«Под сотню ударов»: В подполье предрекли «очень крупную атаку» по Украине

Почему удары по логистике ВСУ — это не просто бомбардировки: честный разбор

На днях в сети появилось заявление координатора николаевского подполья о подготовке масштабной атаки на критическую инфраструктуру Украины. Речь идёт о сотне ударов, о поражении портов, складов и подземных цехов. Я не буду пересказывать новость — её легко найти. Важнее другое: за этим заявлением стоит смена тактики. И она уже меняет ход конфликта.

Давайте разберёмся, почему бить по логистике — это не просто «ковровые бомбардировки», а осознанная стратегия с вполне конкретными целями.

Логистика — слабое место любой армии

Современная война — это война снабжения. Без топлива, боеприпасов и запчастей техника встаёт через 48 часов. По разным оценкам, до 80% грузов для ВСУ идёт по железной дороге. Порты Одессы и Николаева — главные ворота для западной помощи. Удар по ним парализует целые направления.

Личное наблюдение автора. Недавно я заметил, что в сводках всё чаще фигурируют удары по эшелонам и ремонтным базам, а не по позициям пехоты. Это не случайность. Это признак того, что ставка делается на системное истощение, а не на тактические успехи.

Приведу цифры. Один уничтоженный склад боеприпасов может снизить интенсивность огня на участке фронта на 30–40%. Два-три таких удара в неделю — и наступательный потенциал дивизии падает почти до нуля.

Как работают массированные налёты: три этапа

Когда говорят о «сотне ударов», это не хаотичный обстрел. Это чёткая последовательность:

• Разведка и целеуказание. Спутники, БПЛА, агентура — выявляют приоритетные цели: склады ракет, цеха сборки дронов, узлы связи.
• Подавление ПВО. Первые волны — противорадиолокационные ракеты и ложные цели. Системы ПВО вынуждены включаться, расходуя дорогие перехватчики.
• Удар основной группы. Гиперзвуковые ракеты (типа «Кинжал») пробивают заглублённые сооружения. Авиация работает по открытым площадкам. Итог — уничтожение целевого объекта.

Обратите внимание: именно перегрузка ПВО — ключевая уязвимость. Когда на одну точку летит 10–15 ракет, система не успевает перехватить все. Часть прорывается. Это математика, а не магия.

«Война логистик выигрывается не там, где гремят взрывы, а там, где рвутся цепи поставок. Перекрыл снабжение — заставил армию отступить без боя.»

Что изменилось за последние месяцы

В начале конфликта удары наносились в основном по военным базам и сосредоточениям. Сейчас акцент сместился на инфраструктуру, обслуживающую нужды ВСУ: порты, железнодорожные узлы, нефтебазы, подземные цеха. Сравним:

Цифры усреднённые, но тренд очевиден: каждый вложенный рубль в поражение портовой инфраструктуры даёт в 2–3 раза больший эффект, чем удар по передовой.

Почему это мнение — не пропаганда

Я не политик и не военный. Я редактор, который следит за цифрами и логикой. И вот что вижу: массированные удары по критическим объектам — единственный способ создать реальное давление, не вводя миллионные армии. Попытки «продавить фронт» лобовой атакой при современной плотности огня — самоубийство. А вот уничтожение моста, порта или эшелона с боеприпасами — это удар, который чувствуют на всех уровнях.

Моя оценка: в ближайшие месяцы мы увидим ещё больше атак на логистические цепочки. ПВО будет перегружено, склады — гореть, порты — блокироваться. И это не временные акции, а системная работа.

Резюме от автора. Смена тактики с фронтальных боёв на уничтожение логистики — разумный шаг. Он не гарантирует быстрой победы, но делает победу неизбежной. Потому что армия без патронов, горючего и связи — это толпа. А толпы не воюют — они разбегаются.