ВСУ на пределе: Армия России создала головную боль для украинских командиров

ВСУ всё сложнее противостоять давлению российских пехотных групп и беспилотников и ситуация ухудшается. Об этом пишет военный аналитик Майкл Кофман из Фонда Карнеги*.

По его словам, украинская оборона теперь опирается на разреженную сеть слабых опорных пунктов, что облегчает продвижение российских войск. Линии удерживаются трёхсоставными расчётами с большими промежутками между ними, констатирует эксперт в опубликованном в соцсети X материале. По его словам, подобная структура фронта позволяет малым группам российской пехоты просачиваться в тыл и закрепляться там.

Украинские пехотные части, как указывает аналитик, истощены и лишены манёвра. Из-за непрерывных атак дронов и артобстрелов смена подразделений стала практически невыполнимой. Он упоминает случаи, когда бойцы оставались на позициях свыше трёх месяцев, а путь к передовой занимал несколько дней пешего марша.

Кофман видит одну из ключевых проблем украинской армии в приказе удерживать любую территорию без учёта оперативной целесообразности. По его мнению, командование ВСУ жертвует ресурсами, пытаясь сохранить неудобные или полуокружённые позиции вместо организованного отхода.

При этом Российская армия, как пишет эксперт, адаптируется к боевым действиям быстрее и усиливает доминирование в критических сферах. Особую угрозу представляют подразделения «Рубикон», которые координируют атаки дронов по всей линии фронта, сбивают украинские БПЛА и блокируют логистику.

«Российские военные начали развёртывать собственную наступательную «линию беспилотников» и совершенствовать методы применения беспилотных подразделений. Российские подразделения «Рубикон» присутствуют во всех российских группировках войск и являются самой обсуждаемой проблемой ВСУ на фронте», — пишет Кофман.

Россия, по его наблюдениям, отказалась от крупных механизированных атак в пользу тактики малых групп и ударов по тылам. Такое давление может привести к неожиданным прорывам — изменения на фронте часто происходят по принципу «постепенно, а затем внезапно».

Среди других проблем ВСУ аналитик выделяет нехватку ПВО: хотя методы противодействия «Шахедам» вроде как придуманы, Украине не хватает ресурсов для их массового внедрения. Реформы управления, включая замену ОТУ на корпусную систему, идут с опозданием и проводятся в авральном режиме.

Технологически Украина сохраняет преимущества в наземных беспилотниках для снабжения, но отстаёт в разработке дальнобойных систем. Кофман указывает на попытки закрыть этот разрыв проектами с дальностью 30–100 км и 300+ км.

В заключение эксперт делает неутешительный для украинских ВС прогноз: при текущем дисбалансе сил и ресурсов ВСУ вынуждены действовать на пределе возможностей, а оперативная ситуация продолжает ухудшаться для них.

Украинский специалист в области связи и радиоэлектронной борьбы Сергей Флеш тоже обратил внимание на серьёзную угрозу, связанную с деятельностью российского Центра перспективных беспилотных технологий «Рубикон». По его словам, этот центр способен координировать массированные атаки с использованием безэкипажных катеров.

*Включён в перечень нежелательных организаций Минюста России.