Пан Твардовский. Весёлый шляхтич-чернокнижник, едва не обманувший дьявола

Знаменитый доктор Фауст имеет множество прототипов. Среди них есть вполне реальные люди, например, 139-ый по счёту римский папа Сильвестр II (современник Владимира Святославича Святого), он же – Герберт Орийакский, разбирать рукописи которого якобы приехал в Москву булгаковский Воланд. О нём было рассказано в опубликованной в июле 2020 г. статье Маг и чернокнижник Герберт Орийакский.




Другой кандидат на роль прототипа Фауста – известный врач, алхимик и астролог Генрих Корнелиус, более известный как Агриппа Неттесгеймский. Он является героем романа В. Брюсова «Огненный ангел», упоминается в пьесе Кристофера Марло «Трагическая история Доктора Фауста» и в романе Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей».


Но гораздо больше среди прототипов Фауста, конечно, легендарных персонажей. Есть среди них и поляк – пан Твардовский, который, если верить легендам, жил и работал в Кракове в 1565-1573 гг. Правда, высказывается предположение, что на самом деле он был немцем из Нюрнберга по имени Лаврентий Дхур: латинизированное Durus, то есть «Твёрдый», «Жёсткий» соответствует польскому «twardy». Однако поляки эту версию, разумеется, с возмущением отвергают – как и версии о том, что прототипами Твардовского стали английский учёный и мистик Джон Ди либо английский же алхимик Эдвард Келли, которые действительно некоторое время жили в Кракове.

А в XX веке едва не родилась сенсация, потому что в архивах нашли сведения о католическом священнике, а также поэте и просветителе Яне Твардовском, которого чуть было не отождествили с героем народных преданий и легенд.

Легенды о пане Твардовском – уже давно неотъемлемая часть польской культуры, он стал героем огромного количества картин, о нём писали книги, снимали художественные и анимационные фильмы, он стал героем песен, оперы и двух балетов.

Каким же представляли (и представляют) пана Твардовского его соотечественники? Оказывается, он изображается не интеллигентным кабинетным учёным, а воинственным и весёлым «шляхтичем-сарматом» с пышными усами и большой саблей на бедре.



О пане Твардовским мы и поговорим в сегодняшней статье.

Первые сведения в исторических документах

Впервые пан Твардовский упоминается в одном из документов, который был обнаружен в архиве Плоцкого диоцеза (это церковно-административная территориальная единица, возглавляемая епископом или архиепископом). Речь в нём идёт о расследовании занятий магией в школе, которая находилась «в доме Фвардовского (Fwardosky) в Варшаве», проводили его старосты города Вышогруд. Этот документ датирован 1495 годом.

В книге «Польский придворный» («Dworzanin Polski), написанной королевским библиотекарем Лукашем Гурницким в 1565 или 1566 г., есть рассказ «Чернокнижник и горшок» – о том, что один из краковских учеников Твардовского по фамилии Шидловецкий якобы с помощью магии сумел заставить торговку горшками разбить весь свой товар. Но король проявил похвальное здравомыслие, заявив, что студент просто договорился обо всём с этой женщиной, заранее компенсировав ущерб. А вот другой монарх – Сигизмунд Август II оказался более доверчивым. В «Historia rerum polonicarum et pruthenicarum ab anno 1388 ad annum 1623», написанной в 1624 году врачом Сигизмунда III Иоахимом Посселом, можно прочитать знаменитый рассказ о том, как в 1550 году Твардовский вызвал дух любимой жены этого короля – Барбары Радзивилл.


Любопытно, что отношение к этой истории было весьма скептическим, и уже тогда многие были уверены, что Твардовский показал королю фокус с зеркалом. Это зеркало, кстати, в настоящее время находится в ризнице Малой Базилики польского городка Венгрув. На раме имеется надпись на латинском языке:



Зеркало Твардовского можно увидеть и на очень известной картине Яна Матейко «Пан Твардовский вызывает дух Барбары Радзивилл» (1884 г.) – в правой части полотна:


В 1886 году свою версию этого «магического сеанса» представил Войцех Герсон, его картина называется «Явление Барбары Радзивилл»:


Краковский епископ Франтишек Красиньский встречался с каким-то Твардовским в Виттенберге, где тот учился в местном университете, и в Кракове, где тот же Твардовский служил конюшим Сигизмунда II. Этот Твардовский умер в 1578 г.

В 1620 году некий ксендз Шпот рассказывал о принадлежавшей Твардовскому книге чёрной магии, которая якобы до сих пор замурована в стене Виленской библиотеки. В 1734 году эту легенду повторил иезуит Адам Нарамовский.

В 1628 году довольно известный в то время писатель Кацпер Твардовский сочинил о своём однофамильце поэму, в которой герой отправляется в ад, чтобы забрать у Сатаны документ о продаже своей души, подписанный его отцом Юзефом за то, что тот спас его от разбойников. В 1840 г. Юзеф Игнаций Крашевский использовал это предание использовал в своём романе «Магистр Твардовский. Повесть, взятая из польских народных преданий». По сюжету, чистому душой юному Твардовскому удалось оспорить этот контракт, однако, как говорится, «кому быть повешенным, тот не утонет»: прошло время, и он уже сам подписал с Сатаной договор о продаже своей души – в обмен на мудрость и магическую силу.

В XVIII столетии легенда о Твардовском уже была широко известна в народе и постоянно пополнялась различными не известными ранее рассказами.

Сделка с дьяволом

В 1837 г. все предания о Твардовском собрал и систематизировал польский исследователь фольклора Казимеж Владислав Вуйчицкий. Твардовский в его труде называется краковским шляхтичем, который одновременно «служил мечу и кадилу», а также занимался врачебной практикой – в общем, «и швец, и жнец, и на трубе игрец». Мечтая победить Смерть, Твардовский стал изучать чёрную магию. В одной из попавших к нему книг он узнал, как провести ритуал вызова дьявола, с которым, недолго думая, и встретился на горе Кшеменке. Согласно заключённому там договору, дьявол обязался в течение 7 лет выполнять любые желания клиента, после чего получит право завладеть бессмертной душой мага, когда тот приедет в Рим. Проблема была в том, что ехать в Рим Твардовский даже и не собирался – и думал, что ему удастся провести Сатану.

Свою часть сделки дьявол честно выполнял: Твардовский стал ездить на нарисованных лошадях, а то и на петухе, который оказался быстрее любого коня.


Без вёсел и паруса он плавал против течения по Висле.


Вернул себе молодость и главе города Быдгощ. Собрав всё польское серебро, он перенёс его в Олькуш и засыпал песком – так якобы там появился знаменитый рудник. Прошло 7 лет, в Рим Твардовский так и не приехал, и рассерженный дьявол ударил колдуна вырванной с корнем сосной, сломав ему ногу – этим объясняли хромоту «мага» и его прозвище «Колченогий». Однако Сатана всё же оказался хитрее поляка, подстроив вызов к больному в корчму, которая называлась «Рим».

Кстати, польский историк В. А. Мацеевский утверждал, будто слышал от неназванного им русского генерала, что недалеко от украинского города Лубен есть корчма «Рим», про которую в народе говорили, что в ней бесы растерзали чернокнижника Твардовского: это уже совсем другая, малоизвестная версия легенды – ведь в каноническом варианте дьявол не убил, а унёс с собой этого колдуна.

Адам Мицкевич тоже отступил от канона. В опубликованной в 1922 году балладе «Пани Твардовская» он сообщил читателям, что дьявол даже после посещения Твардовским Рима ещё не имел права на его душу – вначале он должен был год прожить с женой этого мага. Но такая перспектива испугала даже Сатану, которому пришлось с позором покинуть корчму. Здесь Мицкевич явно использовал сюжет польской народной сказки «Как баба чёрта прогнала».


Однако «настоящее» предание утверждает, что, увидев в корчме богато одетого господина с рогами и хвостом, Твардовский взял на руки ребёнка из колыбели – потому что Нечистый не имел права забрать вместе с грешной душой колдуна ещё и невинную душу младенца. Но дьявол пристыдил его, заявив, что настоящий шляхтич должен держать своё слово. Как только Твардовский положил дитя в колыбель, Сатана схватил мага и вылетел с ним через трубу камина (по другой версии – через стену, проломив её).


Оказавшись с Сатаной на небе, Твардовский, видимо, пожалел о своих шляхетских принципах и стал петь кантичку (годзинку) в честь Чёрной Ченстоховской Богородицы.


Дьяволу пение Твардовского так не понравилось, что он сбросил его между небом и землёй, где тот и находится до настоящего времени. Но в 1926 году Артур Оппман опубликовал книгу «Предание о пане Твардовском», в котором утверждалось, что Сатана сбросил мага на Луну. Эта версия стала чрезвычайно популярной, и польские дети даже стараются разглядеть Твардовского, присматриваясь к тёмному пятну на поверхности спутника нашей планеты.


С Твардовским на Луне якобы находится его помощник, превращённый в большого паука: периодически он спускается на паутине на Землю, чтобы узнать новости и рассказать их хозяину.


Эта скульптура Твардовского дважды в день (в 13:13 и в 21:13) в дыму и под «мистическую» музыку появляется в окне мансарды одного из старинных зданий на площади Старого города в Быдгоще: чернокнижник кланяется и, поднимая руку, приветствует зрителей, после чего снова скрывается – под «хохот дьявола». Местные жители это «представление» называют «чародейской дискотекой». И утверждают, что поцелуй во время появления Твардовского делает супружескую жизнь более удачной и счастливой.

Следы пана Твардовского в соседних странах

Предания о польском чернокнижнике проникли в фольклор соседних народов. Так, в 1827 г. М. Т. Каченовский писал в журнале «Вестник Европы», что в Малороссии:


Примерно в то же время профессор Виленского университета И. Н. Лобойко отправил М. А. Максимовичу рукописный сборник западноукраинских песен, одна из которых называлась «Згадуе про бешкетника-чарівника, пана-кріпосника Твардовського».

В 1827 году украинец Пётр Гулак-Артёмовский на основе поэмы Мицкевича в стиле бурлеска написал «малороссийскую балладу» «Твардовский».

Ныне практически забытый русский писатель В. А. Левшин около 1780 г. издал сказочную «Повесть об Алиоше Поповиче, богатыре, служившем князю Владимиру». В этом произведении приехавший в Польшу богатырь всю ночь отгонял бесов от гроба Твардовского после чего этот колдун и смог упокоиться. В благодарность за избавление от сил ада, он подарил Алёше ключ от своих кладовых и перстень, делающий хозяина невидимым. В 1801 году сын А. Н. Радищева Николай использовал этот сюжет во Второй и Третьей песнях своей поэмы «Альоша Попович, богатырское песнотворение». Но в ней, чтобы освободить свою любимую (Людмилу), герой вступает в бой с «самим паном Твердовским», на помощь которому «весь ад спешит». Данное произведение читал Пушкин, который воспользовался некоторыми сюжетными линиями при работе над поэмой «Руслан и Людмила».

В 1828 году М. Н. Загоскин – очень популярный в то время беллетрист, авторство романа которого в пьесе Гоголя «Ревизор» пытался приписать себе Хлестаков, сочинил либретто оперы «Пан Твардовский» (композитор – Алексей Верстовский). В 1834 году он же написал одноимённый рассказ. А во второй половине XIX века польский чернокнижник стал героем лубочного романа М. Е. Евстигнеева «Пан Твардовский, или колдун XVI века», который выдержал 10 изданий: