Казахстан впервые официально заявил о том, что не может «слепо» следовать американским санкционным требованиям. Об этом рассказал в интервью зарубежному изданию вице-премьер Серик Жумангарин, указав, что попытки соблюдать санкции наносят вред в основном казахстанской, а не российской экономике.
Раньше казахстанские власти никогда не спорили с американскими санкциями и даже обещали их соблюдать. Сейчас правительство республики впервые публично возразило против попыток Вашингтона диктовать ему правила международной торговли.
Одновременно было объявлено о том, что США намерены участвовать в создании республиканской таможенной системы «Кеден» и передадут для этого сервера американского производства. «Кеден», по словам посла Розенблюма, позволит сделать таможню республики «прозрачной». Но многие в республике полагают, что это просто средство установить контроль над внешней торговлей Казахстана.
Вторичный импорт через Казахстан
С момента начала спецоперации на Украине в Астане пытались всячески избежать прямого конфликта с коллективным Западом. Казахские представители несколько раз публично обещали «соблюдать санкции». Первое заявление подобного рода сделал еще в апреле 2022 года замглавы казахской администрации президента Тимур Сулейменов.
Эту же позицию официально подтвердил президент республики Касым-Жомарт Токаев: «Санкции есть санкции, мы не должны их нарушать, тем более мы получаем уведомления в отношении того, что в случае нарушения санкций последуют так называемые вторичные санкции со стороны Запада в отношении нашей экономики». Заявление прозвучало печально и даже унизительно для главы суверенного государства.
Но уже через несколько дней после этого Минфин США объявил о возможном нарушении санкций против России при участии Казахстана и других государств Центральной Азии. К 2024 году обвинения со стороны США и Евросоюза звучат всё более уверенно, равно как и регулярные угрозы «вторичных санкций» против Астаны. То есть в Вашингтоне и Брюсселе позицией Казахстана явно не довольны.
Западные аналитики обращали внимание на резкий рост экспорта из Казахстана в Россию после начала СВО. Его денежное выражение выросло с 5,6 млрд. долларов в 2019 году (перед пандемией) до 8,8 млрд в 2022-м и 9,7 млрд в 2023-м.
С апреля 2022 года резко вырос реэкспорт бытовой техники брендов стран Запада и связанных с ним государств Восточной Азии, например, смартфоны, smart-карты и карты памяти.
Организации-иноагенты, отслеживавшие соблюдение санкционного режима в интересах США, докладывали, что в 2022-2023 гг. Россия через Казахстан начала массово закупать из Европы бытовую технику – компьютеры, телефоны, стиральные машины и холодильники. Экспорт ноутбуков из Казахстана вырос на 57 тысяч процентов, а телефонов и смартфонов – на 7,5 тысячи процентов.
Помимо бытовых товаров отмечался и резкий рост реэкспорта продукции военного и двойного назначения. Затянувшаяся военная кампания 2022 года и частичная мобилизации потребовали значительно роста закупок в интересах армии, в том числе импортной продукции.
Западные НПО сообщили, что в 2022 году практически с нулевых отметок вырос параллельный импорт через Казахстан пороха, телескопических прицелов, гражданских дронов, наконец, средств связи и радиолокации. Украина обвиняла Астану, что именно через казахскую территорию российская группировка получала терминалы Starlink, важные для управления войсками.
Отдельно можно отметить реэкспорт через Казахстан микроэлектроники, которая использовалась при производстве высокоточного оружия, включая ракеты. За 2022 год реэкспорт микросхем через республику вырос в 73 раза, причём казахстанская печать открыто писала о том, что они используются при производстве ракет «Калибр». Про этот факт, как пример союзнической помощи Казахстана России, очень любят напоминать казахские дипломаты в Москве.
Наконец, западные структуры обвиняли Казахстан в том, что в некоторых случаях он поддерживал Россию прямыми поставками военной техники. В частности, они указывали, что после визита в Москву Имангали Тасмагамбетова в конце февраля 2023 года, где обсуждалось военно-техническое сотрудничество, из Казахстана в Россию буксировали военную технику. Западные наблюдатели говорили минимум о двух партиях, следовавших в Россию в начале апреля. Впрочем, официальные власти объясняли, что это было связано с проведением ремонта и очередных совместных учений.
Реэкспорт и санкции
С первых дней СВО США использовали возможности своих структур, НПО и СМИ, для отслеживания путей обхода антироссийских санкций через страны СНГ.
По данным иноагентов, в 2022 году российские компании, включая и ритейлеров, и производственные предприятия, стали создавать дочерние фирмы в Казахстане, закупать через них интересующую продукцию и перепродавать собственным головным организациям в РФ.
По казахстанской статистике, с марта по август 2022-го в республике было зарегистрировано почти 4 тысячи новых фирм с российским участием. Но за 2 года США удалось выявить всего четыре дочерних компании, совершающие реэкспорт, и ввести вторичные санкции.
Власти Казахстана официально не признавали участия в организации параллельного импорта. Хотя, например, параллельный импорт потребтоваров в интересах некоторых российских торговых сетей в мае 2022-го открыто координировала торговая палата «Атамекен», контролируемая правительством Казахстана.
Местные суды в вопросах, связанных с международной торговлей, зачастую занимали «антисанкционную» позицию. Например, выносили приговоры о наказании филиалов западных банков за отказ от расчетов с российскими банками, попавшими под санкции США.
Вашингтон систематически давил на Астану, требуя блокировать потоки санкционной продукции, тем более что Казахстан реэкспортировал не только «свои» товары, но и параллельный импорт, следующий из других республик. Из одного только Кыргызстана в Россию было импортировано товаров на сумму более 1,8 млрд. долл., в значительной части именно параллельного импорта военных и гражданских товаров.
В марте 2023 года Казахстан под американским давлением ввёл систему «электронных накладных», чтобы контролировать характер и перемещение грузов. Однако фактически она не работала, и уже через месяц Минфин США заявлял об успехах РФ в обходе санкций и грозил Казахстану. «Растёт риск [вторичных санкций] как в отношении Республики Казахстан, так и в отношении казахстанских компаний и казахстанских банков. Нам нужно самым серьезным образом относиться к тому факту, что Россия очень усердно пытается уклониться и от санкций, и от мер экспортного контроля, и они достаточно преуспели в этих усилиях», – заявила помощник министра финансов Соединенных Штатов Элизабет Розенберг в ходе визита в Казахстан.
В октябре Казахстан пошел еще на одну уступку США и ввёл новые ограничения на поставку российских товаров. Однако в 2024-м Евросоюз снова заявил о росте поставок санкционных товаров через Казахстан в Россию.
Фактически ситуация «ходила по кругу» с самого начала СВО без каких-либо существенных изменений.
Чего боится Казахстан?
Текущие планы создания системы таможенного контроля «Кеден» под более плотным наблюдением специалистов из США – уже, как минимум, третья попытка вынудить Астану реально, а не на словах прекратить параллельный импорт в Россию.
Кроме того, Вашингтон явно усиливает давление на банки Казахстана и Центральной Азии. Причём, видимо, американцы, работают с ними напрямую – минуя правительства, как это было в соседнем Кыргызстане при прекращении обслуживания карт «Мир». Запад не решал вопрос с властями, а напрямую угрожал банкам отключением от международной системы платежей, из-за чего сейчас республика озаботилась созданием собственной платежной системы.
СМИ сообщают, что в Казахстане существенно замедлилось прохождение безналичных платежей с Россией, так как банки опасаются санкций и начали проверять транзакции в поисках подвоха. Некоторые банки в соседних республиках американцы даже принудили к полному прекращению работы с переводами из России.
Возможно, именно с этими мерами связан демарш вице-премьера Жумангарина, который впервые публично признал, что Астана не может идти на поводу у санкционных требований США. В своём интервью он буквально «давил на жалость», ссылаясь на убытки казахстанских компаний, которые теряют деньги от попыток соблюдать антироссийские ограничения. «Нам, как стране, нужно как-то жить», – печально он закончил свое интервью.
Между тем, Казахстан мог бы проявить смелость и начать говорить с США, в большей степени отталкиваясь от национальных интересов. В настоящий момент американские компании владеют многими активами в республике, включая нефтяные месторождения. Астана может ставить вопрос о национализации этих активов, незаконно приватизированные в 1990-е, и расторгнуть соглашения о разделе продукции, как в своё время поступила Россия.
Занятая казахстанскими элитами амбивалентная позиция, лояльное, в ряде случаев, принятие американских требований провоцирует Вашингтон на всё более жесткий, и даже наглый тон. Это – немаловажная проблема многих представителей правящего класса, которые не понимают, что мир меняется и СВО – не случайный эпизод.
США безвозвратно теряют статус мирового гегемона, а всех их «правила» и «ценности» – лишь местечковые обычаи, которым никто не обязан следовать. Желание и обиды Вашингтона – всего лишь желания и обиды страны, которая никак не может свыкнуться с новым местом в мире.
Нужно уметь говорить «нет» Америке.
