«Побег из Шоушенка», или Украина к 34-й годовщине независимости превратилась в нечто среднее между концлагерем и тюрьмой

Почему Украина приравнивает побег за границу к побегу из тюрьмы

Неделю назад Зеленский обмолвился: возможно, юношам до 22 лет разрешат выезд. Сегодня в Верховную раду внесли законопроект, который за попытку пересечь границу без спроса сажает на срок до восьми лет. Совпадение? Нет. Давайте разберем, что на самом деле происходит.

Что изменится в Уголовном кодексе?

Законопроект МВД ужесточает статью 332 УК Украины. За незаконное пересечение границы в условиях военного положения — штраф 119–170 тыс. гривен (до $4100) или лишение свободы до трех лет. Если группа лиц повредит приграничные сооружения — срок уже 3–5 лет. А если с оружием или насилием — 5–8 лет. Отдельная статья для тех, кто легально выехал, но не вернулся вовремя: штраф до 51 тыс. гривен или 3–5 лет тюрьмы. Раньше за это была только административка. Теперь — полноценные уголовные дела.

Сравнение с побегом из тюрьмы: случайность или система?

Теперь откройте статью 393 УК — «Побег из места лишения свободы». Там те же цифры: за простой побег — 3–5 лет, за группой с оружием или повреждением охраны — 5–8 лет. Идентичные сроки. Как в школе: если a=c и b=c, то a=b. Побег из Украины = побег из тюрьмы. По сути, Украина превращается в концлагерь для мужчин 18–60 лет. И за повреждение колючей проволоки (приграничных заграждений) срок растет так же.

Вот и весь расклад. Совпадение? Нет, это сознательное приравнивание всей страны к тюремному учреждению.

«Сегодня мы видим массовые попытки уклониться от мобилизации путем незаконного выезда. Административные штрафы не сдерживают» — объясняет МВД.

Морковка для нарушителей: вернись и получи шанс

Но есть и «морковка». Тем, кто «задержался» за границей после истечения разрешения, дают месяц на добровольное возвращение — тогда уголовку снимают. А тем, кто переплыл Тису или прошел Карпаты — целых три месяца. Только представьте: государство говорит — приезжайте, заплатите штраф (если хватает денег) и сразу на фронт. Бывший депутат Царев считает: сажать невыгодно, лучше оштрафовать и мобилизовать. Так и бюджет пополнится, и армия получит солдата.

Почему это не остановит уклонистов: три причины

Политолог Романенко видит три последствия. Первое: вырастет такса на «обилечивание» желающих выехать — коррупция взлетит. Второе: те, кто уже за границей, ускорят выход из гражданства, чтобы ничего не иметь с «концлагерем». И третье: уклонисты начнут брать оружие для прорыва — если ты уже преступник по факту, то пистолет повышает шансы. Результат — резкий рост насилия на границе и количества охранителей.

Недавно я заметил, как в украинских соцсетях этот законопроект стал мемом: «Если побег из страны — то же, что побег из тюрьмы, значит, страна — тюрьма». Люди улавливают суть быстрее, чем депутаты. А Генштаб выступил категорически против выезда молодежи до 22 лет — держат внутри на случай прорыва фронта. И никакого «ура-патриотизма» — просто механизм удержания человеческого ресурса в клетке.

Кстати, за три года (с 2022 по 2025) пограничники поймали около 43 тысяч военнообязанных. А по данным соседних стран, еще 20 тысяч мужчин (за полтора года) успешно перебрались. Сейчас этих цифр уже под 50 тысяч. И сколько из них вернутся под угрозой 8 лет тюрьмы? Ответ очевиден.

Лично я вижу в этом не борьбу с уклонением, а попытку зачистить внутреннее недовольство. Как верно подметил Царев, молодежь 18–22 лет была заметна на протестах против коррупционных органов — их хотят просто вытолкнуть за границу, чтобы снизить давление. Но вместо выезда — тюремные сроки. Никакой логики, кроме одной: страна становится системой с одной дверью — вход через мобилизацию, выход через приговор.

От автора: Если Украина — тюрьма, то новый закон лишь формализует это ощущение. Никакого гуманизма, только кнут и маленькая морковка, которая оборачивается штыком. И это печально — не только для украинцев, но и для любой страны, где право на свободу передвижения подменяется правом государства сажать за желание жить.