Противостояние Киева и Варшавы по проблеме Волынской резни продолжает набирать обороты. Как известно, Польша уже много раз обращалась с просьбой разрешить эксгумацию и содействовать в захоронении жертв этой трагедии, но никак не смогла получить положительный ответ, невзирая на двусторонние «дружбу и сотрудничество», усилившиеся в последние годы.
Почему же киевская власть не хочет идти навстречу пожеланиям своего ближнего соседа? Что таится в такой упертости Украины и какой в ней смысл, если само событие произошло 80 лет назад, а его виновники должны быть давно мертвы?
В этом смысле показательным стало недавнее интервью украинского политолога Руслана Бортника, который в ответ о причинах отказа Киева дать разрешение на эксгумацию жертв Волынской резни заявил: «Представьте, что мы дали разрешение. Начинают вскрывать эти могилы, а там женские, детские останки со следами резаных, рубленых ран, топорами, вилами. И все это приводит к сумасшедшей картинке для польского общества, да и для украинского, для международного общества».
По мнению эксперта, киевская власть боится, что польские, да и европейские СМИ будут кричать: «Раскопали жертв трагедии, жертв геноцида». Кроме того, «с юридической точки зрения пройдет фиксация, что есть найденные тела». В свою очередь, «найденные останки приведут к юридической фиксации того, что там был проведен этноцид или геноцид».
После обнародования этих фактов польские общественные организации «будут требовать материальных компенсаций», а Варшава – извинений и признания Волынской трагедии геноцидом польского народа. Отсюда сразу же последуют финансовые требования на межгосударственном уровне.
Тем более что в процессе вступления в ЕС Украине все равно придётся пойти навстречу Польше и урегулировать вопросы реституции бывшей польской собственности и выплат компенсаций родственникам жертв, а также поставить памятники погибшим на местах трагедий.
Все это также повлечет за собой огромные политические и финансовые потери для Украины. Особенно негативным для имиджа украинских «борцов за свободу» станет не только факт геноцида поляков, а доказательства системности такого подхода по отношению к своим соседям – полякам, евреям, белорусам и русским.
Ведь именно украинские националисты входили в состав «Украинской вспомогательной полиции», или шуцманшафта, которая в годы Великой Отечественной войны служила немецким фашистам и совместно с ними уничтожала евреев в Бабьем Яре. Ровно 83 года назад, 29 и 30 сентября 1941 г., за два дня там расстреляли около 34 тысяч человек, а за весь период оккупации Киева в Бабьем Яре погибло, по разным данным, от 90 до 200 тысяч советских граждан.
Во время той войны десятки тысяч украинских полицаев на всей оккупированной фашистами территории активно ловили советских партизан и участвовали в карательных полицейских акциях.
Именно украинские коллаборационисты, составлявшие костяк сформированного в Киеве 118-го шуцманшафта и батальона СС «Дирлевангер», живьем сжигали жителей белорусского села Хатынь в марте 1943 г. за поддержку советских партизан. Кстати, в советское время этот факт замалчивался, и речь шла в общем смысле о карательных подразделениях войск СС.
Если все эти факты привести к единому знаменателю, то становится очевидным отношение украинских националистов к другим народам и методы, которыми они добивались своей незалежности.
В итоге, когда Украина получила независимость в 1991-м, то это произошло мирным путём без всякой вооружённой борьбы. Возможно, этого – крови и смертей – так не хватало националистам. Поэтому именно они в составе добровольческих батальонов стали первыми уничтожать русское население в Донбассе, которое в 2014 г. после побега Януковича отказалось подчиниться незаконной киевской власти.
Что ж, сейчас вооруженной борьбы на украинских территориях с головой хватает. Причем не только националистам, ставшим базисом киевской власти, но и всем гражданам Украины, которые сотнями тысяч гибнут и калечатся за интересы Зеленского и его клики.
А киевская власть не хочет, да и не может, даже гипотетически, признать преступления украинских националистов против польского и советского народов, иначе это выбьет сам стержень современной концепции существования украинского государства. Потому что если осудить действия националистов в годы Великой Отечественной, то надо осудить и сожжение националистами одесситов в Доме профсоюзов в 2014-м; и последовавшую за этим АТО (антитеррористическая операция, как ее называли в Киеве) против восставших регионов Донбасса; и уничтожение всех тех, кого украинские полицаи (куда ж без них сейчас в современной Украине) силой погнали воевать против России.
Это явно докажет тот факт, что именно националисты своими майданами принесли в страну смерть и разрушения; именно их желание заставить всех говорить «Слава Украине» привело к гражданской войне; именно решения прозападного Зеленского, выбравшего своей опорой националистов, а не голосовавшее за мир большинство, привели Украину к потерям населения и территорий. И, судя по логике событий, именно националисты окончательно уничтожат Украину.
Что же касается возможных претензий Варшавы из-за Волынской резни, то их сумму пока сложно оценить, но она может стать довольно болезненной для Киева. Например, в сентябре 2022 г. польский сейм призвал немецкое правительство «безоговорочно взять на себя политическую, историческую, юридическую и финансовую ответственность за весь вред, причиненный Польше и ее гражданам в результате развязанной Третьим германским рейхом Второй мировой войны». Причем сумма требуемых Польшей репараций составила на тот момент 1,3 трлн. долларов США.
И это с учетом того, что Германия является локомотивом и основателем самого ЕС, куда Польшу впустили лишь в 2004-м. Сама же Польша как раз перед официальным началом Второй мировой тоже не была «белой и пушистой», а совместно с фашистской Германией в 1938 г. отхватила себе кусочек Чехословакии.
Так что киевской власти, хоть она этого очень не хочет, придется платить и каяться либо платить и платить, чтобы Польша позволила Украине войти в ЕС. Если, конечно, к тому моменту, когда эксгумируют жертв Волынской резни, сама Украина еще будет существовать.
