120 лет Цусимскому сражению

Это морское сражение стало последней решающей битвой Русско-японской войны и одной из самых трагичных страниц в русской военной летописи.

Общая ситуация

После Мукденского сражения на фронте в Маньчжурии было затишье («Крайне неуверенная победа»). Японцы истощили свои силы и ресурсы и больше не могли наступать. Русская армия по-прежнему накапливала силы, и не спешила начать контрнаступление. Ни одного крупного сражения после Мукдена не было. Русские войска стояли на Сыпингайских позициях.



7 марта 1905 г. главнокомандующим был назначен генерал Николай Линевич. Алексей Куропаткин просил оставить его на фронте и возглавил 1-ю армию.

Всю весну и лето 1905 г. русская усиливалась количественно и качественно. Уже в конце марта прибыл 4-й армейский корпус (16-я и 30-я дивизии) из Виленского округа, 3-я и 4-я стрелковые бригады, что восполнило потери Мукдена. Эти силы передали 3-й армии. В апреле прибыло 40 тыс. запасных и выздоровевших, в мае – ещё 40 тыс. добровольцев их всех полков русской армии. Все стрелковые бригады развернули в дивизии и сформировали 2-й стрелковый корпус. В конце мая прибыла 53-я дивизия из Одесского округа, в июне – 9-й армейский корпус (5-я и 42-я дивизии) из Киевского, в июле – 19-й корпус (17-я и 38-й дивизии) из Варшавского, в августе стал прибывать 13-й корпус (1-я и 36-я дивизии) Московского округа.

Летом превосходство русской армии стало подавляющим. У нас было 38 полнокровных дивизий против 20 японских. Против каждой японской дивизии был наш корпус. Качество русских соединений значительно выросло, так как прибывали первоклассные дивизии и пополнения.

Одновременно качество японских войск ухудшилось. Офицерский и унтер-офицерский кадровые корпуса были выбиты. Пополнения шли плохо обученные. Японцы стали сдаваться в плен, чего раньше не было.

Следующее решающее сражение дало бы России победу. А затем русская армия могла вернуть все ранее утраченные позиции, выбить японцев с материка. Если бы Линевич перешёл в наступление, он просто бы раздавил противника числом и качеством войск. Такая победа имела бы огромное военно-политическое, моральное значение для империи, где начиналась смута. Для всего мира, который бы увидел, что Россия не проиграла, и только раскачивалась.

К сожалению, Линевич, как и ранее Куропаткин, не начал наступление. Не понял исторического момента, занимался хозяйственными делами, и все только готовился к будущим сражениям.

Весна – лето 1905 г. прошли в небольших стычках. Так, 4 – 11 мая генерал Мищенко совершил набег в тыл 3-й японской армии Ноги. Около 4000 русских шашек при 4 орудиях и 8 пулеметах разгромили тыл 3-й японской армии. Было взято 250 пленных, перебили около 300. Наши общие потери – около 200 человек.

Японцы, не имея больше возможности наступать, вели себя в целом пассивно. В северо-восточной Корее сформировали 6-ю армию Хасегавы (2 дивизии), которая имела несколько стычек с Южно-Уссурийским отрядом генерала Андреева (около 4 дивизий) на границе Приморской области.

В конце июня японцы высадили 14 тыс. десант в Сахалине. Губернатор Сахалина генерал Ляпунов имел до 5 тыс. человек, включая ополченце и ссыльных. Японцы разбили сахалинское ополчение, в июле Ляпунов капитулировал.

При этом японское правительство, видя истощение армии и страны, через Францию и США пытается договориться о мире.

Правильное решение, принятое с опозданием, является ошибкой

Недооценка противника, шапкозакидательские настроения, чрезвычайная самоуверенность правительства, а также саботаж определённых сил (вроде С. Витте, который убедил всех, что Японии не сможет начать войну ранее 1905 года из-за нехватки денег), привели к тому Россия в начале войны не имела на Дальнем Востоке достаточных сухопутных и морских сил, а также необходимых кораблестроительных и ремонтных мощностей.

В самом начале войны стало очевидно, что Порт-Артурскую эскадру необходимо усилить. На необходимость усиления морских сил на дальнем Востоке неоднократно указывал адмирал Макаров, но при его жизни ничего сделано не было.

Гибель броненосца «Петропавловск», когда погиб практически весь экипаж флагмана вместе с командующим эскадры Макаровым, самым отрицательным образом сказалась на боеспособности Тихоокеанской эскадры.

Новый командующий флотом на Тихом океане Николай Скрыдлов поставил вопрос о направлении значительных подкреплений на Дальний Восток. В апреле 1904 года было принято принципиальное решение об отправке подкреплений на Дальний Восток.

2-ю Тихоокеанскую эскадру возглавил начальник Главного морского штаба Зиновий Петрович Рожественский. Младшими флагманами были назначены контр-адмирал Дмитрий фон Фелькерзам (он за несколько дней до Цусимского сражения умер) и Оскар Адольфович Энквист. Командование флотом было крайне слабым. В целом это были военные бюрократы, а не флотоводцы.


По первоначальному плану 2-я Тихоокеанская эскадра должна была усилить 1-ю Тихоокеанскую эскадру и создать на Дальнем Востоке решающее военно-морское превосходство над японским флотом. Это вело к деблокированию с моря Порт-Артура, нарушению морских коммуникаций японской армии. В перспективе это должно было привести к поражению японской армии на материке и снятию осады Порт-Артура. При таком соотношении сил (броненосцы и крейсера 2-й Тихоокеанской эскадры плюс эскадренные броненосцы 1-й Тихоокеанской эскадры) японский флот был обречен на поражение в открытом сражении.

Формирования эскадры шло медленно, но события в Желтом море 10 августа 1904 г., когда 1-я Тихоокеанская эскадра под началом Витгефта (погиб в этом сражении) не смогла использовать имеющиеся возможности по нанесению серьёзного урона японскому флоту и прорыву части сил во Владивосток, заставили ускорить начало похода. Хотя после сражения в Желтом море, когда 1-я Тихоокеанская эскадра практически перестала существовать как организованная боевая сила (особенно это касалось боевого духа), отказалась от прорыва во Владивосток и стала передавать людей, орудия и снаряды на сухопутный фронт, поход эскадры Рожественского уже утратил первоначальный смысл. Сама по себе 2-я Тихоокеанская эскадра была недостаточно сильной для самостоятельных действий. Более здравым решением было бы организовать крейсерскую войну против Японии (Как погибла 1-я Тихоокеанская эскадра).

23 августа в Петергофе под председательством императора Николая II прошло совещание представителей морского командования и некоторых министров. Некоторые участники предостерегали от поспешного отправления эскадры, указывая на плохую подготовку и слабость флота, на трудность и длительность морского похода, на возможность падения Порт-Артура до прибытия 2-й Тихоокеанской эскадры. Предлагалось повременить с отправкой эскадры (по сути, её нужно было отправить ещё до начала войны). Однако под давлением морского командования, включая адмирала Рожественского, вопрос об отправке был решен положительно.

Достройка и ремонт кораблей, проблемы снабжения и т. д. задержали выход флота. Только 11 сентября эскадра перешла в Ревель, простояла там около месяца и перешла в Либаву для пополнения запасов угля и приёмки материалов и грузов.

Поход

15 октября 1904 г. 2-я эскадра вышла из Либавы в составе 7 броненосцев, 1 броненосного крейсера, 7 легких крейсеров, 2 вспомогательных крейсеров, 8 миноносцев и отряда транспортов. Вместе с присоединившимся впоследствии к силам Рожественского отрядом контр-адмирала Николая Небогатова состав 2-й Тихоокеанской эскадры достиг 47 морских единиц (из них 38 боевых).

Основную боевую силу эскадры составляли четыре новых эскадренных броненосца типа «Бородино»: «Князь Суворов», «Александр III», «Бородино» и «Орел». Более или менее их мог поддержать быстроходный броненосец «Ослябя», но он имел слабое бронирование. Умелое применение этих броненосцев могло привести к поражению японцев, но этот шанс не был использован русским командованием.

Крейсерскую составляющую эскадры планировали усилить покупкой за границей 7 крейсеров, чтобы серьёзно усиливало мощь эскадры Рожественского, но это сделать не удалось. Противники России сорвали эту покупку.


В целом эскадра была очень разнообразно по ударной мощи, бронированию, скоростным, маневренным качествам, что серьёзно ухудшило её боевые возможности и стало предпосылкой поражения. Схожая негативная картина наблюдалась в личном составе, как командном, так и рядовом. Личный состав набирали наспех, он имел слабую боевую подготовку. В результате эскадра не была единым боевым организмом и из-за плохого руководства не смогла им стать в ходе длительного похода.

Сам поход сопровождался большими проблемами. Необходимо было пройти около 18 тыс. миль, не в пути собственной ремонтной базы и пунктов снабжения. Поэтому вопросы ремонта, снабжения кораблей топливом, водой, продовольствием, лечения экипажа и т. д. приходилось решать самим. Чтобы избегнуть возможного нападения японских миноносцев в пути, адмирал Рожественский маршрут эскадры сохранил в секрете, решив заходить во французские порты без предварительного согласования, положившись на военный союз России и Франции. Снабжение углем передали германской торговой фирме. Она должна была поставить уголь в местах, указанных русским морским командованием. Снабжение провиантом взяли на себе некоторые иностранные и русские компании. Для ремонта в пути взяли с собой специальный пароход-мастерскую. Это судно и ряд других транспортов с грузами различного назначения составляли плавучую базу эскадры.

Дополнительный запас боеприпасов, необходимых для учебных стрельб, погрузили на транспорт «Иртыш», но незадолго до начала похода на нём произошла авария, и транспорт задержался для ремонта. Боеприпасы сняли и отправили по железной дороге во Владивосток. «Иртыш», после ремонта, догнал эскадру, но уже без снарядов, доставив только уголь. В результате и так плохо подготовленные экипажи лишились возможности попрактиковаться в стрельбе в пути.

Поход русской эскадры сопровождался слухами о засадах японских миноносцев. В результате произошёл Гулльский инцидент. Из-за ошибок командования в построении эскадры, когда эскадра в ночь на 22 октября проходила Доггер-банку, то броненосцы сначала атаковали английские рыболовные суда, а затем обстреляли свои крейсера «Дмитрий Донской» и «Аврора». Крейсер «Аврора» получил несколько повреждений, два человека было ранено.

26 октября эскадра пришла в испанский Виго, где остановилась для расследования происшествия. Это привело к дипломатическому конфликту с Англией. Ходили даже слухи, что британский флот атакует русскую эскадру. Россия была вынуждена уплатить крупный штраф. Позднее весь поход русское командование опасалось атаки японских миноносцев и крейсеров.

1 ноября русские корабли покинули Виго и 3 ноября прибыли в Танжер. Погрузив топливо, воду и продовольствие, флот, согласно ранее разработанному плану, разделился. Основная часть 2-й Тихоокеанской эскадры, включая новые броненосцы, пошла в обход Африки с юга. Два старых броненосца, легкие корабли и транспорты под началом адмирала Фёлькерзама, которые по своей осадке могли пройти Суэцкий канал, двинулись через Средиземное и Красное моря.


Главные силы 28-29 декабря подошли к Мадагаскару. 6-7 января 1905 г. к ним присоединился отряд Фёлькерзама. Оба отряда соединились в бухте Носи-бе на западном побережье острова, где французы разрешили стоянку. Поход главных сил в обход Африки был крайне сложным. До Канарских островов за нашими кораблями следовали британские корабли. Обстановка была напряженная, и эскадра готовилась отразить нападение.

По пути не было ни одной хорошей стоянки. Грузить уголь приходилось прямо в море. Командующий эскадрой, чтобы сократить число остановок, решил делать длинные переходы. Поэтому корабли принимали большое количество дополнительного угля. К примеру, новые броненосцы вместо 1 тыс. тонн угля принимали 2 тыс. тонн, что при их малой остойчивости было проблемой. Для того чтобы принять такое большое количество топлива, уголь размещали в помещения, которые для этого не были предназначены — батареях, жилых палубах, кубриках и т. д.

Это сильно осложнило жизнь экипажа, и так страдавшего от тропической жары. Сама погрузка при океанском волнении и сильной жаре была сложным делом, отнимала у экипажей уйму времени (в среднем броненосцы принимали по 40-60 тонн угля в час). Люди, изнуренные тяжелой и грязной работой, не могли нормально отдохнуть. К тому же все помещения были завалены углем, и заниматься боевой подготовкой было нельзя.

Смена задачи

На Мадагаскаре русская эскадра стояла до 16 марта. Это было связано с падением Порт-Артура («Русская армия расплачивалась своей благородной кровью за неудачную политику своей страны»), что разрушило первоначальные задачи эскадры. Первоначальный замысел по объединению двух эскадр в Порт-Артуре и перехвату стратегической инициативы у противника был полностью разрушен. Задержка также была связана с осложнениями в деле снабжения топливом и проблемами ремонта кораблей на рейде.

Здравый смысл требовал отзыва эскадры назад. Известие о падении Порт-Артура внушило даже Рожественскому сомнение о целесообразности похода. Правда, Рожественский ограничился только рапортом об отставке и намёками о необходимости возвращения кораблей. Уже после завершения войны адмирал писал: «Будь у меня хоть искра гражданского мужества, я должен был бы кричать на весь мир: берегите эти последние ресурсы флота! Не отсылайте их на истребление! Но у меня не оказалось нужной искры».

Негативные известия с фронта, где после падение Порт-Артура, произошло неудачное сражение под Мукденом, заставило правительство совершить роковую ошибку. Эскадра должна была прибыть во Владивосток, а это была крайне сложная задача. При этом только Рожественский считал, что удачей будет прорыв эскадры во Владивосток, хотя бы ценой потери части кораблей. В правительстве по-прежнему самоуверенно считали, что прибытие русского флота на театр военных действий изменит всю стратегическую обстановку.


Ещё в октябре 1904 г. известный военно-морской теоретик капитан 2 ранга Николай Кладо, под псевдонимом Прибой, в газете «Новое время» опубликовал ряд статей, посвященных анализу 2-й Тихоокеанской эскадры. В них капитан дал подробный анализ ТТХ наших и вражеских кораблей, сравнения подготовки морского командования и экипажей. Вывод был безнадежный: у русской эскадры не было шансов в столкновении с японским флотом.

Автор подверг резкой критике военно-морское командование и лично генерал-адмирала, великого князя Алексея Александровича, который был Главным начальником флота и Морского ведомства. Кладо предлагал мобилизовать все силы Балтийского и Черноморского флотов. Так, на Чёрном море было четыре броненосца типа «Екатерина», броненосцы «Двенадцать Апостолов» и «Ростислав», относительно новый додредноут «Три Святителя», почти был завершён «Князь Потёмкин-Таврический». Только после такой мобилизации всех имеющихся сил можно было отправлять усиленный флот в Тихий океан. За эти статьи Кладо был лишён всех званий и уволен со службы, но дальнейшие события подтвердили правоту его главной мысли — 2-я Тихоокеанская эскадра не могла успешно противостоять противнику.

11 декабря 1904 г. под председательством генерал-адмирала Алексея Александровича прошло военно-морское совещание. После некоторых сомнений, было решено направить усиление эскадре Рожественского из состава оставшихся кораблей Балтфлота. Рожественский поначалу принял идею отрицательно, считая, что «гниль в Балтийском море» не усилит, а ослабит эскадру. Он считал, что лучше усилить 2-ю Тихоокеанскую эскадру черноморскими броненосцами. Однако в черноморских кораблях Рожественскому отказали, так как необходимо было торговаться с Турцией, чтобы броненосцы пропустили через проливы.

Рожественскому приказали ждать подкреплений на Мадагаскаре. Первым прибыл отряд капитана 1-го ранга Леонида Добротворского (два новых крейсера «Олег» и «Изумруд», два миноносца), который входил в состав эскадры Рожественского, но отстал из-за ремонта кораблей. В декабре 1904 г. начали снаряжать отряд под командованием Николая Небогатова (3-я Тихоокеанская эскадра). В боевом составе отряда были броненосец «Николай I» с недальнобойной артиллерией, три броненосца береговой обороны — «Генерал-адмирал Апраксин», «Адмирал Сенявин» и «Адмирал Ушаков» (корабли имели хорошую артиллерию, но плохие мореходные качества) и старый броненосный крейсер «Владимир Мономах». Орудия этих броненосцев были сильно изношены в ходе обучения личного состава.

В целом составе 3-й Тихоокеанской эскадры не было ни одного современного корабля, и её боевая ценность была невелика. Корабли Небогатова вышли из Либавы 3 февраля 1905 года, 19 февраля — прошли Гибралтар, 12-13 марта — Суэц. Готовился ещё один «догоняющий отряд» (второй эшелон эскадры Небогатова), но по разным причинам он не был отправлен на Тихий океан.

Рожественский не хотел ждать прихода отряда Небогатова, смотря на старые корабли как на лишнюю обузу. Надеясь, что японцы не успеют быстро исправить ранее полученные повреждения и привести флот в полную готовность, русский адмирал хотел прорваться во Владивосток, и решил не ждать Небогатова. Опираясь на базу во Владивостоке, Рожественский надеялся побороться за господство на море.

Проблемы с поставками топлива задержали эскадру на два месяца. Всё это время происходило дальнейшее падение боеспособности эскадры. Стреляли мало и только по неподвижным щитам. Результаты были плохими, что ухудшило моральное состояние экипажей. Совместное маневрирование также показало, что эскадра не готова к выполнению поставленной задачи. Вынужденное бездействие, нервность командования, непривычный климат и жара, отсутствие боеприпасов для стрельб, всё это отрицательным образом сказывалось на моральном состоянии экипажа и снижало боеспособность русского флота.

Упала дисциплина, которая и так была низкой (на кораблях был значительный процент «штрафников», которых с удовольствием «сослали» в дальний поход), участились случаи неповиновения и оскорбления начсостава, да и грубого нарушения порядка со стороны самих офицеров. Местные жители хорошо обогатились на русских офицерах и матросах, которые пили и гуляли как в последний раз.

Только 16 марта эскадра снова начала движение. Адмирал Рожественский выбрал кратчайший путь — через Индийский океан и Малаккский пролив. Приём угля проводился в открытом море. 8 апреля эскадра прошла у Сингапура и 14 апреля остановилась в бухте Камран. Здесь корабли должны были провести текущий ремонт, принять уголь и другие запасы. По требованию французов эскадра перешла в бухту Ванфонг. 8 мая сюда прибыл отряд Небогатова. Ситуация была напряженная. Французы требовали скорейшего ухода русских кораблей. Существовало опасение, что японцы атакуют русскую эскадру.

Что дальше?

14 мая эскадра Рожественского продолжила поход. Для прорыва во Владивосток Рожественский избрал кратчайший путь — через Корейский пролив. С одной стороны, это был кратчайший и удобный путь, наиболее широкий и глубокий из всех проливов, связывающих Тихий океан с Владивостоком. С другой стороны, путь русский кораблей пролегал возле основных баз японского флота, что делало встречу с противником почти неизбежной.

Рожественский это понимал, но думал, что даже ценой потери нескольких кораблей, прорваться смогут. При этом, отдавая стратегическую инициативу противнику, Рожественский не принял детального плана боя и ограничился общей установкой на прорыв. Частично это было связано с плохой выучкой экипажа эскадры, во время дальнего похода 2-я Тихоокеанская эскадра смогла научиться только совместному плаванию в кильватерной колонне, а маневрировать и выполнять сложные перестроения не могла.

Хотя имелся более безопасный путь, который мог позволить большей части эскадры избежать боя и уйти во Владивосток. Обойти Японские острова с восточной стороны.

В итоге 2-я Тихоокеанская эскадра получила установку на прорыв на север, во Владивосток. Корабли должны были отбиваться от врага с целью прорыва на север, а не бить его. Броненосцы всех отрядов (1-й, 2-й и 3-й броненосные отряды Рожественского, Фёлькерзама и Небогатова) должны были действовать против японских броненосцев, маневрируя к северу. Часть крейсеров и миноносцев получили задачу прикрывать броненосцы от атак японских миноносных сил и перевозить командование на исправные корабли в случае гибели флагманов. Остальные крейсеры и миноносцы должны были защищать вспомогательные суда и транспорты, снимать экипажи с гибнущих броненосцев.

Рожественский также определил порядок командования. В случае гибели флагмана эскадренного броненосца «Князя Суворова», в командование ступал капитан 1-го ранга Н. М. Бухвостов, командир «Александра III», в случае выхода из строя этого корабля — капитан 1-го ранга П. И. Серебрянников на броненосце «Бородино» и т. д.

23 мая эскадра Рожественского произвела последнюю погрузку угля. Запасы снова взяли сверх нормы, в результате броненосцы сильно оказались перегруженными, глубоко погрузившись в море. 25 мая все лишние транспорты были направлены в Шанхай. Эскадра была приведена в полную боевую готовность. Рожественский разведку не организовал, чтобы не обнаружить эскадру.

Японские силы

Японцы и так догадались, каким путём пойдут русские корабли. Японский адмирал Того ждал русские корабли уже с января 1905 года. Японское командование предполагало, что русские попытаются прорваться во Владивосток или захватить какую-нибудь гавань в районе Формозы (современный Тайвань) и оттуда вести операции против Японской империи. На совещании в Токио было принято решение исходить от обороны, сконцентрировать силы в Корейском проливе и действовать по ситуации.

В ожидании русского флота японцы провели капитальный ремонт кораблей, заменили все неисправные орудия новыми. Предыдущие бои сделали японский флот единой боевой единицей. Поэтому к моменту появления русской эскадры японский флот был в наилучшем состоянии, единым, с большим боевым опытом соединением, которые было воодушевлено прежними успехами.

Основные силы японского флота были разделены на 3 эскадры (в каждой несколько отрядов). 1-й эскадрой командовал адмирал Того, который держал флаг на броненосце «Микасо». В 1-м боевом отряде (броненосное ядро флота) было 4 эскадренных броненосца 1-го класса, 2 броненосных крейсера 1-го класса и минный крейсер. В 1-ю эскадру также входили: 3-й боевой отряд (4 бронепалубных крейсера 2-го и 3-го классов), 1-й отряд эсминцев (5 эсминцев), 2-й отряд эсминцев (4 единицы), 3-й отряд эсминцев (4 корабля), 14-й отряд миноносцев (4 миноносца).

2-я эскадра была под флагом вице-адмирала Х. Камимуры. В её состав входили: 2-й боевой отряд (6 броненосных крейсеров 1-го класса и авизо), 4-й боевой отряд (4 бронепалубных крейсера), 4-я и 5-й отряды эсминцев (по 4 корабля), 9-й и 19-й отряды миноносец.

3-я эскадра под флагом вице-адмирала С. Катаока. В состав 3-й эскадры входили: 5-й боевой отряд (устаревший броненосец, 3 крейсера 2-го класса, авизо), 6-й боевой отряд (4 бронепалубных крейсера 3-го класса), 7-й боевой отряд (устаревший броненосец, крейсер 3-го класса, 4 канонерки), 1-й, 5-й, 10-й, 11-й, 15-й, 17-й, 18-й и 20-й отряды миноносцев (по 4 единицы), 16-й отряд миноносцев (2 миноносца), отряд судов особого назначения (в него входили вспомогательные крейсера).

Соотношение сил было в пользу японцев. Японцы имели большое преимущество по таким важным показателям как число выстрелов в минуту, весу в кг металла и взрывчатки. Русская эскадра уступала по площади брони: 40% против 60% и в скорости хода: 12-14 узлов против 12-18 узлов.

Русская эскадра уступала по скорострельности в 2-3 раза; по количеству выбрасываемого в минуту металла японские корабли превосходили русские в 2 1/2 раза; запаса взрывчатки в японских снарядах было больше в 5-6 раз, чем в русских. Русские толстостенные бронебойные снаряды с крайне низким разрывным зарядом пробивали японскую броню и не взрывались. Японские же снаряды производили сильные разрушения и пожары, буквально уничтожая все неметаллические части корабля (на русских кораблях был избыток дерева).

Также японский флот имел заметное преимущество в лёгких крейсерских силах. В прямом крейсерском бою русским кораблям грозило полное поражение. Они уступали в числе кораблей и орудий, а также были связаны охраной транспортов. Огромное превосходство японцы имели в миноносных силах: 9 русских 350-тонных миноносцев против 21 эсминца и 44 миноносца японского флота.

Японцы имели хорошо организованную разведку. После появления русских кораблей в Малаккском проливе японское командование получало точные сведения о движении 2-й Тихоокеанской эскадры.

В середине мая крейсера Владивостокского отряда выходили в море, что указало Того, что русская эскадра приближается. Японский флот приготовился к встрече противника. 1-я и 2-я эскадры (броненосное ядро флота из 4 эскадренных броненосцев 1-го класса и 8 броненосных крейсеров 1-го класса, почти равных по мощи броненосцам) расположились на западном берегу Корейского пролива, в Мозампо; 3-я эскадра — у острова Цусима. Вспомогательные крейсера из торговых пароходов составили сторожевую цепь протяжением в 100 миль, раскинутую в 120 милях к югу от главных сил. За сторожевой цепью располагались легкие крейсеры и дозорные корабли главных сил. Все силы были связаны радиотелеграфом и охраняли вход в Корейский залив.


Продолжение следует…