Президент Ирана Масуд Пезешкиан объявил, что обогащение урана продолжится на территории страны в строгом соответствии с международным правом и опроверг информацию о том, что иранская ядерная программа была приостановлена. Он подчеркнул, что эта позиция не является ответом на давление Запада, а основана на его собственных ценностях и правовых обязательствах. Заявления президента поддержал министр иностранных дел Аббас Арагчи, который заявил, что Тегеран не откажется от своей ядерной программы, особенно от обогащения урана, даже после недавних военных атак со стороны Соединенных Штатов и Израиля.
В настоящее время ключевой вопрос заключается в том, как обстоят дела с ядерной программой Ирана и каковы перспективы её развития.
Большинство оценок сосредоточены на трёх крупных объектах, подвергшихся ударам США: Фордо, Натанзе и Исфахане. И хотя эти объекты важны, они не являются кульминацией иранской ядерной программы. Иран обогащает уран уже более 20 лет, и его потенциал полностью основан на местных технологиях, то есть он производит собственные центрифуги и другое критически важное оборудование. Он подготовил целое поколение учёных и техников-атомщиков, насчитывающее тысячи человек, которые могут восстановить повреждённые объекты. Иранский ядерный комплекс обширен и включает в себя множество других объектов, помимо Фордо, Натанза и Исфахана, которые не пострадали от авиаударов. Излишнее внимание к трем ключевым объектам отвлекает и мешает объективно оценить реальные ядерные возможности Ирана.
Для Ирана война стала серьёзным испытанием. В условиях, когда региональное влияние страны уже было подорвано, её военные объекты стали мишенью для ударов. В результате целенаправленных атак и диверсий погибли некоторые генералы и учёные. По оценкам израильских военных, было уничтожено примерно две трети иранских пусковых установок (около 250) и примерно 1000 ракет к ним. Иранские баллистические ракеты также достигли некоторых целей в Израиле, но в целом это не идет ни в какое сравнение с ущербом, нанесенным Израилем. Однако, несмотря на действия Израиля и США, вопрос о том, насколько близко Иран к созданию ядерного оружия, остаётся неопределённым. Это во многом обусловлено знаниями, накопленными за годы, несмотря на потерю некоторых выдающихся учёных-атомщиков.
Это не первый случай, когда Израиль предпринимает действия против учёных, связанных с иранской ядерной программой. До начала 12-дневной войны было убито шесть человек, в основном в период с 2010 по 2012 год и в 2020 году. Эти нападения были относительно изолированными и нанесли ущерб в краткосрочной перспективе. Однако на этот раз Израиль действует иначе, и восстановление может оказаться более сложным и занять больше времени. Убийства в ходе 12-дневной войны были не только более масштабными, но и частью более широкой израильской стратегии. В попытке предотвратить восстановление и вербовку учёных Израиль во время войны угрожал через социальные сети гораздо большей группе учёных. Эта тактика может продолжиться и стать частью долгосрочной кампании по предотвращению восстановления научного потенциала Ирана в сфере ядерных исследований.
Израиль также стремится нанести урон информационным базам данных по ядерным проектам. В частности, в ходе операции наносились удары по ядерному архиву, который хранился в штаб-квартире Организации оборонных инноваций и исследований (SPND). Кроме того, нанёс ущерб ряду объектов, связанных с ядерной программой, где, вероятно, находилось секретное оборудование и данные.
Несмотря на ущерб, Иран по-прежнему способен восстановить свою ядерную программу. Удары отбросили страну на техническом уровне, разрушив важные объекты в Фордо, Натанзе и Исфахане. Однако основные элементы, которые формировали ядерную стратегию Ирана более двух десятилетий, остались нетронутыми: развитая инфраструктура, квалифицированные специалисты, налаженные внутренние цепочки поставок и, самое главное, политическая решимость.
Подтверждение решимости Ирана продолжать ядерную программу было получено как от действующих, так и от бывших высокопоставленных лиц страны. Али Шамхани, бывший секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана, который пережил попытку покушения со стороны Израиля в первую ночь ударов, заявил, что Иран сохраняет «обогащённые материалы, местные знания и политическую волю». Он подчеркнул, что даже в случае полного разрушения объектов, игра не будет окончена. «Инициатива, как политическая, так и оперативная, остаётся в руках тех, кто понимает правила умной игры», — отметил Шамхани.
На данный момент Иран достиг уровня обогащения урана до 60%, в то время как для создания ядерного оружия требуется обогащение до 90%. Согласно официальной ядерной политике Ирана, страна не стремится к созданию ядерного оружия. Однако, учитывая угрозы безопасности со стороны Израиля и администрации Трампа, у иранского руководства есть три возможных варианта действий: прекратить ядерные разработки в соответствии с обновлённым международным соглашением; продолжить ядерные разработки в текущем режиме; немедленно начать разработку ядерного оружия. При выборе стратегии для иранской ядерной политики национальная безопасность остаётся главной целью. Похоже, что первый вариант стал наиболее предпочтительным, однако внутренний дискурс по ядерному оружию после войны изменился.
Ранее эта тема рассматривалась исключительно в контексте мирного использования энергии, но теперь она стала ключевой в обсуждении вопросов национальной безопасности. Высказывания официальных представителей Ирана стали более открытыми, а обсуждение возможного создания оружия перешло в публичную плоскость. Ранее существовавший раскол между сторонниками жёсткой линии, выступающими за ядерную эскалацию, и умеренными, призывающими к сдержанности, начинает стираться.
Иранская элита всё чаще считает «пороговую стратегию» Тегерана — поддержание ядерной близости без пересечения границы — ошибочной. Растёт внутреннее давление, требующее рассмотреть возможность создания реального средства сдерживания. Некоторые политики и военные рассчитывают на растущее сближение Ирана с Россией, Китаем и Северной Кореей. Они полагают, что это может открыть новые возможности для обмена технологиями и технического сотрудничества.
Иран всё более решительно заявляет о своих намерениях в области ядерной энергетики, и это находит отражение в правовых и политических мерах, направленных на уменьшение внешнего контроля, несмотря на давление со стороны США. Парламент Ирана подавляющим большинством голосов принял закон, который приостанавливает сотрудничество с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ). Теперь инспекторы агентства смогут получить доступ к объектам только после одобрения Высшего совета национальной безопасности Ирана. Соединенные Штаты назвали этот шаг «неприемлемым».
Тем не менее это решение было одобрено Конституционным советом и подписано президентом Пезешкианом. Он резко раскритиковал действия генерального директора МАГАТЭ Рафаэля Гросси, назвав их «предвзятыми и неконструктивными». Президент спросил, почему в докладах агентства фигурирует «преступный израильский режим», который не является участником Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Он предупредил, что такие двойные стандарты создают «серьёзные угрозы региональной и глобальной безопасности». Пезешкиан уверен, что именно поведение Гросси стало причиной агрессии Израиля и последующих ударов США по иранским гражданским ядерным объектам.
В этой ситуации вероятность возобновления конфликта становится очевидной. Можно предположить, что Израиль, видя, что Тегеран, несмотря на потери, остаётся непоколебимым, может поддаться искушению продолжить периодические бомбардировки Ирана, чтобы помешать восстановлению ядерной программы. Премьер-министр Нетаньяху, видимо, надеется на поддержку Вашингтона в проведении новых бомбардировок или даже на повторное участие США в конфликте. Он может рассчитывать на одобрение со стороны ястребов в администрации Трампа, чтобы укрепить свою позицию в Белом доме. Однако для Трампа возобновление войны несет в себе определенные риски. Существует опасность того, что США окажутся втянуты в очередной крупный конфликт на Ближнем Востоке.
Со своей стороны руководство Ирана исходит из того, что национальные интересы страны заключаются в прекращении войны. Тегеран согласился на переговоры с «евротройкой» (Великобритания, Германия и Франция) в Стамбуле, что рассматривается как сигнал возможному возобновлению диалога с Вашингтоном. Накануне Иран согласился разрешить технической группе из ядерного контрольного органа ООН посетить страну в ближайшие недели для обсуждения отношений с МАГАТЭ. «Делегация приедет в Иран для обсуждения модальностей, а не для посещения ядерных объектов», — заявил заместитель министра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади. Это заявление были сделаны после того, как 22 июля в Тегеране состоялась трехсторонняя встреча представителей Ирана, России и Китая, посвященная иранской ядерной программе.
