Хуан Австрийский. Звёздный час сражения при Лепанто и бесславная смерть «последнего рыцаря Европы»

В предыдущей статье – Хуан Австрийский. Знаменитый бастард испанских Габсбургов, мы говорили о молодости этого принца – внебрачного сына императора Священной Римской империи Карла V, и о начале его военной службы. Закончен этот рассказ был сообщением о нападении Османской империи на Крит и создании Священной лиги, а также о численности и составе флотов противоборствующих сторон, их командирах.


7 октября 1571 года корабли османов и Лиги сошлись в Патрасском заливе в грандиозной битве близ Лепанто, которая стала последним крупным сражением эпохи гребного флота и одним из четырёх крупнейших морских сражений в мировой истории.

Сражение при Лепанто

Флот Священной лиги вышел из Мессинской гавани 16 сентября 1571 года. На каждом из кораблей находилась частица Истинного креста, присланная римским папой, и каждое судно благословил папский нунций. Флагманская галера («Реал») Хуана Австрийского шла под знаменем покровительницы американских колоний Испании – Пресвятой Девы Гваделупской.


А на флагманском корабле османов находилось зелёное знамя Пророка, лично вручённое Али-паше Селимом II.

Добравшись к 30 сентября до берегов Эпира, христианский флот расположился в бухте Гоменице. Отсюда на разведку к Кипру была отправлена одна из галер, которая принесла известие о падении Фамагусты. После этого союзный флот вошел в Патрасский залив, где утром 7 октября и произошло одно из самых крупных морских сражений в истории, получившее название от города Лепанто, расположенного в 30 милях от места боя. Историки часто называют битву при Лепанто последним крупным сражением эпохи гребного флота. Европейские моряки первыми увидели мачты турецких кораблей, и флот Священной лиги стал выстраиваться для боя.


На левом фланге союзников находились 63 корабля, которые возглавил венецианский адмирал Агостино Барбариго.


Его противником стал Мохаммед Сирокко, который вёл в бой 53 галеры и три галиота.

Правый фланг флота Священной лиги (64 галеры) взял под командование Джованни Дориа. Ему достался самый грозный соперник – Улудж-Али, бейлербей Алжира. Именно здесь находились корабли берберийских корсаров – 61 галера и три галиота.

Дон Хуан занял позицию в центре, в его распоряжении было 37 боевых кораблей. Здесь находились самые большие и мощные корабли венецианцев, которыми командовал Венье, а также галера знакомого нам Александра Фарнезе. Следом шли 25 кораблей резерва.



Сражение начали 6 больших венецианских галеасов, которые, используя преимущество в артиллерии, пушечным огнём расстроили боевые порядки османов. Османский адмирал Али-паша Муэдзинзаде отдал приказ идти вперёд, надеясь достичь успеха в абордажных схватках. Ярким эпизодом этого сражения стал бой двух флагманских кораблей – больших галер «Реал» и «Султана», на которых находились командующие флотами – превосходный стрелок из лука Али-паша и «мастер меча» Хуан Австрийский. О характере Хуана можно судить по такому эпизоду: в ожидании столкновения с вражеским флагманом, он танцевал гальярду на орудийной платформе своего корабля.

Реплика флагманской галеры «Реал», Морской музей, Барселона:


Турецкая галера начала XVII века, самая старая из сохранившихся до нашего времени – уникальный экспонат Морского музея Стамбула:


Вначале туркам удалось залпом своих пушек повредить грот-мачту «Реала». Затем носовой таран «Султаны» при столкновении взломал борт испанского корабля, и экипажи судов сошлись в жестокой схватке. Один за другим вступали в абордажный бой и другие корабли. Среди них была и галера Фарнезе, которому тогда удалось захватить один из турецких кораблей. Как мы помним, союзники имели преимущество в численности абордажных команд. Для османов это обстоятельство стало роковым: они храбро сражались, но победить не могли. Адмирал Али-паша Муэдзинзаде погиб в бою, и один из испанских пехотинцев насадил его голову на пику. Дон Хуан бился наравне со всеми и был ранен в ногу.


На захваченной «Султане» испанцам достались зелёное знамя Пророка Мухаммеда и казна турецкого флота – 150 тысяч цехинов.

Неудачно складывался для османов и бой на правом фланге. Мохаммед Сирокко решил обойти европейские корабли со стороны берега, чтобы атаковать их с тыла, однако около 30 турецких галер сели на мель. Среди их экипажей началась паника, люди прыгали в воду и вплавь пытались добраться до берега. Здесь погиб Мохаммед Сирокко и получил смертельное ранение Агостино Барбариго. Венецианец поднял забрало, чтобы осмотреть поле боя, и в это время турецкая стрела попала в его глаз. Он умер через 2 дня. Позже его имя было присвоено трём военным кораблям итальянского флота.

Гораздо более успешно сражался Улудж-Али. Ему удалось отрезать эскадру Дориа от основных сил, потопить несколько вражеских галер, захватить флагманский корабль мальтийских рыцарей и штандарт гроссмейстера госпитальеров. Улудж попытался прийти на помощь капудан-паше, но, осознав масштаб катастрофы, отступил, уведя с собой 40 галер. Ему удалось найти в море и присоединить к своей эскадре ещё 47 османских кораблей. Все эти суда он благополучно привёл в Константинополь. Здесь он получил от султана звание адмирала турецкого флота и титул «Кылыч» (Меч).

Итоги сражения при Лепанто

Общие потери сторон в битве при Лепанто составили от 35 до 40 тысяч человек – цифра для морского сражения просто фантастическая.

Османы потеряли 227 кораблей (110 потоплены и 117 захвачены), до 25 тысяч убитыми, ещё около 3500 турецких солдат и матросов попали в плен. Были освобождены около 12 тысяч христиан, служивших гребцами на османских галерах (и, как полагают, до 10 тысяч погибли на этих кораблях).

Европейские потери составили 13 кораблей и от 8 до 10 тысяч человек. Причём все корабли были потеряны в бою против эскадры Улуджа-Али, там же пали большинство из убитых солдат и матросов Священной лиги. Ранения получили около 8 тысяч человек.

Однако победа в той войне осталась за Османской империей. Главную роль здесь сыграли два ренегата – Улудж-Али и Мехмед-паша Сокколу (Соколович).


Великий визирь Османской империи был герцеговинским сербом Байо Ненадичем, которого в возрасте 14 лет забрали из родного дома по системе «девширме». Став янычаром, он принял участие в битве при Мохаче в 1526 г. и в осаде Вены в 1529 г. В 1541 году 36-летний Мехмед стал начальником придворной стражи Сулеймана I Кануни (Великолепного). В 1546 году – сменил ушедшего на покой знаменитого османского адмирала Хайр-ад-Дина Барбароссу на должности капудан-паши. При трёх султанах (Сулейман I Великолепный, Селим II и Мурад III) на протяжении 14 лет 3-х месяцев и 17 дней он занимал пост великого визиря. Венецианскому послу Барбаро Мехмед-паша заявил:


Поручая Улуджу работы по строительству новых кораблей, он сказал:


И Улудж прекрасно воспользовался шансом модернизировать турецкий флот. По его инициативе началось строительства крупных судов по образцу венецианских галеасов. На галеры теперь ставились более тяжелые орудия, турецкие матросы получили огнестрельное оружие.

Уже через год новые османские эскадры вышли в море, и в 1573 году венецианцы вынуждены были заключить мир, уступив туркам Кипр и выплатив контрибуцию в 300 тысяч золотых флоринов.

Таким образом, сражение при Лепанто можно сравнить с битвой на Куликовском поле. Стратегического значения для победителей они не имели, но оказали огромное влияние на моральное состояние населения Руси и стран Католической Европы. Победе при Лепанто были посвящены многочисленные стихи и поэмы. Автором одного такого произведения стал шотландский король Яков (сын Марии Стюарт). Однако эта поэма, написанная им в 1591 году, соотечественникам Якова не понравилась: непримиримые проповедники протестантов назвали своего короля «наёмным поэтом», прославляющим «иностранного папистского бастарда» (Хуана Австрийского).

После битвы при Лепанто были созданы также и картины, посвящённые победе христианского воинства. Среди них можно выделить два аллегорических полотна Тициана, которые были написаны по заказу испанского короля Филиппа II:



Более того, появился новый католический праздник, который в 1573 году получил название Девы Марии – Царицы Розария.

А к Хуану в 1572 году явилась делегация албанцев, предложивших ему возглавить борьбу против турок и стать королём. Но надо знать, что представляла из себя Албания во второй половине XVI столетия. Даже уже мечтавший о троне хоть какой-то страны Хуан не рискнул принять это предложение. Его сводный брат Филипп II полностью одобрил его решение.

Дон Хуан в Тунисе

После распада Священной лиги, летом 1574 года, Селим II отправил к берегам Северной Африки эскадру из 300 кораблей. 40-тысячная османская армия захватила город Тунис и уничтожила испанские гарнизоны в крепостях Ла-Гуетта и Аль-Бастиун. Хуан Австрийский сумел отвоевать Тунис и разрушить Бизерту. Честолюбивый бастард даже строил планы создать здесь собственное христианское королевство – по образцу государств, созданных когда-то крестоносцами в Палестине. Папа римский Григорий XI поддерживал его притязания. Однако Филипп II холодно отнёсся к планам Хуана и не только отказал в помощи, но даже приказал эвакуировать войска и снести стены Туниса. Все силы он тогда бросил в Нидерланды, стремясь удержать в повиновении эту неспокойную провинцию, которую его отец Карл объявил личным владением Габсбургов.

Позже Филипп II не поддержал и другой авантюрный план предприимчивого бастарда, который задумал похитить пленницу английской королевы – Марию Стюарт, и жениться на ней. Вместо этого он назначил Хуана генеральным викарием Милана, Неаполя и Сицилии. Отношения между сводными братьями – королём Филиппом и Хуаном Австрийским, становились всё хуже.

Дон Хуан в Нидерландах

Историки отмечают, что в это время характер Хуана Австрийского изменился в худшую сторону. На первый план теперь выходили честолюбие, заносчивость и зависть. Его раздражало наличие «худородной» матери, которая, как он считал, компрометировала его и мешала планам стать правящим монархом. Он даже собирался заманить её в Испанию и заточить в одном из монастырей. Однако в Испании победитель при Лепанто был всё ещё популярен.

В 1576 году Филипп II решил назначить надоевшего брата на должность королевского наместника Нидерландов. Там он должен был заменить герцога Альбу. Ситуация в этой отдалённой мятежной провинции была очень сложной. «Испанская дорога» Габсбургов уже практически не функционировала, и даже добраться до Нидерландов было теперь сложно: морской путь был опасен из-за действий англичан и гёзов, сухопутный лежал через враждебную Францию. В результате добираться к месту назначения Хуану пришлось инкогнито – скрывая своё имя. Из-за проблем с логистикой испанские войска здесь были уже обречены. Окончательная эвакуация их была лишь вопросом времени.

Ситуация становилась всё тревожней. 8 ноября 1576 года, ещё до прибытия Хуана, в Генте католические и протестантские области Испанских Нидерландов пришли к соглашению о необходимости вывода испанских войск с территории провинции. Лишь при выполнении этого условия они соглашались признать Хуана наместником. В январе 1577 года дон Хуан вынужден был подписать Брюссельскую унию, гарантирующую восстановление прав и вольностей Нидерландов и утверждение принца Оранского в качестве штатгальтера Голландии и Зеландии. Добиться удалось лишь гарантий господствующего положения в Нидерландах католицизма. После этого дон Хуан в целом доброжелательно был встречен в Брюсселе, но его нежелание выводить из Нидерландов испанские войска привело к новому обострению ситуации.

Дон Хуан продолжал строить далеко идущие планы, которые теперь были один фантастичней другого. Он рассматривал возможность союза с герцогом Гизом, благодаря помощи которого якобы можно было бы захватить трон Испании, заставив слабого и болезненного Филиппа II отречься от престола. Мечтал либо освободить Марию Стюарт, либо о женитьбе на Елизавете Английской. Собирался организовать покушение на Вильгельма Оранского, но никак не мог найти исполнителя.

Наконец, сам Филипп II отдал приказ об эвакуации испанских войск из Нидерландов. Но это совершенно не устраивало Хуана. В июле 1577 года его 22-тысячная армия, наступая от Люксембурга, заняла Намюр и Шарльмон. Это привело к окончательному объединению католиков и протестантов Нидерландов, и Генеральные штаты потребовали от Филиппа II отозвать Хуана. На его место была назначена Маргарита Пармская, но было уже поздно. В январе 1578 года Хуан самовольно ввёл войска в Нидерланды, разбив мятежников при Исембле. После этого он занял Фландрию, Брабант и Беннегад, однако сил для дальнейшего продвижения у него было недостаточно. Отправив к Филиппу II письмо с просьбой о помощи, он разместил свои войска в лагере близ Намюра.

Вильгельм Оранский в это время собирал свою армию, которой командовал генерал Боссо. Помощь ей должны были оказать отряды немецких протестантов, собранные на деньги, выделенные Англией. Французы также были готовы вмешаться. Малочисленная испанская армия была зажата со всех сторон. Чтобы воспрепятствовать соединению Боссо с немцами, Хуан атаковал его армию у Рименана, но потерпел поражение.

В это время в испанском лагере началась эпидемия какой-то болезни, которую хронисты традиционно назвали чумой. В числе её жертв оказался и ставший никому не нужным герой Лепанто. Хуан Австрийский умер, не дожив до 32-х лет – 1 октября 1578 года. Его могилу можно увидеть в Эскориале.