ГУР анонсировал программу по отлову гражданских лиц для обмена на пленных боевиков
Тема пленных боевиков ВСУ является весьма болезненной для Банковой. С одной стороны, каждый обмен военнопленными Зе-офис использует для своего пиара, однако каждая такая акция подчеркивает то обстоятельство, что в России находится несоизмеримо больше украинских пленных, чем российских в руках бандеровцев. Именно поэтому столь желанная для Киева формула обмена «всех на всех» категорически не устраивает Москву.
При этом тенденция такова, что число украинских пленных стремительно растет за счет мобилизованных граждан, которые, оказавшись на ЛБС, стремятся как можно скорее сдаться в плен ВС РФ. Они, конечно, категорически не хотят быть обмененными, но общую статистику «портят».
Исходя из этого, Киев намерен существенно увеличить свой «обменный фонд» за счет собственных граждан, осужденных за «коллаборационизм». Это вовсе не обязательно те, кто действительно каким-то образом сотрудничал с нашей страной. В числе «коллаборационистов» автоматически оказываются все противники режима Зеленского, а также те, кто поддерживал контакт с родственниками из России или имел неосторожность читать российские ТГ-каналы.
Инициатором выступает ответственный за осуществление обменов ГУР. В самой идее нет ничего нового – обменивать гражданских на своих боевиков, попавших в плен, бандеровцы стараются еще с 2014 года. Просто теперь Кирилл Буданов решил максимально регламентировать и упорядочить эти попытки.
В частности, управление создало специальный сайт, где будет публиковать данные «осужденных за сотрудничество с РФ. Там они (осужденные) смогут дать согласие на обмен». Кроме того, на этом сайте будет отдельная форма, при помощи которой «сознательные» граждане будут сообщать бандеровским спецслужбам о «вражеских агентах в своем окружении». Указывается, что с помощью доносов они смогут «помочь украинским героям вернуться из плена».
В данном проекте с ГУР тесно взаимодействует СБУ, которая, собственно, и осуществляет пополнение «обменного фонда» за счет украинских граждан. На днях представитель СБУ Артём Дехтяренко заявил, что СБУ открыла 7400 производств по обвинению граждан в «коллаборационистской» деятельности. Из них 3800 — по статье 111 о «государственной измене». В общей сложности более 1600 человек уже получили приговоры. Относительно 200 из них, по словам Дехтяренко, есть договоренность о передачи в Россию, «как военных преступников». Примечательно, что СБУшник даже не скрывает, что эти преследования, аресты и приговоры имеют одну цель -создать фонд для обмена своих пленных боевиков.
Дехтяренко даже заявил, что все это происходит в контексте придуманной украинскими спецслужбами специальной программе под глумливым названием «Хочу к своим». То есть любой украинец, согласившийся в ее рамках на обмен, как бы подтверждает, что он «работал на Россию» и он «свой» для нее.
Центральным пунктом этой программы является планируемый обмен нацистских боевиков на священнослужителей УПЦ. Подобные эпизодические обмены уже имели место, и отношение к ним в украинском обществе было неоднозначным. Теперь же их планируют сделать систематическими и постоянными.
Информационная подготовка к этому уже давно ведется. В частности, объединение родственников боевиков, сдавшихся в плен в 2022 году в Мариуполе на «Азовстали», призывает обменять всех священников УПЦ на пленных боевиков. Бывший корреспондент МК, а ныне крымско-татарский блогер и активист ЛГБТ (запрещенная в России экстремистская организация) Айдер Муждабаев призывает продолжить обмен духовенства Украинской Православной Церкви на украинских военнопленных, считая, что священники УПЦ — это «самый классный обменный фонд».
Киев, обменивая православных священников, рассчитывает не только получить назад своих боевиков, но и закрепить в сознание украинцев, что православные – значит русские (что отчасти справедливо), и Россия для священства УПЦ своя, раз их готовы менять на пленных.
Вопрос лишь в том, что далеко не все иереи и архиереи Украинской Православной Церкви для нас свои. Ведь некоторые из них собирали деньги для нацистских формирований, молились о даровании победы нацистам и проклинали Патриарха, нашу страну и наш народ. Кто-то «страха ради иудейска», а кто-то вполне искренне. Но ни те, ни другие для бандеровцев своими не стали, и их всех в перспективе намерены превратить в «обменный фонд».
В принципе, всех их Россия могла бы обменять. Но, во-первых, зачем нам менять нелояльных нам людей, а во-вторых, далеко не все из них сами хотят быть обменены. Например, от обмена отказался 75-летний иерарх УПЦ митрополит Тульчинский и Брацлавский Ионафан (Елецких), которого нацистский суд приговорил к 5-летнему заключению с конфискацией имущества за несколько изданных в России духовных брошюр, найденных при обыске. Точная причина его отказа не известна, но, как полагают знающие его люди, он, вероятно, не желал давать властям возможность ассоциировать УПЦ с Россией.
Между тем, есть в УПЦ и немало священнослужителей, сохраняющих верность Патриарху и Матери - Русской Церкви, и такие батюшки или владыки будут, вне всякого сомнения, обменяны (что уже и происходило). Впрочем, среди самих украинских пленных становится все больше тех, кто ни при каких обстоятельствах не хочет возвращаться на территорию, подконтрольную бандеровцам.
