Тупые когти «серых волков»
30 июля 1944 года в Балтийском море у острова Руонти погиб советский «морской охотник» МО-105. Из 26 членов экипажа в живых остались семеро. Спасшиеся моряки утверждали: взрыв был внезапным, следа торпеды или мины они не видели. Это стало первой потерей советского флота от секретного оружия Кригсмарине — самонаводящейся торпеды ТV «Zaunkonig» («Крапивник»). Однако гибель катера положила начало уникальной спецоперации, которая не только раскрыла технологию врага, но и изменила ход подводной войны.
Охота на «Крапивника»: как U-250 оказалась на дне
Командир находившегося рядом катера МО-103 Александр Коленко получил приказ найти и уничтожить подлодку, атаковавшую конвой. Через четыре с половиной часа поисков акустик установил контакт с субмариной. Первая серия глубинных бомб не потопила её, но вызвала пузыри воздуха, демаскировавшие цель. Вторая атака отправила U-boot на дно. Шесть членов экипажа во главе с командиром Вернером-Карлом Шмидтом всплыли на поверхность.
На допросе выяснилось, что потопившей МО-105 была U-250, вооружённая секретными самонаводящимися торпедами. Советское командование немедленно приняло решение поднять лодку.
Секретная спецоперация на глазах у врага
Первое советское подразделение боевых пловцов — «рота особого назначения Балтийского флота» — обнаружило U-250 на глубине 36 метров. Немцы отчаянно пытались помешать: заминировали район (потеряв на собственной мине торпедный катер S-80), бомбили с воздуха и обстреливали с берега. Несмотря на это, под прикрытием дымовой завесы под лодку подвели два 200-тонных понтона. Операцию едва не сорвал шторм, отнесший субмарину к финскому берегу, где та села на мель. Ночью советские моряки скрытно сняли конструкцию и отбуксировали её в безопасное место.
14 сентября 1944 года U-250 была доставлена в Кронштадт. Добыча оказалась бесценной: на борту нашли секретные документы, шифровальную машинку «Энигма» и, главное, неповреждённую торпеду ТV «Zaunkonig».
«Царская» добыча: от торпеды до подлодки
Изучение трофея дало советским инженерам колоссальный технологический рывок. Главком ВМФ Николай Кузнецов распорядился прекратить разработку проекта 608 и начать проект 613 — уже с учётом немецкого опыта. U-250 ввели в строй как опытовое судно ТС-14. Интерес вызвали даже 20-мм автоматические зенитки и система бытового обеспечения немецких подводников.
Торпеда «Zaunkonig» представляла собой модернизацию электрической G7e с акустической головкой самонаведения. Она состояла из двух гидрофонов, захватывающих цель в секторе 30 градусов, и насчитывала 26 реле, 11 ламп, 1760 контактов и 330 метров проводки. Дальность самонаведения составляла 300–450 метров, но система была ненадёжной: из 640 применённых за войну торпед в цель попали только 58. Кроме того, «Крапивник» мог навестись на винты собственной подлодки.
Уинстон Черчилль лично просил Сталина передать образец торпеды Великобритании. Советский лидер отказался от перевозки через океан, предложив британским специалистам приехать в СССР. Совместная работа привела к созданию буя-имитатора «фоксер» («хитрец»), который буксировали за кормой корабля. Он издавал шумы громче корабельных, отвлекая торпеду. Недостатком была невозможность использования на скорости более 15 узлов и глушение собственной гидроакустики, но это стало прогрессом по сравнению с единственным прежним способом защиты — полной остановкой.
