Обезьяна с гранатой хочет любви

Великолепный Пётр Толстой, заместитель председателя Государственной Думы, в совершенстве владеет языком Дюма и Жюля Верна, поэтому французская пресса с него не слезает. После Владимира Путина, пожалуй, именно Толстой наиболее популярный российский политик у тамошней прессы. Тем более что его прапрадед, небезызвестный Лев Николаевич, написал «Войну и мир», которая начинается французским абзацем, да и после французские слова встречаются в каждом третьем предложении, что, конечно, добавляет пикантности в глазах французской аудитории.

Так вот, в одном из интервью французскому телеканалу «БФМ ТВ», в том самом, где господин Толстой пообещал смерть всем французским солдатам, ступившим на украинскую землю, тщедушный журналистишка, отчаянно отрабатывавший заданную повестку, задирая голову вверх, несколько раз задал предельно глупый, но, видимо, очень важный для его начальства вопрос: «Почему вы нас так не любите?»

Сначала мне это просто показалось забавным, но потом пришло осознание того, что смеяться тут нечего, ибо Запад настолько отупел, что измеряет межгосударственные отношения такой штукой, как «любовь». А иметь дело с тупыми — занятие специфическое. С одной стороны, это довольно легко, но с другой — может быть опасно. Ибо кто его знает, что там этому самому тупому взбредёт в голову?

Всепобеждающие эмоции

Когда кому-то умному и недоброму хочется сподвигнуть человека на глупость, он обращается к его эмоциям. Не к разуму, а к душе, сердцу или с чем там ещё отождествляют проявления различных психических процессов? Именно поэтому люди в толпе, как правило, выглядят неумно и поступают аналогично. Так что пословица про две головы, которые умнее одной, не всегда верна.

Однажды я прочитал занятное психологическое исследование на тему продаж автомобилей. Так вот, изначально продавцы машин апеллировали к рассудку покупателя. К его уму, логике и холодному расчёту, доказывая, почему именно их автомобиль является наилучшим выбором. Так длилось десятилетиями.

Но по мере развития маркетинговой мысли продавцы пришли к выводу, что гораздо проще давить не на разум, а на эмоции клиента. Особенно если их товар не только не лучше, чем у конкурента, но ещё и хуже. К тому же, не в обиду представительницам слабого пола, когда женщины дорвались до кошельков мужей, а после и сами стали хорошо зарабатывать, сложные технические презентации стали лишними. Что им там эти ремни генераторов или подвески. Это скучно и неинтересно. А вот сравнить машину, например, с каким-нибудь диким и красивым зверем — это наглядно, доступно, ярко, а самое главное, выгоднее. Больше простаков можно провести. Поэтому со временем из буклетов, рекламирующих автомобили, исчезли подробные технические характеристики, уступив место красочным картинкам, над которыми красовалась надпись типа «Выбирай сердцем!» Иными словами, начался процесс поголовного добровольного и обоюдного отупения. Вот именно таким образом западные средства массовой информации теперь и общаются со своей аудиторией.

Любовь прошла, засохли круассаны

Решив поглубже окунуться в тему освещения России на французском телевидении, я столкнулся не только с привычной уже оголтелой русофобией, передёргиваниями и откровенной клеветой, но ещё и с обидой на то, что «русские нас не любят».

Оказалось, что вот этот вопрос, кто кого насколько любит на уровне государственных мужей первой величины, всерьёз прокачивается на том же «БФМ ТВ». Русские нас разлюбили? Мы отдалились. Но почему? В том интервью Толстого напрямую назвали «отвергнутым поклонником», потому что он почему-то разлюбил великолепную Францию и теперь угрожает Парижу ракетами с ядерной начинкой. И вы знаете что, вот этот тезис про любовника, который обиделся, он весьма красноречив. Я уж не знаю, кто там у них самый тупой: представители телеканала «БФМ ТВ» или их аудитория, но измерять любовным мерилом международную политику — это как показывать вечерние новости картинками из комиксов. Эдакие новости для самых маленьких, ну или самых тупых.

При этом в своём глазу они не видят бревна. Франция кинула Россию с «Мистралями». Франция годами обманывала Россию при помощи Минских соглашений. Франция обрушилась на Россию незаконными санкциями. Франция поставляет Украине оружие, боеприпасы, деньги и наёмников. Франция развела пещерную русофобию в собственных СМИ. Наконец, Франция собирается отправить войска на Украину для противодействия армии РФ. Внимание, вопрос: они там правда не видят причин, по которым русские могут не то чтобы обидеться на Францию, а натурально её возненавидеть? Видимо, нет, потому что считают себя кем-то типа строгого, но справедливого учителя, который наказывает нерадивого обалдуя ради его же собственного блага. Довольно высокомерно, не так ли? Грубо говоря, злобная французская обезьяна решила, что, для того чтобы её полюбили, нужно взять в руки гранату. Обезьяна с гранатой — как в такое не влюбиться? Естественно, говоря про обезьяну, я имею в виду не простых французов, а ребят в тамошнем правительстве.

В общем-то, если без шуток, то причина перевода международных отношений в категорию любит/не любит ясна. Это нужно для расчеловечивания русских, их демонизации. Чтобы даже самые тупые осознали, что не нужно жалеть тех, кто не питает к нам нежных чувств. Ведь мы такие хорошие, такие добрые и умные, что не любить нас могут только какие-нибудь законченные дикари. В дополнение к этому они там вспоминают, что русские мрачные, не любят, когда у них спрашивают, как дела, да и к тому же против разнообразных сексуальных революций, в коих, мол, и есть настоящая любовь.

Вообще же выдержке господина Толстого нужно отдать должное, ибо он весьма учтиво и терпеливо общался с журналистом, который приехал в Россию, такое впечатление, как столичная рок-звезда, заехавшая в собственный провинциальный фан-клуб. А в России — большой сюрприз — есть своя история, свои герои, своя философия и свои взгляды на некоторые вещи.

Похожим вопросом задаются и на Украине. Русские нас ненавидят и хотят всех убить. Вот раньше у нас была любовь и гармония, а теперь Путин взял и напал просто так. При этом многие евроукры натурально уверены в собственной непогрешимости и благоразумии. Доказать им что-либо невозможно. Любые аргументы, начиная с геноцида русских и заканчивая сетью биологических лабораторий под руководством США, решительно отвергаются.

О том, что русские растеряли всю свою любовь, утратив последние остатки демократии, говорят и первые лица США. Вон Никки Хейли, посол Соединенных Штатов при Организации Объединенных Наций, заявила ещё в 2017 году, что «в настоящее время в отношениях с Россией нет любви или чего-то подобного». Но почему русские должны любить американцев, подозреваю, даже сами американцы не смогли бы внятно объяснить.

При этом сами французы соглашаются на любовь довольно быстро. После недолгого сорокадневного сопротивления в 1940 году они согласились полюбить немцев. Спустя несколько десятилетий самым решительным образом полюбили американцев, лишивших их государственного суверенитета. Видимо, аналогичной «любви» французы ждут и от русских. Похоже, что любовь у них теперь отождествляется с демократией. Специальная любовь, основанная на правилах, если вы понимаете, о чём речь.

На всём этом фоне очень интересно, что у них там в голове ничего не щёлкает: мы отправляли оружие, при помощи которого убивали русских, но почему-то до сих пор русские нас так и не полюбили снова. Может, оружия мало отправили? Давайте теперь попробуем отправить кадровых военных собственной армии. Всё это ради любви, конечно же.

Но не всё так плохо

Впору совсем приуныть от такой безысходности, когда снова оказывается, что у России нет друзей, кроме армии, флота и ВКС, а благословенная Европа, перед которой на Руси больше трёхсот лет культивировался комплекс неполноценности, оказалась неадекватной психопаткой, с которой вообще не о чем говорить. Но посмею вас заверить, всё совсем не так.

В поисках правды я нашёл первоисточник того интервью господина Толстого телеканалу «БФМ ТВ» и погрузился в изучение комментариев, оставленных французами. В том, что это были именно французы, нет решительно никаких сомнений. По словечкам типа «Макронаполеон», по перечислению специфических прозвищ местных политиков, по бытовым подробностям типа налогов и коммуналки было видно, что комментарии на французском написаны самими французами. И знаете что? Я не встретил ни одного комментария, содержащего негатив по отношению к Толстому, России, Путину или русских людей. При этом негатива как такового было полно, но он — большой сюрприз — весь был адресован строго собственному журналисту, представителям «БФМ ТВ», Макрону, его правительству, НАТО, Евросоюзу, англосаксам и США.

Простые французы возмущались тому, насколько ведущие сильно коверкали и передёргивали слова господина Толстого, которые обсуждали в студии. Просили прощения за глупость, высокомерие и наглость своего соотечественника, бравшего интервью, говорили, что молятся за русских, называли русских самыми цивилизованными в Европе, а Россию — последним оплотом здравого смысла. Вспоминали, что Макрон лгал всем и особенно России, писали, что Владимир Путин гораздо популярнее во Франции, чем их собственный президент, и, случись ему баллотироваться на выборах, он обойдёт всех конкурентов с большим отрывом. Выражали презрение американцам, которые любят всех поучать. Вспоминали жертвы России, которые та понесла во Вторую мировую войну, требуя уважать её за это. Желали Петра Толстого на должность главы французского МВД, чтобы он навёл уже порядок. Жалели о прежних временах, с ностальгией вспоминая де Голля. Наконец, один получивший множественные одобрения комментарий гласил, что его автор теперь сам хочет стать русским.

Всё это — важный момент — происходило в сфере влияния видеоканала «БФМ ТВ» — частной французской телевизионной лавочки, являющейся одним из главных «демократических» рупоров страны, продвигающих евроатлантическую повестку, русофобию, поддержку украинских нацистов и прочие великолепные прелести типа пропаганды ЛГБТ. Здесь, по идее, должны сидеть полностью упоротые и зашоренные граждане, приходящие за ежедневной порцией успешной борьбы за демократию, но всё на самом деле не так. Простые французы, во всяком случае те, у которых есть Интернет и которые умеют пользоваться электронными устройствами, всё прекрасно понимают и презирают господина Макрона не меньше, чем мы с вами. Недаром многие отмечали, что французские журналисты могут свободно приехать в Россию и разгуливать по улицам, в то время как журналистам российским въезд во Францию полностью закрыт. Спрашивается, где тут настоящая демократия, а где диктатура?

Так что, на удивление, вопрос любви или нелюбви России к кому-либо перед простыми французами не стоит. Для них гораздо важнее осознание того, что они сами находятся под оккупацией, тогда как русские этой оккупации успешно сопротивляются, и попытки собственной прессы так топорно убедить обывателя, что русские — плохие люди, у них ничего, кроме насмешек, не вызывают.

Шароварная «безноженька»

Напоследок вернёмся к нашим украинским небратьям. В этом дешёвом политическом спектакле, чьи гастроли сейчас идут по всему миру, евроукрам отведена роль нищей «безноженьки». У Шукшина в его рассказе «В воскресенье мать-старушка» была такая глупая, но очень жалостливая песня о безногой девочке, которая просила у Бога, чтобы тот приделал ей ножки. Исполняющему ту песню слепому гармонисту подавали плачущие бабы, потому что всем было жалко и себя, и гармониста, и людей, и героиню песни. А там, где жалость, там и любовь, конечно же.

Украинская уродливая «безноженька» корчится на земле, жалостливо протягивая окровавленные ручонки к инвесторам, а джентльмен с сигарой и фарфоровой улыбкой тянет на шарманке заунывную песню о любви, призывая мировое сообщество возлюбить калеку и снять с себя последнее.

Любят ли европейцы Украину? Судя по тому, что доводилось слышать и видеть лично мне, эта любовь не идёт дальше стен зданий, где в высоких кабинетах заседают большие чиновники. Простой народ с объяснимым здоровым эгоизмом, во-первых, не хочет беднеть ради какой-то там Украины, во-вторых, не хочет мёрзнуть или голодать, в-третьих, не хочет умирать. И никакая любовь неспособна поменять положение этих вещей. Но западные СМИ не опускают рук, продолжая годами напролёт доказывать, что Украина любит вас, а Россия — нет. Более того, русские даже не понимают всех этих вопросов про любовь-морковь. Они, мол, настолько огрубели и одичали, что уже чужды всему прекрасному. Поэтому давайте-ка их всех убьём.

Но, к счастью, как мы видим по реакции простых французов, на них эти любовные искания никакого впечатления не производят. Более того, как раз наш суровый, но справедливый заместитель председателя Государственной Думы, показался им настоящим, не фальшивым человеком, не желающим никому понравиться и не требующим ничего взамен своего расположения. Так что веру в человечество терять пока ещё рано. А когда бандеровская Украина будет денацифицирована, потом и о любви можно будет поговорить.

Сергей Донецкий,