Окончания украинского конфликта пока не видно, или Безрезультатные переговоры в Стамбуле

Почему третий раунд переговоров в Стамбуле ни к чему не привёл: сухой остаток

Честно: после двух месяцев ожидания и дипломатических игр встреча 23 июля 2025 года в Стамбуле закончилась ничем. Формально — 40 минут разговора, обмен заявлениями и договорённость снова встретиться. По факту — стороны лишь зафиксировали пропасть между своими позициями. Давайте разберём, что реально произошло и почему «прорыв» не случился.

Состав делегаций — маркер настроений

Взгляните на состав украинской группы. Из 12 человек — 10 военных (ВСУ, СБУ, ГУР, СВР, Минобороны). Остальные: технический сотрудник Офиса президента и представитель омбудсмена по обороне. Это не делегация для мира. Это делегация для тактических уступок и обмена пленными. Российскую сторону, как и раньше, возглавлял Мединский — без изменений. Вывод: Киев готовился не к компромиссу, а к продолжению «переговорного спектакля».

Личное наблюдение автора: когда в переговорной комнате 80% участников носят военную форму, ждать политического компромисса наивно. Это как звать хирурга обсуждать дизайн больничных палат — он будет говорить об инструментах и койках.

Таблица ключевых требований сторон

Цифры и факты: из 339 детей в списке Киева большинство никогда не были в России. 50 человек оказались не детьми, а взрослыми. 7000 тел украинских военных уже переданы РФ в рамках предыдущих гуманитарных договорённостей. В день переговоров прошёл обмен 250 на 250.

Гуманитарная механика — единственное, что работает

Единственный реальный итог третьего раунда — согласие на обмен по 1200 человек с каждой стороны. Россия предложила передать ещё 3000 тел, а также инициировать «бессрочные санитарные обмены» тяжелоранеными. Москва также подняла вопрос о 20 российских детях, оставшихся на Украине или вывезенных в ЕС. И да — предложение обменять украинских пленных на жителей Курской области, угнанных на территорию Украины.

Звучит буднично. Но именно эта «гуманитарная кухня» — единственное, что спасает людей. Всё остальное — политический театр.

Как отличить реальные переговоры от имитации: пошаговый совет

Шаг 1. Посмотрите на состав. Больше 50% военных? Значит, цель — тактика, а не стратегия.
Шаг 2. Оцените длительность основной сессии. 40 минут при заявленных «сложных переговорах» — это формальность. Реальные обсуждения идут часами.
Шаг 3. Ищите рабочие группы. Если стороны соглашаются создать онлайн-группы (по политическим, гуманитарным и военным вопросам) — это признак готовности к системной работе. Но если под это не выделяют бюджет и сроки — остаётся прожектом.
Шаг 4. Сравните заявленные цели до и после. Если они не изменились — никакого прогресса нет.

Кстати, российская сторона предложила ввести короткие гуманитарные паузы (24-48 часов) на линии фронта для сбора раненых и погибших. Украинская делегация на это не согласилась. Почему? Официально — из-за «неконструктивной позиции Москвы». Неофициально — паузы ослабляют напряжение, а военная логика требует давления.

Почему встреча лидеров — не выход

Киев настаивает: встреча Путина и Зеленского «до конца августа» разблокирует процесс. Но давайте честно: какой смысл встречаться, если нечего подписывать? Позиции диаметрально противоположны. Без предварительных договорённостей такая встреча превратится в пресс-конференцию на два голоса. Никакого прорыва не будет — только новые заголовки. Это понимают обе стороны. Поэтому Мединский чётко сказал: «Сначала проработать условия соглашения, потом ставить точку встречей».

Финальный вердикт: третий раунд — чистая формальность. Он позволил американскому президенту (кстати, Трамп тогда активно пиарил своё «миротворчество») демонстрировать, что переговоры идут. Но по сути — ни одного шага к миру не сделано. Рабочие группы предлагают создать — хорошо. Гуманитарные обмены продолжаются — важно. Но меморандумы, переданные ещё в июне, так и не обсуждались. Встреча длилась 40 минут. Вывод: договариваться пока не о чем. Или, точнее, не хотят.