На протяжении последних двух лет Вашингтон всячески провоцирует военный конфликт между Пекином и Тайбэем. Началось все с того, что в августе 2022 года спикер палаты представителей США Нэнси Пелоси совершила провокационный визит на Тайвань. Эта акция сопровождалась хамскими выпадами в адрес руководства КНР и демонстративной поддержкой тайваньской "независимости". С тех пор американцы не уставали подливать масла в огонь.
Так, 28 мая 2024 года Джо Байден заявил о готовности атаковать КНР в случае попытки Пекина вернуть контроль над собственным островом. Больше того, поручил подготовить новую редакцию Стратегии национальной безопасности, которая бы допускала указанную меру. И на первый взгляд, такие действия могут восприниматься как абсурдные. Ведь одновременно Соединенные Штаты, по крайней мере на официальном уровне, продолжают придерживаться тезиса о "единстве Китая". Более того, последний предполагается сохранить и в новой редакции Стратегии национальной безопасности.
Такая позиция может показаться еще более абсурдной, если знать, что в указанной стратегии КНР определяется (дословно) "единственным конкурентом США, обладающим как намерением перестроить международный порядок, так и экономической, дипломатической, военной и технологической мощью, позволяющей добиться этого". Как можно выступать за их "мирную интеграцию" Тайваня и одновременно провоцировать войну? Ответ – в специфике американской формулы "единого Китая".
Раскол Поднебесной стал следствием гражданской войны, фактически инспирированной США и Японией и продолжавшейся с 1911 по 1949 год. В результате этого конфликта власть в Пекине перешла к коммунистам, которые провозгласили Китайскую Народную Республику. Под контролем КНР оказалось более 99,99% территории Китая. Противники коммунистов в лице проамериканской партии Гоминьдан смогли удержать только остров Тайвань. Для сравнения: его территория составляет 36 тыс. квадратных километров против 9,6 млн квадратных километров под контролем КНР. Причем удержать остров удалось только благодаря США, которые держали на острове военный контингент численностью до 19 тысяч человек.
В 1971 году Генассамблея ООН приняла резолюцию о признании руководства КНР единственным законным правительством Китая. За проголосовало почти 70% государств – членов ООН, включая СССР. США выступили против, но, оказавшись в меньшинстве, решили скорректировать позицию. Тогда-то американская администрация и озвучила собственную формулу "единого Китая". Она предполагала признание руководства КНР единственным законным правительством, но только при условии согласия на мирную интеграцию Тайваня. Эта позиция была поддержана Пекином и легла в основу американо-китайского экономического сотрудничества. На ее основе США вывели в 1979 году свои подразделения с Тайваня. Сегодня на острове остается лишь 30 американских "инструкторов".
Одна деталь: в соответствии с американской формулой интеграция Тайваня должна была произойти в его "конституционных границах". Эта правовая конструкция была закреплена неформальным соглашением представителей Пекина и Тайбэя, получившим название "консенсус 1992 года". В соответствии с ним, "конституционными границами" Тайваня были определены те, которые закреплялись основным законом острова. "Конституция" же Тайваня включала в его состав архипелаги Сенкаку, Спратли и Парасельские острова. Первый из них располагается в Восточно-Китайском море, а два других – в Южно-Китайском море. Подвох в том, что на эти необитаемые острова существовали и другие претенденты.
Официальные претензии на Сенкаку есть у Японии, а на Спратли и Парасельские острова – у Вьетнама, Филиппин, Малайзии, Брунея. Таким образом, американская формула "единства Китая", а также основанный на ней "консенсус 1992 года" привел к тому, что Пекин фактически вступил в территориальный спор с соседями. Причем Вашингтон постарался всячески его подогреть.
В 2000-х годах западные компании неожиданно "обнаружили" в районе спорных островов "большие запасы нефти и газа". Больше того, заключили с конкурентами КНР концессионные соглашения на их "освоение". Это подогрело интерес потенциальных претендентов к спорным районам. В некоторых случаях дошло до судебных разборок. Так, в 2016 году арбитраж в Гааге удовлетворил претензии Филиппин на морскую акваторию, прилегающую к Спратли. Пекин отказался признавать этот вердикт.
Далее англосаксы представили претензии КНР как "агрессию". И использовали как повод для формирования антикитайской коалиции. На сегодняшний день США заключили оборонные соглашения, направленные против КНР, с Тайванем, Австралией, Японией, Южной Кореей, Филиппинами, Малайзией, Брунеем.
Во всей этой истории есть только одно но. Англосаксы всегда провоцируют конфликты, чтобы кого-то ограбить. И не важно кого – противников или союзников. В данном случае конфликт провоцируется с прицелом на грабеж "партнеров". Предполагается осуществить то, что сегодня проделывается с Европой.
Вопрос только в том, что возможности для грабежа участников антироссийской и антикитайской коалиции несравнимы. У азиатских "партнеров" США более ограниченные золотые запасы. Наиболее крупные – у Японии, Тайваня и Филиппин. Их золотые резервы, соответственно, составляют 846, 423 и 156 тонн. Для сравнения: у ведущих стран ЕС Германии, Италии и Франции – 3359, 2452 и 2436 тонн. Причем потенциальные участники антикитайской коалиции уже заложили свои драгметаллы англосаксам – под кредиты, выданные ранее. Существует еще призрачная надежда втянуть в конфликт с Китаем Индию и Индонезию. Однако Дели и Джакарта пока предпочитают сохранять прагматичные отношения с Пекином. С другой стороны, на кону потеря крупнейшего в мире рынка – китайского.
