О бронепробиваемости русских снарядов в сражениях в Цусиме и Желтом море

В бою у Шантунга и в Цусимском сражении русские 305-мм снаряды продемонстрировали неоднозначную эффективность против японской брони. Анализ конкретных попаданий в японский флагман «Микаса» показывает, что результаты стрельбы часто определялись не столько калибром, сколько типом боеприпаса, качеством взрывателя и случайными факторами. Вопреки расхожему мнению о тотальном превосходстве японской брони, ряд попаданий подтверждает, что отечественные снаряды были способны пробивать крупповские плиты, однако их заброневое действие оставалось непредсказуемым.

Проблема идентификации: калибр, тип снаряда и дистанция

Главная сложность анализа боевых повреждений — отсутствие точных данных. Определить, какой именно снаряд попал в корабль, практически невозможно. Японские источники путаются в калибрах: одно и то же попадание описывается то как 305-мм, то как 75-мм. Боевые инструкции предписывали использовать бронебойные снаряды только на дистанции до 20 кабельтов, а на больших — фугасные, но в бою эти правила нарушались. Например, броненосец «Победа» израсходовал 60 бронебойных 254-мм снарядов, хотя по уставу должен был стрелять фугасными.

Попадание в «Микасу» у Шантунга: пробитие на пределе возможностей

В бою 28 июля 1904 года в 16:45 по русскому времени 305-мм снаряд (предположительно с «Полтавы») поразил 173-мм броневой пояс «Микасы» ниже ватерлинии. Дистанция составляла около 44 кабельтов. Снаряд взорвался в момент прохождения брони: головная часть оказалась за плитой, но основную энергию погасил коффердам и водяные цистерны. Внешняя пробка имела диаметр 350 мм, внутренняя — 850 мм. Серьезных затоплений удалось избежать, однако были повреждены заклепки обшивки. Расчеты показывают, что 173-мм броня на данной дистанции находилась на пределе своих защитных свойств. Для бронебойного снаряда в идеальных условиях пробитие было возможно, но маловероятно. Для фугасного с трубкой образца 1894 года разрыв при прохождении плиты был штатным сценарием. Разночтения в источниках (время попадания варьируется от 12:55 до 16:45, а борт — с левого на правый) не позволяют однозначно определить дистанцию, но в любом случае результат укладывается в расчетные параметры.

Цусима: два попадания в верхний пояс «Микасы»

Первое попадание в 14:07 произошло на дистанции около 30 кабельтов. 148-мм крупповская плита была пробита, снаряд взорвался при прохождении брони. Снаружи вырвало полку противоминных сетей, внутри образовалась пробка 0,76х0,76 м. Угольная пыль вывела из строя 152-мм орудие, но временно. Расчеты подтверждают, что 148-мм броня не могла защитить от 305-мм снаряда на такой дистанции даже при значительном отклонении от нормали. Фугасный снаряд с трубкой 1894 года должен был взорваться именно так, что и произошло. Второе попадание в 15:57 на дистанции 22-27 кабельтов — более сложный случай. Снаряд выломал кусок брони 0,305х1 м, прошел в угольную яму и взорвался в 3 метрах за плитой, пробив переборки и разбросав 5 тонн угля. Ключевой вопрос: был ли это бронебойный или фугасный снаряд? Для фугасного снаряда образца 1894 года прохождение брони и взрыв в 3 метрах за ней — нетипично. Такое поведение характерно для бронебойного боеприпаса с взрывателем Бринка, который давал замедление. Сравнение с испытаниями 1904 года (203-мм плита, пробитие и взрыв в 2,5 метрах) подтверждает эту версию. Кроме того, фугасные снаряды образца 1907 года, имевшие более тонкие стенки, в бою у мыса Сарыч не смогли пройти за 150-мм броню «Гебена» в целом виде, взорвавшись при ударе. Вероятность того, что в «Микасу» попал именно бронебойный снаряд, высока. Если же это был фугасный, то его аномальная прочность и задержка взрывателя объясняются либо браком, либо уникальным стечением обстоятельств. Анализ боевых повреждений «Микасы» показывает, что русские 305-мм снаряды, даже фугасные, были способны пробивать крупповскую броню толщиной до 173 мм на дистанциях до 40 кабельтов. Однако их заброневое действие оставалось слабым: разрыв происходил либо в момент прохождения плиты, либо в непосредственной близости за ней, что не позволяло нанести фатальных повреждений внутренним отсекам. Проблема заключалась не в калибре, а в конструкции боеприпасов. Фугасные снаряды с трубкой 1894 года были оптимизированы для поражения небронированных целей и давали преждевременный разрыв при встрече с броней. Бронебойные снаряды, хотя и могли пробить плиту, имели малую эффективность из-за низкого содержания взрывчатого вещества. Эта дилемма — «или пробить, но не взорваться, или взорваться, но не пробить» — стала одной из причин поражения русского флота в Цусиме.