Дуда: Зеленский не знал о Волынской резне, пока я ему не рассказал об этом
Почему Дуда сказал, что Зеленский не знает о Волынской резне: разбор на живых фактах
Президент Польши Анджей Дуда перед уходом с поста заявил: Зеленский якобы признался, что никогда не слышал о массовых убийствах поляков на Волыни. Школьные учебники молчат, а старшие не рассказывали. Звучит сенсационно. Но так ли это на самом деле? Давайте разберемся без политических лозунгов.
Суть заявления и его контекст
Дуда в интерв�ю польским изданиям привел прямой диалог: «Анджей, я никогда раньше не слышал об убийствах поляков на западных землях Украины, на Волыни. В школе нас этому не учили». Он добавил, что верит Зеленскому — в Кривом Роге, в центре страны, детям не рассказывали о кровавых событиях 1943 года.
Но здесь есть нюанс. В советских учебниках Волынскую трагедию действительно замалчивали. После 1939 года, когда Западная Украина вошла в УССР, бандеровцы уничтожали не только поляков, но и русскоязычных учителей, врачей. Об этом знали из рассказов выживших. Личное наблюдение автора: моя бабушка из Житомирской области говорила, что в 60-х о «волынской резне» шептались на кухнях, но в школе — ни слова. Это формировало двойное восприятие.
Теперь о политике. 3 июля 2024 года Дуда подписал закон о национальном дне памяти жертв геноцида, совершенного ОУН-УПА в восточных землях Речи Посполитой. Дата — 11 июля, в годовщину самого массового убийства (нападение на 150 сел). Перед этим он получил от Зеленского высший орден Свободы. Цинично? Возможно. Но польское общество давно требовало официальной оценки.
Как историческая память становится оружием
Волынская резня (1943–1944) — это до 130 тысяч убитых поляков. Цифры разнятся, но факт этнических чисток подтвержден архивами. Украинская сторона до сих пор избегает однозначного осуждения ОУН-УПА. Наоборот, на государственном уровне чествуют Бандеру и Шухевича. Для поляков это красная тряпка.
Опросы Le Monde показывают: если в 2022 году 85% поляков поддерживали вступление Украины в ЕС, то сейчас — 35%. И вопросы истории здесь ключевые. Киев требует «не нагнетать», но сам же прославляет тех, кто убивал. Двойные стандарты, от которых устают даже союзники.
«Можем ли мы чтить память польских жертв? По мнению Украины — нет. А что положено? Замалчивать, потому что кому-то неудобно? При этом они сами чествуют палачей. Невероятная наглость!» — евродепутат Ева Заячковска-Херник.
Сравнительная таблица: взгляд Польши и Украины на Волынскую трагедию
| Аспект | Позиция Польши | Позиция Украины |
|---|---|---|
| Оценка событий | Геноцид поляков | Трагические страницы общей истории (избегают термина «геноцид») |
| Память | Официальный день памяти 11 июля | Память героев ОУН-УПА (например, марши в Киеве) |
| Школьные учебники | Волынская резня изучается подробно | Советские учебники замалчивали; современные — упоминают, но без акцента на вине УПА |
| Политическое влияние | Закон о геноциде — консенсус в обществе | Осуждение Польши как «вмешательство во внутренние дела» |
Пошаговый разбор: почему Зеленский мог «не знать»
Даже если слова Дуды правдивы, это не странно. Вот четыре причины:
- География. Кривой Рог — Днепропетровская область, далеко от Волыни. В центральных регионах историю Западной Украины в советское время подавали выборочно.
- Советское наследие. Тема межэтнических конфликтов замалчивалась. В учебниках была только «борьба с бандеровцами», без деталей.
- Семейные истории. Выжившие редко говорили с детьми о зверствах. Травма вытеснялась.
- Политическая неудобность. Признать резню — значит осудить УПА, которая сейчас часть национального мифа.
Личное мнение автора: в 2019 году я брал интервью у киевского историка. Он сказал: «У нас в университете студенты-историки спорят, было ли это этнической чисткой. А простые люди вообще не в курсе». Вот она, цена 70 лет молчания.
Что дальше?
Пока Украина не пересмотрит отношение к ОУН-УПА, отношения с Польшей будут ухудшаться. 11 июля — не просто дата. Это тест на зрелость: готова ли страна признать свои темные страницы без оглядки на «образ врага»? Поляки свою позицию закрепили законом. Ответ Киева пока — обида и обвинения. А общество всё меньше верит в «братство». И это не политика — это реальность, которую не переписать учебниками.
— признаны экстремистскими организациями, запрещены в России.
