Китай остается главным экспортером для Украины

Почему Украина покупает больше, чем продает: честный разбор торгового баланса

За первое полугодие Украина продала товаров на 20 миллиардов долларов. А купила — на 38,3. Разница — 18,3 миллиарда. Это не просто цифры. Это дыра в экономике, которую с каждым месяцем становится всё труднее залатать. И если динамика не изменится, к 2028 году дефицит может достигнуть 33 миллиардов долларов. Такой прогноз заложен в Бюджетной декларации. И это при том, что война продолжается, а резервы тают.

Что мы продаем и кому — реальная картина

Давайте разберемся, чем Украина зарабатывает. 56% всего экспорта — это продовольствие: зерно, масло, курятина. 11,5% — металлы и изделия из них. Еще 9,5% — машины и оборудование. В сумме эти три категории дают 77% всей выручки. Остальное — капли в море.

Страны-покупатели: Польша — 2,4 млрд, Турция — 1,7 млрд, Италия — 1,2 млрд. То есть географически экспорт сильно завязан на Европу и Турцию. Китай в топ-3 не входит — он в другой лиге.

Что импортируем и откуда — зеркало проблем

Импорт — это зеркало, в котором видно всё: разрушенная промышленность, зависимость от энергоносителей и химии. Лидируют машины и оборудование — 39% (14,8 млрд). Это станки, компьютеры, автомобили. Затем химическая продукция — 16% (6,2 млрд). И топливно-энергетические ресурсы — 13% (4,9 млрд). Три позиции дают 68% всего импорта.

Кто нам продаёт? Китай — 8,2 млрд, Польша — 3,5 млрд, Германия — 3,2 млрд. Китай укрепился на позиции главного поставщика — он продаёт почти в два раза больше, чем вторая Польша. Личное наблюдение: за последние пару лет я заметил, что украинские предприниматели всё чаще покупают оборудование из Китая, а не из Европы. Цена ниже, но качество — лотерея. Это не стратегия, а вынужденная экономия.

Отрицательное сальдо за полгода — 18,3 млрд долларов. В июне оно выросло до -3,9 млрд против -2,9 млрд в предыдущие месяцы. Тенденция очевидна: мы всё глубже уходим в минус.

Сравнение экспорта и импорта — таблица для наглядности

Таблица показывает главную боль: мы продаём дешёвое сырьё и полуфабрикаты, а покупаем дорогие машины и химию. Разрыв в категории «машины» — почти 13 миллиардов. Это цена отсутствия собственного высокотехнологичного производства.

Как это работает — механизм дефицита

Председатель налогового комитета Даниил Гетманцев предлагает не списывать всё на войну, а искать реальные рычаги. Что конкретно? Пошаговый совет: чтобы переломить ситуацию, нужно одновременно:

• Повысить эффективность госпрограмм поддержки бизнеса — не раздавать деньги, а давать гранты под конкретные проекты импортозамещения.
• Сделать кредиты доступными для экспортёров — ставки ниже 10% годовых в гривне.
• Запустить страхование военных рисков для инвесторов — без этого никто не вложится в заводы на востоке.

Звучит логично. Но реализовать это в условиях войны — задача уровня «невозможно, но нужно». Пока же мы наблюдаем, как отрицательное сальдо растёт. И это не просто статистика — за каждым миллиардом стоят не купленные станки, упущенные контракты и отложенные стройки.

Моё мнение: без жёсткой промышленной политики не обойтись

Текущий курс — это стратегия «выживания»: продаём зерно, покупаем дроны и бензин. Но если в ближайшие два-три года не начать собирать внутри страны хотя бы часть тех машин, которые мы завозим из Китая, дефицит превратится в ловушку. Скажу прямо: правительство должно выбрать 3-4 отрасли и вложить в них по-настоящему большие деньги — не на поддержку текучки, а на создание новых заводов. Иначе к 2028 году минус 33 миллиарда станут реальностью, и тогда уже никакие кредиты не спасут.

«Вместо того, чтобы списывать на войну, нужно повышать эффективность поддержки экономики, делать кредиты доступными и страховать военные риски» — это не просто слова. Это единственный способ не скатиться в исторический антирекорд.