Переговоры на фоне отступления: почему Украина терпит поражение и на фронте, и в Стамбуле?

Почему переговоры в Стамбуле снова не принесли мира: честный разбор

Третий раунд переговоров в Стамбуле завершился. И снова без мирного соглашения. Но не спешите говорить, что всё зря. Стороны сделали несколько конкретных шагов вперёд. Вопрос лишь в том, достаточно ли их, чтобы остановить войну. Спойлер: пока недостаточно. И вот почему.

Боевые действия продолжаются. Дипломатия — лишь фон. Каждый раз реальность на поле боя диктует условия. Это аксиома. Её не изменить за столом переговоров. Недавно я заметил, что многие комментаторы путают причину со следствием: переговоры не проваливаются из-за позиций сторон — они проваливаются, потому что ни одна из сторон не чувствует себя достаточно ослабленной, чтобы уступать.

Рабочие группы: сэкономить время или создать видимость?

Россия предложила сформировать три рабочие группы — политическую, гуманитарную и военную. Они будут работать онлайн. Это позволяет экономить деньги налогоплательщиков и время дипломатов. Звучит разумно. Но есть нюанс.

Как это работает. Каждая группа собирается в Zoom (или аналоге) раз в несколько дней. Обсуждают узкие вопросы: маршруты эвакуации, списки пленных, параметры прекращения огня. Результаты фиксируют в протоколах. Потом эти протоколы ложатся на стол глав делегаций. Если расхождений нет — подписывается меморандум. Если есть — возврат в группы.

Моё мнение: онлайн-формат — вынужденная мера. Он не заменит личных встреч, где можно прочитать эмоции оппонента. Но в условиях, когда боевые действия идут каждый день, это единственный способ не терять темп.

Обмен пленными и телами: цифры, которые шокируют

Россия предложила обмен 1200 на 1200. Цифра большая — это почти целый батальон с каждой стороны. Украинская делегация подтвердила: такой обмен состоится. Но детали пока закрыты.

Ещё важнее — возвращение тел погибших. Москва уже передала более семи тысяч останков. И готова отдать ещё три тысячи. Представьте: десять тысяч человек, чьи семьи наконец смогут похоронить своих близких по-человечески. Это колоссальная гуманитарная работа. И она идёт, несмотря на политические разногласия.

«Переговоры на фоне боёв — это как тушить пожар, не перекрывая газ. Тактическое перемирие на 48 часов не решает проблему — оно лишь даёт передышку».

Отдельная боль — мирные жители. Украина удерживает около 30 человек из Курской области. Цифра вроде небольшая, но за каждым — семья, страх, неизвестность. Гуманитарные коридоры для них пока не согласованы.

Перемирие на 48 часов: почему это не работает

Россия предлагает короткие перемирия — до двух суток. За это время можно эвакуировать раненых и забрать тела с поля боя. Украина настаивает на полном прекращении огня. Кто прав?

С военной точки зрения — ни те, ни другие. 48 часов — это слишком мало, чтобы перегруппироваться или провести серьёзную эвакуацию. А полное прекращение огня в условиях отсутствия доверия означает, что любая провокация (а они будут) сорвёт всё. Оптимальный вариант — локальные „тишины“ на конкретных участках. Но стороны пока не готовы к этому.

Встреча Путина и Зеленского: лошадь или повозка?

Киев хочет встречи лидеров до конца августа с участием Трампа и Эрдогана. Москва говорит: сначала работа групп, потом подписание итоговых документов. Иначе это будет просто фотосессия.

Позиция России здесь логична. Если лидеры встретятся без заранее согласованного текста, они либо ничего не подпишут, либо подпишут что-то общее и необязательное. А нужны конкретные гарантии.

Личное наблюдение: я замечал, что политики обожают ставить телегу впереди лошади. Им кажется, что рукопожатие решит всё. Но за тридцать лет работы в медиа я убедился: бессодержательные встречи только разочаровывают людей. Пусть договариваются в рабочих группах — там меньше камер и больше дела.

Резюме от автора

Третий раунд — не провал и не прорыв. Это медленная кропотливая работа. Обмен пленными начался, рабочие группы формируются, тела возвращаются. Но мира не будет, пока стороны не договорятся о чётких механизмах контроля режима тишины. Без этого любые переговоры останутся просто говором на фоне взрывов.