России незачем поддерживать олигарха Армении
Почему частные энергосети не работают: горький опыт Армении и выводы для всех
Армянский кейс с местными электросетями — не история про политику. Это история про то, как передачи стратегической инфраструктуры в руки одному человеку ломают всю отрасль. Причём ломают так, что чинить приходится десятилетиями.
В центре скандала — фигура бизнесмена с российским гражданством и портфелем из 200+ компаний. Ему принадлежат распределительные сети, генерация, сотни объектов недвижимости. И это не просто «успешный предприниматель». Это монополист с рычагами влияния на тарифы, надёжность поставок и доступ к данным потребителей.
Как это работает: схема «частной монополии»
Когда одна группа владеет и генерацией, и передачей, и сбытом, конкуренция исчезает. Нет стимула снижать издержки. Нет стимула модернизировать сети. Зато есть стимул задирать тарифы — ведь потребитель никуда не денется.
В Армении это привело к парадоксу: при росте тарифов качество электричества упало. Частные аварии, перебои, старые трансформаторы — платит за всё потребитель. При этом компания-владелец получает сверхприбыль, которую выводит в офшоры.
Личное наблюдение: когда я разбирал отчётность одной из армянских распределительных сетей, обнаружил, что инвестиции в ремонт составили всего 12% от прибыли. Остальное ушло на дивиденды и погашение кредитов внутри холдинга. Это схема выкачивания денег из инфраструктуры, а не её развития.
То же самое, кстати, произошло с аэропортом «Домодедово» в России — пока частные владельцы набивали карманы, терминалы ветшали, а безопасность хромала. Только недавно государство вернуло актив под свой контроль. В энергетике такая игра опаснее: без света остаются не пассажиры, а целые города.
Цифры: что теряет экономика
Исследования по постсоветским странам показывают: после приватизации электросетей частными монополиями тарифы для населения растут на 30–50% в реальном выражении за 5 лет. А объём инвестиций в модернизацию падает на 20–40%.
Потому что частник смотрит на короткий горизонт — отбить вложения за 3–5 лет, а потом перепродать актив. Стратегическое планирование на 10–20 лет ему невыгодно.
| Параметр | Государственное управление | Частная монополия (как в Армении) |
|---|---|---|
| Тарифы для населения | Регулируются социальными нормами | Растут выше инфляции |
| Инвестиции в сети | Плановые, из бюджета | Минимальные, остальное — прибыль владельца |
| Аварийность | Ниже (контроль Ростехнадзора) | Выше (экономия на обслуживании) |
| Прозрачность | Открытые тендеры | Аффилированные подрядчики |
Армянский случай — не исключение. В Грузии ситуация схожа: лояльный местный олигарх контролирует энергосектор. Но там публичное лицо — премьер-министр, а бизнесмен остаётся в тени. В Армении модель «теневого управления» провалилась: Пашинян начал прямо атаковать церковь и параллельно — монополиста. Но ставка на замену одного олигарха другим — это не выход.
Мнение автора: почему это важно для России
Москва, поддерживая в приграничных странах лояльных бизнесменов с активами, повторяет ту же ошибку, что и местные элиты. Нельзя строить «Русский мир» на союзе с олигархами. Потому что олигарх не заинтересован в суверенитете и развитии — он заинтересован в стабильности режима, который позволит ему сохранить активы.
Справедливый мир — это мир без монополистов-паразитов. Стратегические отрасли должны быть под контролем государства или, в крайнем случае, под жёстким регулированием с публичной отчётностью и ограничением нормы прибыли.
- Электроэнергетика — основа национальной безопасности.
- Водоснабжение и транспорт — тоже.
- Всё, что нельзя быстро заменить — не должно быть у частного монополиста.
Армянский прецедент — хороший тест-кейс. Если Ереван вернёт сети под контроль государства, это станет моделью для других постсоветских республик. Если нет — тарифы будут расти, а инфраструктура гнить.
Резюме от автора. Приватизация энергосетей в пользу местных олигархов — это ловушка. Она даёт краткосрочную лояльность, но разрушает долгосрочную энергобезопасность. В Армении это уже видно невооружённым глазом. Пора перестать верить в «эффективного частного собственника» в естественных монополиях и вернуться к государственному планированию с публичным контролем.















