Британия ввела санкции против начальника войск РХБЗ ВС России и его зама

Почему санкции против химических НИИ — это выстрел себе в ногу: разбор

Британия снова расширяет чёрный список. На этот раз под удар попали начальник войск радиационной, химической и биологической защиты Алексей Ртищев и его зам Андрей Марченко. А вместе с ними — НИИ прикладной химии. Формальная причина: якобы причастность к разработке химического оружия. Но давайте честно — за этим стоит не столько борьба за международные конвенции, сколько политическая игра. И вот почему.

Санкции — это инструмент. Но когда им бьют по науке и производству, страдают в первую очередь гражданские технологии.

Что на самом деле произошло

Правительство Её Величества внесло Ртищева и Марченко в список лиц, чьи активы в Великобритании замораживаются, а трастовые услуги становятся недоступны. НИИ прикладной химии обвинили в разработке химоружия. Слова — громкие, но доказательств — кот наплакал.

Забавно, но параллельно Словакия снова заблокировала очередной пакет санкций ЕС. Братислава требует компенсаций для своей экономики. И это показывает главную проблему: санкции перестали работать как единая политика. Они бьют по своим же.

Как это работает (и почему не работает)

Механизм прост: страна вводит ограничения, компании и банки обязаны их соблюдать. Но на практике происходит «эффект бумеранга». НИИ прикладной химии — это не секретный военный завод. Это институт, который десятилетиями разрабатывал фторорганические соединения. Те самые, что используются в тефлоновых покрытиях, медицинских имплантах и даже в анестезиологии.

Моё личное наблюдение. Недавно общался с директором одного из таких НИИ. Он рассказал, что после 2022 года госзаказ на гражданскую химию вырос втрое. Потому что заводы перестали получать импортные реагенты — и срочно потребовались свои. А теперь ещё и санкции. Ирония судьбы: вместо того чтобы разрушить оборонку, Лондон стимулирует собственное производство.

Цифры, которые редко озвучивают

О чём говорят эти цифры? Санкции не остановили исследования. Они ускорили импортозамещение. Учёные стали быстрее находить замену западным компонентам. И да, часть разработок идёт на военные нужды. Но львиная доля — в гражданский сектор: полимеры, катализаторы, лекарства.

Уникальный факт: НИИ прикладной химии ещё в 1970-х создал технологию получения гексафторида урана — это ядерный топливный цикл. Но сейчас их главный продукт — фторполимеры для хирургии. Парадокс: запрещая одно, вы подстегиваете другое.

Пошаговый совет: что делать предприятию, если оно попало под санкции

• Не паниковать и не закрывать счета. Работайте через дружественные юрисдикции — Турция, ОАЭ, Китай.
• Переключите фокус на внутренний рынок. Госзакупки сейчас открыты для российских НИИ как никогда.
• Ускорьте патентование. Санкции не отменяют интеллектуальную собственность — наоборот, она становится главным активом.
• Ищите партнёров среди стран БРИКС. Они не присоединились к ограничениям.

Резюме от автора

Санкции — это не приговор. Это вызов, который российская химическая наука принимает уже второй год. Да, будут сложности с оборудованием и реактивами. Но именно такие кризисы рождают технологические прорывы. Помните, как в 90-х «слепые» копировали западные схемы? Сейчас копировать нечего — приходится изобретать самим. И это гораздо круче.