Великие произведения, созданные для взрослых, через века становятся детскими, поскольку содержащиеся в них образы и уроки усваивают все, так что новые поколения впитывают многое нужное для их понимания уже от родных и близких. Но все же прочесть нужно самому, чтобы воспринять целиком даже текст, давно раздерганный на цитаты.
В предварительный вариант нового ЕГЭ по литературе включены произведения только начиная с середины девятнадцатого века. То есть главные наши классики – включая Грибоедова, Гоголя, даже Пушкина – отсутствуют. Министерство просвещения открытым текстом объясняет: их всех изучали задолго до выпускного класса, даже экзамены сдавали. Но многие открытым текстом опасаются: что не входит в ЕГЭ, тем пренебрегают.
Открытым текстом сообщаю: я тоже изучал всю литературу девятнадцатого века в предвыпускном классе. Но тогда же сдавал по ним экзамен. Нас вообще проверяли в каждом классе, причем по большинству предметов, а не по парочке избранных нами самими. И ничего – справлялись. Потому что в мое время фактической (пусть и не названной вслух) целью образования было не столько зазубривание фактов, сколько понимание закономерностей. Скажем, на экзамене по математике в основном предлагали самостоятельно доказывать теоремы, не попавшие в школьный курс. На экзамене по литературе – не столько цитировать, сколько объяснять, какие личностные и общественные процессы отражены в эволюции героев по мере развития произведения.
Открытым текстом уверяю: при добросовестном изучении такое понимание остается на всю жизнь и главное – очень помогает в этой самой жизни ориентироваться. Экзамен же – всего лишь один из инструментов проверки этой самой добросовестности: неча на зеркало пенять, коли рожа крива. Открытым текстом обещаю в комитете Государственной думы по просвещению делать все от меня зависящее, чтобы школа вновь, как в моем детстве, стала учить прежде всего пониманию. Конечно, когда знаний нет, понимать нечего и нечем. Но знания – лишь сырье для работы ума. Этой работы нам всем желаю.
