принимаемый совместно в Польше и на Украине. Тогда дорвавшиеся до бюджетных средств чинуши выступили на всю катушку. Типичная картина того грандиозного строительства была такова: по трассе, где нет ни одного хутора, поля перерезает отвратительная грязная неглубокая траншея шириной метров в двадцать с огромными кучами чернозёма и глины по бокам. Это подавалось как новая дорога, соединяющая Запорожье, Донецк и Днепропетровск, по которым, сверкая фарфоровыми улыбками, будут мотаться на лимузинах любители футбола со всего мира. Естественно, дальше грязной траншеи на сотни километров дело не пошло. Иногда ещё в глухих украинских полях можно было наблюдать загадочные бетонные конструкции с опорами и платформами, нависающими над автотрассой. Что-то типа мостов. То ли пешеходных, то ли автомобильных. Но зачем? Ведь вокруг поля, а до ближайшего райцентра километров пятьдесят. А просто так, как говорят на Украине, «шоб було». В итоге чемпионат Евро-2012 прошел, все разъехались, а те конструкции так и остались стоять, ржавея и зарастая травой. Это, конечно, не «Европейский вал Яценюка», но тоже неплохой способ распила денег.

Доставка чего угодно куда угодно

Наконец, о том, что для каждого россиянина является такой заурядной обыденностью, что на её существование не обращается ровно никакого внимания. На земле растёт трава, в небе парят облака, а вся Россия опутана линиями доставки, прости Господи, маркетплейсов, которые привезут тебе домой что угодно и куда угодно. «Озон», «Вайлдберриз», «Яндекс», «Мегамаркет», «Ламода», «Магнит Маркет» и ещё дюжина помельче. Конечно, тот же «Озон» есть не везде, но, если нужно получить товар всенепременно с доставкой, можно заказать персонального курьера, который сквозь непролазную весеннюю грязь или зимние снежные заносы приедет на бессменной «Буханке» и привезёт, чего вы там выбрали, сидя в уютненьком доме.

На первый взгляд может показаться, что эта сеть сервисов — ерунда и, не будь её, Россия бы ничего не потеряла, оставшись прежней, но на самом деле это не так. Данная сеть позволила начать побеждать то, на что так часто жаловался в своей публицистке незабвенный Василий Шукшин — товарно-продуктовую разницу между городом и деревней. Благодаря тем самым маркетплейсам теперь житель какого-нибудь Избердея меньше стал ощущать неполноценность по сравнению с жителем Москвы. Теперь у обоих в домах есть одинаковые телевизоры с диагональю на 65 дюймов, одинаковая прочая электроника, бытовая техника, одежда и продукты. В холодильниках обоих могут стоять одинаковые бутылки «Ворчестерского соуса» или какой-нибудь маринованный корень лотоса. Конечно, не факт, что жителю Избердея нужен такой соус, но это уже вопрос культуры. Главное, что возможность приобщиться обеспечена.

Украина же, несмотря на потуги, так и не смогла создать ничего похожего. Да, там есть популярные доски объявлений и прочие интернет-магазины, но такого, как «Озон», чтобы со своей доставкой в тысячи деревень, такого там никогда не было.

Эпилог

Есть мнение, что если вдруг кому-то захочется пообщаться с оптимистичным россиянином, то лучше, чем порядочного переселенца с бывшей Украины, ему не найти. Скажу по себе, что даже спустя десять лет Россия всё ещё ощущается хорошей такой заграницей. Такой, о какой нам рассказывали когда-то давно, имея в виду всякие там Швейцарии.

Конечно, не всё хорошо. Как уже было сказано ранее, взгляд на многие вещи замыливается. Уже ты раздражаешься при виде огромных животов краснодарских гаишников. Уже тебе не нравится, что поезд опоздал на десять минут. Уже ты негодуешь по поводу растущих цен на бензин. Но вот вдруг в Петербурге случаются очередные «Алые паруса» или там же проходит военно-морской парад, и ты снова начинаешь отчётливо осознавать, в какой большой, красивой, комфортной, непобедимой и перспективной стране живёшь. А вместе с этим приходит и лёгкая грусть по поводу потраченных лет жизни на Украине, которые воспринимаются никак иначе, как потерянное время. Так что выше носы, дорогие россияне. Держите хвост пистолетом, а нос по ветру. Всё у нас не так уж и плохо, как может показаться на первый взгляд. А если вдруг кому-то упорно продолжает казаться, что всё плохо и даже очень, то поезжайте в Киев и спросите, кому на Руси жить хорошо?

Сергей Донецкий,