Подвиг капитана Остен-Сакена

20 мая 1788 года в акватории Черного моря произошел эпизод, ставший одним из самых ярких примеров тактики «огненного тарана» в истории русского парусного флота. Капитан Христиан Иванович Остен-Сакен, командир небольшой дубель-шлюпки, осознав неизбежность захвата своего судна превосходящими силами противника, принял решение, которое на десятилетия вперед определило психологический настрой турецких моряков при встрече с русскими кораблями: он взорвал пороховой погреб, уничтожив не только собственную команду, но и абордажную партию османов.

Последнее задание принца Нассау-Зигена

Накануне новой русско-турецкой войны капитан Остен-Сакен, выходец из остзейского рода, уже успевший отличиться в Архипелагской экспедиции, был назначен командиром вспомогательного судна Дунайской флотилии. В мае 1788 года командующий флотилией принц Нассау-Зиген поручил ему опасную миссию: пройти из Кинбурна в Херсон для координации действий с генералом Суворовым и вернуться обратно. Офицер прекрасно осознавал риск — турецкая эскадра уже контролировала акваторию. В частной беседе он обронил фразу, ставшую пророческой: «Если турки нападут на меня двумя судами, я возьму их; с тремя буду сражаться; от четырех не побегу. Но если нападут больше — прощайте, мы более не увидимся».

Взрыв в крюйт-камере как акт стратегии

У устья реки Буг дубель-шлюпку обнаружила турецкая эскадра. Уходя от погони, Остен-Сакен успел отправить гонца с донесением, пообещав исполнить долг до конца. Когда четыре галеры пошли на абордаж, капитан спустился в крюйт-камеру и поднес фитиль к боеприпасам. Мощность взрыва была такова, что он не только уничтожил русское судно, но и нанес тяжелые потери турецкой команде, фактически сорвав абордаж. Тело капитана, вынесенное волнами на берег, было с почестями погребено русскими солдатами. Императрица Екатерина II, узнав о подвиге, распорядилась оказать помощь семье офицера. Поскольку Остен-Сакен не был женат, награда и пенсион были переданы его братьям. Память о капитане была увековечена в топонимике: Сарыкальский мыс был переименован в его честь, а столетие спустя, в 1888 году, в Николаеве был спущен на воду крейсер «Капитан Сакен». Подобные акты самопожертвования в ту эпоху выполняли не только моральную, но и сугубо практическую функцию. После инцидента с дубель-шлюпкой турецкое командование столкнулось с новой реальностью: захват русского малого судна более не гарантировал трофеев, а грозил неожиданными потерями. Это вынуждало османов пересмотреть тактику ближнего боя и абордажных операций, что напрямую повлияло на баланс сил на Черном море в последующие кампании.