Как громили передовую финансовую систему СССР

Перестройка государственных органов управления

Кроме особо жёсткой «перестройки» силовых структур – КГБ, МВД и Советской армии, в сущности, это был погром с целью полной дискредитации, очернения служилого сословия («Чемодан, вокзал – Россия!»), происходил разгром государственных органов управления.



Это было радикальное «реформирование» (погром) всей структуры управления. За один год в рамках перехода к «экономическим методам управления» и полному хозрасчёту предприятий в отраслях было ликвидировано среднее звено управления с переходом к двухзвенной системе «министерство – завод». В центральных органах управления СССР и республик было сокращено почти 600 тыс. человек. На 40 % было сокращено число структурных подразделений центрального аппарата.

Информационная система народного хозяйства была разрушена. Так как компьютерной системы накопления, хранения и распространения информации в СССР ещё не было, то опытные кадры с их картотеками были главными элементами системы. Теперь их отправили на «свалку». Документация и картотеки были свалены в кладовки, в архивы, и в сущности, пропали.

Это стало одной из важных причин наступившей разрухи последних лет существования СССР. По сути, информационный, экономический развал и хаос сознательно организовали, чтобы легче было разрушить Красную империю.

В 1987 году начался процесс слияния и разделения министерств. Единой системы не было. Это была самая настоящая «министерская чехарда», знакомая нам по последним годам Российской империи, когда шла подготовка по уничтожению самодержавия и Великой России.

Так, Министерство строительства СССР было «районировано» – на его основе создали 4 министерства, ведающих строительством в разных районах СССР. В 1989 г. их упразднили. Были ликвидированы шесть сельскохозяйственных ведомств, учрежден Госагропром СССР. В 1989 г. его упразднили, часть его функций взяла Государственная комиссия Совета министров СССР по продовольствию и закупкам. Её ликвидировали в апреле 1991 г. и создали Министерство сельского хозяйства СССР.

Такая же чехарда творилась и в других министерствах и ведомствах. Фактически с 1986 г. центральный аппарат управления хозяйством разгромили. В мутной воде ловить рыбу легче.

Разгром финансовой системы и потребительского рынка

Советская финансовая система имела две базовые особенности, которые помогли создать самодержавную советскую сверхдержаву, независимую от капиталистической и долларовой системы.

Первая – в Советском Союзе успешно работала особая финансовая система из двух контуров. В производстве ходили безналичные деньги, количество которых определялось межотраслевым балансом, и которые погашались взаимозачётами.

По сути, в Союзе отсутствовал финансовый капитал и ссудный (паразитический) процент, который обогащает кучку олигархов, плутократов и банкиров, как в РФ с 1990-2000-х годов, жирующих за счёт природных богатств страны и эксплуатации народа.

На рынке потребительских товаров обращались обычные деньги, получаемые населением в виде зарплат, пенсий, пособий и т. д. Их количество строго регулировалось в соответствии с массой наличных товаров и услуг. Это позволяло поддерживать низкие цены и не допускать инфляции. Такая система эффективно работала, пока системы двух контуров не смешивалась – безналичные деньги не переводились в наличные.

Вторая особенность – принципиальная неконвертируемость рубля. В конце 80-х и 90-е годы много смеялись над «деревянным рублем». На самом деле обмен рубля на валюту был выгоден только узкой прослойке новых богачей, «новых русских», новой знати в стремительно деградирующей России, быстро теряющей достижения самой передовой на Земле цивилизации – советской. Также такой обмен был выгоден хозяевам США, которые в обмен на свои «зелёные фантики» (резанную бумагу) получали реальные ресурсы – нефть, газ, лес, руду, золото, уран и т. д.

Масштаб цен в СССР был совершенно иным, нежели на мировом рынке, и рубль мог ходить лишь внутри страны. Это позволяло каждому советскому гражданину получать свои дивиденды от общенародной собственности, к примеру, в форме низких цен, низких тарифов ЖКХ и пр. Поэтому контур наличных денег должен был быть строго закрыт по отношению к внешнему рынку государственной монополией внешней торговли.

«Перестройщики»-разрушители разгромили эту стройную и эффективную систему. В 1988-1989 гг. оба контура финансовой системы были раскрыты. В первую очередь отменили монополию внешней торговли. С начала 1987 г. право проводить экспортно-импортные операции получили 20 министерств и 70 крупных предприятий. Через год ликвидировали Министерство внешней торговли и Государственный комитет по экономическим связям СССР. Учредили Министерство внешнеэкономических связей, которое лишь имело право регулировать внешнюю торговлю. Законом 1990 года право на внешнюю торговлю получили и местные Советы.

Таким образом, была создана возможность расхищения народных богатств, обогащения разного рода спекулянтов, социальных паразитов. Для создания «теневых» капиталов.

Так, согласно «Закону о кооперативах» (1988 г.), при государственных предприятиях и местных Советах быстро возникла сеть кооперативов и совместных предприятий. Только они имели не производственный характер, как при Сталине, а торгашеский, паразитическо-грабительский в отношении народного хозяйства. Они занимались вывозом товаров за границу, что резко сократило их поступление на внутренний рынок и ухудшило положение советских граждан, которые не имели отношения к этому «празднику жизни».

Это был очень выгодный обмен, на котором дельцы делали состояния. Так, многие товары при спекуляции давали выручку до 50 долларов США на 1 рубль затрат и поэтому скупались у предприятий полностью. Некоторые изделия (например, алюминиевая посуда) превращались в лом и продавались как материал. По оценкам экспертов, в 1990 году вывезли 1/3 потребительских товаров. Естественно, всё это за счёт страны и народа. Но кучка спекулянтов, организаторов этой грабительской операции, сказочно обогатилась.

Очевидно, что и страны Запада и Востока также поимели свой гешефт-барыш. Разграбление советской цивилизации, что спасло капиталистическую систему от очередного кризиса и, возможно, катастрофы, набирало обороты.

Дальнейший погром

Через «Закон о государственном предприятии (объединении)» (1987 г.) был вскрыт контур безналичных денег – было разрешено переводить их в наличные. Это был шаг к приватизации банковской системы. В большей мере эта работа была поручена комсомольским деятелям. Созданные тогда «центры научно-технического творчества молодежи» (ЦНТТМ), курируемые ЦК ВКСМ, получили эксклюзивное право на обналичивание безналичных денег. К примеру, один из первых коммерческих банков – «Менатеп», до превращения в банк был ЦНТТМ «Менатеп» при Фрунзенском РК КПСС.

Естественно, что это привело к появлению инфляции. ЦНТТМ называли «локомотивами инфляции».

При плановой системе поддерживалось такое распределение прибыли предприятий. Пример 1985 года: 56 % вносилось в бюджет государства, 40 % оставалось предприятию, в том числе 16 % шло в фонды экономического стимулирования (премии, надбавки и пр.). В 1990 году из прибыли предприятия в казну вносилось 36 %, предприятиям оставалось 51 %. Причём в фонды экономического стимулирования шло уже 48 %.

То есть не только резко сокращались взносы в казну, но и на развитие самих предприятий средств почти не оставляли. Это привело к резкому скачку личных доходов вне связи с производством. Ежегодный прирост денежных доходов населения СССР составлял в 1981-1987 гг. в среднем 15,7 млрд рублей, а в 1988-1990 гг. уже 66,7 млрд. В 1991 г. лишь за первое полугодие денежные доходы населения выросли на 95 млрд рублей.

Средства перекачивались из капиталовложений, инвестиций в будущее, в простое потребление. «Предалось» будущее страны и народа. «Перестройка» приобретала характер пира во время чумы.

Это происходило при одновременной инфляции и сокращении товарных запасов, которые ускоренными темпами вывозили за границу. В итоге это привело к краху потребительского рынка – дефицит, пустые полки, которыми попрекают СССР. Пришлось вводить талоны на водку, сахар и пр. товары. Резко увеличился импорт, снова обогащая торгашей и страны капиталистической системы.

До 1989 года Союз имел стабильное положительное сальдо во внешней торговле. В 1987 году превышение экспорта над импортом составляло 7,4 млрд. рублей, а в 1990 году – отрицательное сальдо в 10 млрд.

Оттянуть крах власти пытались за счёт дальнейшего разрушения системы: дефицит госбюджета, рост внутреннего долга и продажи валютных резервов. Дефицит казны составлял в 1985 г. 13,9 млрд рублей; в 1990 г. – 41,4 млрд; за 9 месяцев 1991 г. – 89 млрд. Положение РСФСР было ещё хуже: до 1989 г. дефицита бюджета не было; в 1990 г. – уже 29 млрд рублей, в 1991 г. – 109 млрд.

Росту дефицита способствовала начатая в мае 1985 г. антиалкогольная кампания. Суть которой: «начали за здравие, а кончили за упокой». Сокращение продажи водки и бюджетных поступлений от неё полностью были перекрыты её изготовлением в «теневой экономике». Это нанесло мощный удар по государственной казне и усилило позиции организованной преступности, которая начала процесс слияния с гнилыми представителями местной администрации и партийной номенклатуры.

Складывается мощный сектор «теневой» и «чёрной» (криминальной) экономики, набирает силу организованная преступность. Включая «алкогольную мафию», которая фактически приватизировала торговлю спиртным, изъяв из бюджета в свою пользу десятки миллиардов рублей (тогда ещё вполне полновесных).

Быстро растет внутренний долг СССР: в 1985 г. – 142 млрд рублей; в 1989 г. – 399 млрд (более 41 % ВНП); в 1990 г. – 566 млрд (более 56 % ВНП); за 9 месяцев 1991 г. – 890 млрд. Золотой запас, который до перестройки составлял 2 тыс. тонн, в 1991 г. сократился до 200 тонн. Внешний долг, который практически отсутствовал в 1985 г., в 1991 г. составил около 120 млрд долларов.

Богатства великой державы стремительно растаскивали, разворовывали, проедали, разбазаривали, переводили на Запад и Восток.

В 1989 г. специализированные банки (Промстройбанк, Агропромбанк и пр.) были переведены на хозрасчёт, а в 1990 г. стали преобразовываться в коммерческие. Номенклатура и её окружение получают право заниматься сверхприбыльной банковской деятельностью.

Таким образом, эффективная советская финансовая система была разгромлена, начался её перевод на коммерческие (капиталистические рельсы). Всё это проводилось в интересах части партийно-государственного аппарата, криминальных слоёв, связанных с «теневой экономикой», и части интеллигенции, зараженной либеральной, западнической и космополитической идеологией.

Простой же народ получил неконтролируемый рост цен, дефицит базовых товаров народного потребления, снижение реальных доходов, развал народного хозяйства и перспективу краха СССР и смуты (гражданской войны). Государство утрачивает возможности выполнения обязательств перед своими гражданами, в частности пенсионерами. Государство также загнали в кабалу к иностранным державам (внешний долг).