Начало западного похода туменов Субэдэя и Джэбэ
Монгольские воины на персидской миниатюре из сборника летописей «Джами ат-Таварих» Рашид ад-Дина
Знаменитый поход монгольских туменов Джэбэ и Субэдэя 1220–1224 гг. у нас известен в основном, благодаря несчастной битве на реке Калке (1223 год), в которой потерпело поражение объединенное русско-половецкое войско и погибли от шести до девяти русских князей (точно задокументирована гибель шести), множество бояр и до 90 % рядовых воинов.
П. Рыженко После битвы на Калке
Это сражение, описанное в «Повести о битве на Калке», буквально потрясло русское общество и не забылось даже спустя много лет. Уже в XV веке в этой повести появилась вставка о том, что на Калке погибли 70 «храбров», в том числе Александр (Алеша) Попович. Некоторые исследователи (А. Н. Веселовский, В. Ф. Миллер, Н. П. Дашкевич) высказывали предположение, что именно трагические события 1223 года нашли отражение в былине «Как перевелись богатыри на Руси» («Камское побоище», «Гибель богатырей»).
Н. Д. Бартрам. Лубок «Отчего перевелись богатыри на Руси», 1902 г.
Однако для монголов битва на Калке тогда стала лишь эпизодом, к тому же нежелательным, поскольку столкновение с русскими князьями в их планы не входило, и они совершенно искренне хотели его избежать. Одержав большую победу, ее плодами они не пожелали воспользоваться, атаковав оставшиеся беззащитными русские княжества – ушли на восток.
Первоначальной целью похода Субэдэя и Джэбэ были поиски хорезмшаха Ала ад-Дина Мухаммеда. Арабский историк (возможно, курдского происхождения) Ибн аль-Асир сообщает:
«Чингисхан – да проклянёт его Аллах – порешил отрядить 20 тысяч всадников, сказав им: Отыщите хорезмшаха, где бы он ни был – хотя бы он зацепился за небо – пока не настигните и не схватите его».
Монгольский всадник, китайский рисунок
А вот что сообщает Ан-Насави (личный секретарь Джалал ад-Дина):
«Сердце (султана Мухаммеда) совсем ослабело и руки опустились. Он перешел Джейхун (Амударью) в жалком состоянии, утратив надежду защитить области Мавераннахра... его покинули семь тысяч человек из (войск) его племянников и перебежали к татарам. Правитель Кундуза Ала ад-Дин прибыл на подмогу Чингисхану, объявив о своей вражде с султаном. Перешел к нему и эмир Мах Руи, один из знатных людей Балха... Они сообщили ему (Чингисхану), какой страх испытал султан, и уведомили его, как он пал духом, – он снарядил в поход двух предводителей: Джэбэ-нойана и Сюбете-Бахадура (Субэдэя) с тридцатью тысячами (воинов). Они перешли реку, направляясь в Хорасан, и рыскали по стране».
(«Жизнеописание султана Джалал-ад-дина Манкбурны»).
Монголы на лошадях переходят через реку, китайский рисунок
Как видим, Ан-Насави говорит о 30 тысячах человек, отправленных на поиски хорезмшаха. Полагают, что третьим туменом командовал зять Чингисхана Тукаджар. Некоторые авторы утверждают, что он погиб, будучи разбит Тимуром-меликом, другие – что Чингисхан отозвал его и наказал за самовольство – разграбление городов, изъявивших покорность Субэдэю и Джэбэ.
Субэдэй-багатур и Джэбэ-нойон
Итак, в погоню за хорезмшахом были отправлены два тумена, во главе которых встали военачальники, характеристика которых (данная им самим Чингисханом) сохранилась в «Сокровенном сказании монголов»:
«А этих вот четверых моих дворовых псов – Хубилая с Чжельме да Чжебе с Субеетаем, когда, бывало, отправлял в поход, то им молвишь: Вперед, на врага! И кремень они сокрушат. Назад ли прикажешь подать – хоть скалы раздвинут они, бел-камень с налету пробьют, трясины и топи пройдут. И рассеивались, бывало, все мои тревоги и заботы, когда в надлежащее место я посылал вас, четырех моих дворовых псов Хубилая с Чжельме да Чжебе с Субеетаем».
Обратите внимание: в пару к Субэдэю поставлен не его старший брат Джэлме, а Джэбэ. Видимо, эти полководцы хорошо ладили между собой и даже как-то взаимодополняли друг друга. Василий Ян в знаменитом романе «Чингисхан» вложил в уста Субэдэя такие слова, якобы сказанные им перед битвой на Калке:
«Урусов много! Они так сильны, что могли бы нас раздавить, как давит нога верблюда спящую на дороге саранчу. Но у них нет порядка. Их «конази» всегда между собой грызутся. Их войско – это стадо сильных быков, которое идет по степи в разные стороны… однако у урусов есть свой Джэбэ! Его зовут «багатур Мастисляб»… Говорят, что этот Мастисляб много воевал и до сих пор видел только победы, но у них нет своего Субудай-багатура, чтобы, когда Мастисляб зарвется вперед в опасное место, его поддержать и выручить».
И сразу представляется молодой и порывистый Джэбэ, а рядом – снисходительно улыбающийся умудренный опытом седой Субэдэй. Однако родившийся около 1165 года Джэбэ был на 10–11 лет старше Субэдэя, и, вероятно, в то время считался более искусным и опытным военачальником.
Джэбэ явно занимал более высокое положение во время войны с Хорезмом. Субэдэй тогда находился в той части армии, которую возглавлял Чингисхан. А Джэбэ, согласно сообщению Рашид ад-Дина, служил под началом старшего сына Чингиса Джучи, который от Дженда отправил его во главе отдельного корпуса к Фергане. Его движение сильно напугало Мухаммеда II, который, увидев монгольские войска и на западе, и на востоке, бежал из хорошо укрепленного Самарканда, в котором находилась армия численностью (по разным данным) от 50 тысяч до 110 тысяч человек, а также 20 «дивоподобных» слонов.
Затем Джэбэ привел свой отряд к Ходженду, а от него – к Самарканду – одновременно с Чингисханом, который шел от Бухары, и Чагатаем, прибывшим из Отрара. То есть Джэбэ с определенного времени был командиром отдельного боевого соединения и действовал автономно. И Рашид ад-Дин, рассказывая о знаменитом походе двух монгольских туменов, сообщает о подчиненном положении Субэдэя:
«Грузины вышли в большом количестве на войну. Джэбэ послал на них Субэдая с войском».
В биографии некоего Исмаила, одного из соратников Джэбэ, которую можно найти в «Юань Ши» («Истории династии Юань», написанной в XIV веке под руководством Сун Луня), при рассказе о западном походе двух монгольских туменов Субэдэй вообще не упоминается. Но в более поздней монгольской летописи Лубсан Данзана «Алтан тобчи», напротив, действует только Субэдэй и не встречается имя Джэбэ.
Джэбэ принадлежал к монгольскому племени бэсутов (йисутов), его настоящее имя – Джиргоадай (Зургаадай), в переводе на русский язык это слово означает «Шестой» (видимо, родился в многодетной семье). Согласно «Сокровенному сказанию», именно он в 1204 году во время битвы с тайджиутами (в урочище Койтэн) метким выстрелом из лука ранил Тэмуджина (еще не Чингисхана) в шею – и, будучи пленен, не стал скрывать этого, якобы заявив:
«Это я стрелял с горы! Если хан повелит казнить меня, то останется от меня только мокрое место в ладонь. Если же хан на то соизволит, то… послужу ему».
Тэмуджин принял его в своё войско, дал новое имя – «Джэбэ», которое обычно переводят как «Стрела». Однако на самом деле по-монгольски оно звучит – Зэв, и это не стрела («сум»), а тяжёлый наконечник стрелы, предназначенный для пробивания доспехов. Согласитесь, что смысл имени этого полководца меняется – и весьма значительно: теперь мы представляем Джэбэ не командиром отряда лёгкой конницы, а во главе латных всадников, наносящих таранный удар.
Монгольский тяжеловооруженный конный воин
Вначале Джэбэ был назначен десятником. На курултае 1206 года Тэмуджина провозгласили «ханом всех людей, живших в войлочных шатрах от Алтая до Аргуни и от Сибирской тайги до Китайской стены» с присвоением титула Чингисхана – «хана, великого, как океан» (под океаном подразумевалось озеро Байкал), а Джэбэ и Субэдэй тогда стали тысячниками:
«Пусть равно также и Чжебе с Субеетаем начальствуют над теми тысячами, которые они стяжали своими собственными трудами».
Возведенный на трон Темучин провозглашает себя Чингисханом. Справа его сыновья Угэдей и Джучи. Миниатюра из иллюстрированной рукописи Рашид-ад-Дина
Джэбэ на иллюстрации «Сокровенного сказания монголов»
Субэдэй на средневековом китайском рисунке
Джэбэ много и хорошо воевал, а в 1218 году, уже во главе тумена, разгромил войска захватившего Каракитайское (каракиданьское) государство найманского хана Кучлука и присоединил эти земли к державе Чингиса.
Полагают, что Джэбэ умер между 1223 и 1225 годами. Венгерский историк Стивен Поу утверждал, что за неделю до сражения на Калке прикрывавший отход основных сил Джэбэ был захвачен в плен дружинниками Мстислава Удатного и передан половцам, которые его и убили. Другие исследователи, например, Р. П. Храпачевский, считают, что Джэбэ погиб в 1224 году во время битвы с булгарами. А в «Сокровенном сказании монголов» утверждается, что Джэбэ вернулся из этого похода и умер на территории племени канглы. Однако большинство историков все же считают, что остатки двух туменов привёл к Чингисхану один Субэдэй.
Субэдэй (Субеетай-Баатур, Субудай-Маадыр, Субудай), как мы уже говорили, был моложе Джэбэ – родился в 1175 или в 1176 году. Он был сыном кузнеца Чжарчиудая из племени урягхаев. Еще раньше Субэдэя на службу к Тэмуджину поступил его старший брат Джэлмэ, о котором Чингисхан говорит в «Сокровенном сказании»:
«О, блаженный счастливый Чжелме, родившийся в собольих пеленках! Когда родился я – и ты родился; я рос – и ты рос вместе. Будь же ты свободен от взысканий за девять проступков».
Со временем Субэдэй стал главным полководцем Чингисхана, его третьего сына Угэдея, а также внука этого завоевателя – Батыя. До своей смерти в 1248 году он возглавлял войска более чем в 20 кампаниях и выиграл 65 больших сражений, считается, что ни один полководец мира не превзошел его по количеству завоеванных земель.
Памятник Субэдэю на въезде в Бай-Тайгинкский район Тывы
Кстати, английский историк С. Уолкер, изучив западный поход туменов Субэдэя и Джэбэ, писал, что по пройденному пути и данным сражениям он превосходит знаменитые походы Александра Македонского и Ганнибала.
Начало похода «псов Чингисхана»
В мае 1220 года Субэдэю и Джэбэ без боя сдался город Балх. Затем после 4-месячной осады была захвачена крепость Илал, где находились Теркен Хатун, мать хорезмшаха Мухаммеда, и гарем султана.
Теркен Хатун в плену у монголов, миниатюра из «Джами ат-Таварих»
Но сам Мухаммед уже бежал в Рей, а затем – в крепость Фарразин. Здесь он нашел 30-тысячную армию, командовал которой его сын – но не талантливый военачальник Джелал ад-Дин, а Рукн ад-Дин Гуршанчи.
Тумены Субэдэя и Джэбэ в это время оказались далеко друг от друга (Джэбэ даже успел разбить хорезмийскую армию Бег-тегина и Кюч-Бука-хана) и был шанс разгромить их по очереди.
Однако хорезмшах при первом же известии о приближении монголов снова бежал – теперь к горной крепости Карун, оттуда в Сер-Чахан. В итоге он укрылся на одном из островов Каспийского моря, где, наконец (слишком поздно), передал власть Джелал ад-Дину, а сам умер – то ли в декабре 1220 года, то ли в феврале 1221.
Рашид ад-Дин утверждает, что, получив от Субэдэя и Джэбэ известие о смерти Мухаммеда, Чингисхан приказал им двигаться на север, чтобы разгромить племена, родственные кипчакам Хорезма. Получив от жителей Тебриза выкуп «деньгами, одеждами и скотом», они прошли мимо города и разгромили армию грузинского царя Георгия IV, который погиб в бою 18 января 1223 года.
Грузинский царь Георгий IV, сын знаменитой царицы Тамары, на фреске монастыря в Бетании
Захватив Шемаху и Дербент, с боями они прошли через земли лезгин и оказались на земле аланов, союзниками которых и оказались искомые кипчаки (половцы). Большое сражение, которое в «Юань-ши» называется битвой в долине Юй-Юй, не выявило победителей.
Ибн ал-Асир в «Полном своде истории» сообщает, что монголам удалось подкупить половецких вождей, которые увели свои войска – и аланы потерпели поражение. Затем, согласно «Юань Ши», Субэдэй и Джэбэ настигли половцев на реке Буцзу (Дон), разбили их и, как сообщает Ибн ал-Асир, «отобрали у кипчаков вдвое больше того, что перед тем дали».
Не ограничившись этим, они погнали кипчаков, стараясь прижать их к какой-то естественной преграде – большой реке, берегу моря, горам. Деморализованные половцы разделились. Некоторые отступали к Крыму, где потерпели новое поражение, а монголы, переправившись через Керченский пролив, захватили город Сугдею (Сурож, ныне – Судак).
Другие двинулись к Днепру, среди них был хан Кутан (в русских летописях – Котян) – родственник матери хорезмшаха Мухаммеда II Теркен-хатын и тесть Галицкого князя Мстислава Удатного.
Между тем Хорезм пал, Мухаммед II умер, но жив был его нелюбимый сын Джелал ад-Дин Менгуберди, национальный герой четырёх Центрально-азиатских государств – Узбекистана, Таджикистана, Туркмении и Афганистана.
Памятник Джелал ад-Дину в Ургенче
В 1221 году он разбил монголов в сражениях у крепости Валиян и у города Парван и потерпел поражение у реки Инд. Именно тогда, на берегу Инда, произошел знаменитый эпизод, о котором рассказывают Рашид ад-Дин и Джумейни.
Оказавшись в окружении, Джелал ад-Дин прорвался к реке и прыгнул прямо на коне с семиметрового обрыва в воду – в полном вооружении и со знаменем в руке:
«Султан… вышел из воды с мечом, копьем и щитом. Чингисхан и все монголы в изумлении приложили руки к губам, и Чингисхан, увидав тот подвиг, сказал, обратившись к своим сыновьям: вот о каких сыновьях мечтает каждый отец!»
(Джувейни).
Джелал ад-Дин пересекает реку Инд, спасаясь от Чингисхана. Монгольская миниатюра XVI века
В 1224 году Джелал ад-Дин вернулся и к 1225 году восстановил свою власть в некоторых провинциях Хорезма – в Фарсе, Восточном Ираке, Азербайджане. И возвратился Джелал ад-Дин очень некстати – Чингисхан готовился к войне с тангутским царством Си Ся. А два лучших полководца Чингисхана в это время оказались очень далеко от главного театра боевых действий – и почему-то не торопились возвращаться. Вряд ли весной 1223 года Чингисхан знал, где находятся сейчас их тумены, отправленные в поход еще три года назад.
Какую задачу выполняли тогда Субэдэй и Джэбэ? Громили кипчаков, скрупулезно выполняя приказ Чингисхана?
Однако после битвы на Дону военной необходимости в преследовании разгромленных половцев уже не было, Субэдэй и Джэбэ со спокойной совестью могли возвращаться – идти на соединение с Джучи, которому Чингисхан выделил в улус земли разорённого Хорезма, малонаселенную степь на территории нынешнего Казахстана (а заодно еще и пока не завоеванные земли Запада).
Но монгольские темники повели свои войска дальше.
Проводили глубокую разведку с прицелом на новые походы? Или – увлеклись, и с какого-то момента их движение было собственной импровизацией?
В следующей статье мы продолжим наш рассказ и поговорим о знаменитой битве на Калке.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
